на знакомой полянке перед покрытым темной дымкой силуэтом. Здесь нарастающая боль немного отступила, хотя это все еще казалось временной мерой.
— Меч, я ничего не понимаю… Мне так плохо никогда не было…
Наиль сел на изумрудную траву, а за его спиной образовалось деревце, обеспечивая удобную опору.
— Твой ментальный дар растет, словно на дрожжах, — проговорил Зиргрин. — Ситуация необычная, мальчишка на самом деле не желал тебе зла. Просто хотел связать тебя с Лесом из-за меня. Их поиски Хранителя уже граничат с фанатизмом, но это не так важно. Важно сейчас то, что в твоей ситуации есть плюсы и минусы.
— Какие плюсы? Мои мозги вот-вот вскипят, и я стану психом. А если и нет — то стану рабом. Очень положительное явление…
— Наиль…
— Меч… — юноша взглянул на своего загадочного учителя своими ясными зелеными глазами, цвет которых становился все ярче, приближаясь к изумрудному. — Я не хочу такой жизни. Мне лучше умереть.
— Перестань, — шлепнул по лбу ученика Зиргрин. — Не все так плохо. Есть магические законы. Связь с более сильным существом нивелирует связь с более слабым. Все зависит от духовной силы и силы воли. Так что перестань волноваться, помыкать тобою я никому не позволю. Рабом ты не станешь.
Наиль смотрел на возвышавшуюся над ним фигуру души меча. Ему было интересно, как это меч может оказаться сильнее тех жутких существ из зеленого мира, но он не стал задавать вопросы. Парень уже понял, что его клинок постепенно все больше раскрывается перед ним. Если не давить на него, то меч сам расскажет все со временем.
— Если так… Тогда осталось дело за малым — нужно не сойти с ума.
— Твой ментальный дар растет очень быстро, как и связь с Лесом. Вскоре ты начнешь ощущать живых существ вокруг себя, и именно это может привести к безумию. Постоянно чувствовать все, что тебя окружает, их эмоции и желания — врагу не пожелаешь. Но для твоей профессии это будет очень даже полезным навыком. Просто нужно взять его под контроль.
— И как? Черт, как же болит голова…
— Наиль, ты мне веришь?
Темная фигура опустилась на корточки перед молодым человеком. Голубые глаза с вертикальным зрачком, казалось, видели его насквозь, от чего становилось не по себе.
— Что ты хочешь сделать?
— То, чего совсем не собирался. Наиль, я укреплю нашу с тобой связь. После этого у меня не будет выбора, кроме как следовать за тобой. Я уже не смогу сменить владельца. Но это единственный способ спасти твою жизнь. Мне придется довериться тебе.
— Ты странный, — болезненно улыбнулся Наиль. — Разумнее было бы как раз сейчас меня бросить и поискать кого-то более подходящего.
— Выходит, ты мне все же не доверяешь, — тяжело ответил Зиргрин.
— Если бы не доверял, то не позволял бы творить со своим телом все, что тебе вздумается. Просто не понимаю.
— И это кажется тебе опасным, — улыбнулся Зиргрин. — Я ведь сам тебя так обучил. И ты был хорошим учеником.
— Был?
— После укрепления связи я не смогу тебе навязывать свои требования. Если не захочешь что-то делать — сможешь проигнорировать меня.
— Разве я сам себе враг? Моя учеба еще не закончена. Я сейчас едва ли на уровне Микона. Быть может, я бы справился с одной из тех теней, что тогда приходили за мной, но мне этого мало. Раз уж стал убийцей, то я хочу стать лучшим.
— Спасибо, — серьезно ответил Зиргрин. Одушевленный меч практически навязал профессию убийцы мальчишке. Сейчас же Наиль по доброй воле готов продолжить этот путь. Более того, он не слепо плывет по течению, он на самом деле жаждет стать мастером своего дела. — Ты — мой ученик. И что бы ни случилось, ты останешься им.
Юноша не совсем понял смысл этой фразы, да и начало происходить то, о чем его предупреждал меч. Его сознание постепенно затапливалось чужими эмоциями и чувствами. Эти чувства смешивались с его собственными, так что Наиль не мог понять, где его ощущения, а где ощущения зарывшегося в опалую листву жука.
Зиргрин не стал больше медлить. Окончательно решившись, он резко расслабил волю, позволяя инстинктам меча захватить его разум. Эти инстинкты принесли с собой желание обрести истинного хозяина, ту единственную руку, которой будет позволено держать в руках одушевленный меч. Ранее бывший убийца сдерживал эту жажду, но сейчас позволил себе поддаться ей.
— Хватит, — глухо выдавил он, ощутив, что связь достаточно окрепла.
Это был приказ самому себе. Приказ, который выполнить сложнее всего. Но могучая воля легко отсекла все лишние эмоции. Зиргрин еще пару минут постоял, напоминая себе, кто он на самом деле такой. Он успокаивал себя, возвращая трезвость мышления.
— Это от тебя исходит? Тебе так больно и одиноко? Или это я? Может, это Микон? Или Арсис? — Наиль, ощутивший прилив чужих эмоций, не смог понять, от кого они идут. — Какая сильная тоска… Так больно!
— Наиль, это все сейчас не важно. Расслабься и позволь мне помочь тебе. Я начну, а ты, когда поймешь мои действия, перехватывая управление и завершай сам.
— Постараюсь…
Чувства сотен тысяч существ вокруг. Зиргрин был знаком с этим состоянием. Когда-то он обладал миллиардами подконтрольных духов — низших элементалей, связанных с его душой. Каждый такой дух передавал ему все, что он видит и ощущает. Конечно, накопление такого их количества происходило постепенно, на протяжении многих лет, так что Зиргрину удалось адаптировать свой разум и научить его отдаляться от того, что не имеет значения. В случае Наиля ситуация была похожа, хоть его новые возможности и лежали в совершено иной плоскости. Однако, в конечном итоге, подход в обеих случаях был практически одинаковым. Причина, по которой «друзья» Леса сходили с ума, была довольно простой. Все происходило слишком быстро, из-за чего разум смертного просто не справлялся с нагрузкой.
Зиргрин аккуратно настроился на связь между ним и Наилем, медленно подключив свое сознание к сознанию юноши. Ранее он не мог этого сделать. Именно это свойство останавливало его от укрепления связи. Ведь оно работает и в обратную сторону. Наиль раньше просто ощущал отголоски его чувств, но теперь будет читать их полностью. И закрыться от этого просто невозможно. Впрочем, что сделано — то сделано.
Зиргрин бережно окутал сознание юноши своей могучей волей, аккуратно выставляя ментальные блоки, которым и сам научился в свое время исключительно интуитивно. Наиль был смышленым парнем, так что быстро понял, что и как, присоединившись к процессу. Таким образом он смог сконцентрироваться вокруг своего «Я», воспринимая теперь посторонние ощущения, словно музыку, играющую
