Читаем без скачивания Рука Трауна-2: Образ будущего - Тимоти Зан

К тому времени как адмирал добрался до поворота, все четыре охранника застыли в стойке «смирно», демонстрируя неплохую выучку. Пеллаэон прошел мимо, не удостоив ни словом, ни взглядом.

Возле самого поста высились братья-близнецы предыдущих стражников: те же черные шлемы, та же черная униформа, та же безукоризненная выправка. Перед ними стоял стол-пульт, за ними находилась дверь карцера, а за столом сидел сердитый майор, бледный по молодости лет и неуверенности. Молокосос открыл рот, но не успел даже пикнуть.

— Я — адмирал Пеллаэон, — сообщил юнцу Гилад пока еще доброжелательно. — Главнокомандующий военных сил Империи. Откройте дверь.

У юного майора задергалась щека.

— Прошу прощения, — сиплым фальцетом возразил мальчишка, — но у меня приказ содержать арестанта без права переписки и контакта с кем бы то ни было.

Пеллаэон не возмутился, не стал устраивать шум. Просто в течение одной минуты он разглядывал собеседника взглядом, выработанным, отполированным и доведенным до идеала долгими десятилетиями, проведенными в имперском флоте. Гилад не встречал ни одного младшего офицера, который не начинал бы нервно икать на сорок седьмой секунде. Юный майор не стал исключением.

— Я — адмирал Гилад Пеллаэон, — интонация удачно дополнила тяжелый и подобный острию ножа взгляд.

Пеллаэон охотно позволил бы здешней охране сомневаться (ради их же блага), но у него не было ни времени, ни сил сражаться с ерундой.

— Главнокомандующий флота и армии Империи. Откройте дверь.

Майор сглотнул, взгляд его метнулся за спину посетителя, где стояло отделение штурмовиков, а думал майор, несомненно, еще и о двенадцати солдатах, которых он видеть не мог, но о которых ему, разумеется, доложили. С большим трудом несчастный юнец сосредоточился на стоящем перед ним грузном коренастом человеке. Кажется, майор с большим удовольствием спасся бы бегством или пересидел опасность под столом.

— Приказ пришел от моффа Дисры, — жалобно пискнул он.

Раздался двойной металлический лязг: командир штурм-отделения переступил с ноги на ногу. На тощей шее майора дернулся острый кадык.

— Мофф Дисра — гражданское лицо, — напомнил мальчишке Пеллаэон, предоставляя противнику последний шанс (тоже давняя привычка, ставшая предметом для пересудов и шуток во флоте). — Я отменяю его приказ.

Майор осторожно втянул в легкие воздух.

— Так точно, сэр, — сказал он, капитулируя, наконец, перед превосходящими силами.

Потом повернул голову к своим подчиненным и кивнул.

В отличие от начальства охранник все это время смотрел только на штурмовиков и уже проделал в голове небольшое арифметическое действие, поэтому вообще не стал медлить. Он быстро шагнул к двери, набрал код и благоразумно отступил в сторону.

— Ждите здесь, — обронил, обращаясь к командиру штурмовиков, Пеллаэон, обогнул стол и вошел в камеру, чувствуя, как внезапно и странно стал жать воротничок.

Если Дисра каким-то образом ухитрился продолбить блокаду и распорядился уничтожить свидетелей…

Полковник Вермель сидел на полу и играл сам с собой в сабакк. Вид полковник имел обалделый и не очень здоровый.

— Адмирал… — пробормотал он, как будто отказывался верить собственным глазам. — Я…

Он с трудом встал на ноги, рассыпав карты.

— Полковник Мейж Вермель, адмирал, сэр, — отрывисто отрапортовал он. — Прошу позволения вернуться к своим обязанностям.

— Разрешаю, полковник, — Гилад даже не потрудился скрыть облегчения. — И не могу выразить, как я рад видеть вас в добром здравии.

— Спасибо, адмирал, — Вермель постарался подойти к командиру, не шатаясь. — Надеюсь, вы пришли не один.

— Вот об этом не беспокойтесь, — мрачно заверил адъютанта Пеллаэон и указал на дверь из камеры. — Если быть точным, занять станцию мне не удалось, зато солдаты сгорают от желания развинтить ее до последнего винтика, если кому-нибудь из нахлебников Дисры вздумается возражать против нашего ухода.

— Да, сэр, — Вермель бросил на начальство странный взгляд. — И все равно… могу я предложить поторопиться?

— Опережаете мое пожелание, полковник, — согласился Пеллаэон, хмуря брови.

Интересно, что должен был означать этот взгляд Мейжа?

Они прошли мимо охранников в черном и майора, который сидел за столом с прежним выражением лица, без комментариев со своей стороны и возражений с другой. Штурмовики, повинуясь отданным еще раньше инструкциям, образовали полный эскорт — двенадцать солдат в авангарде и столько же с тыла.

— Когда я минуту назад упомянул имя Дисры, вы в чем-то засомневались, Мейж, — светски произнес Пеллаэон, шагая по длинному, однообразному серо-зеленому коридору.

— Возможно, из-за меня вам придется повздорить совсем не с Дисрой, сэр, — Вермель подошел ближе, словно боялся, что их подслушают. — Когда Дорья взял нас на абордаж на Моришиме, он дал понять, что получил приказ лично от Гранд адмирала Трауна.

Гилад почувствовал, как сжимается горло.

— Траун, — пробормотал он, сглатывая сухой комок.

— Так точно, сэр, — отозвался полковник. — Я надеялся, что это какой-нибудь фокус… я помню, как вы говорили, что он абсолютно не приемлет мирных переговоров. Но Дорья был так уверен.

— Да, — вздохнул адмирал. — Я сам слышал слухи. И в Новой Республике его видели очень многие. Как утверждают.

Некоторое время Вермель шагал молча, только негромко пыхтел, стараясь восстановить дыхание. За последнее время ему приходилось не так уж много двигаться.

— Но сами вы его не видели?

— Нет, — Пеллаэон собрался с духом. — Но думаю, что время для нашей встречи наконец-то пришло. Если Траун действительно вернулся.

— У вас из-за меня будут неприятности, — полковник неохотно оглянулся через плечо. — Наверное, будет лучше… может, я вернусь туда, а?

— Нет, — отрезал Гилад. — Траун никогда не наказывал офицеров за то, что они поступали так, как искренне считали нужным. Особенно когда не отдавал им приказов или не обеспечивал необходимой информацией.

Они без помех добрались до конца коридора и прошли через караулку. Офицеры и солдаты сидели на тех же местах, на которых их оставил Пеллаэон, под бдительным присмотром еще двух штурмотделений с «Химеры».

— Нет, Мейж, мы вернемся на Бастион и выслушаем объяснения Дисры, — продолжил адмирал, когда караулка осталась позади, а впереди их ждали летная палуба, челнок и десантные боты. — Еще никому не удавалось безнаказанно обливать моего офицера грязью и называть его предателем. Кроме того, если слухи — вранье, Дисра больше не доставит нам головной боли. Нам с коммандером Дрейфом повезло стать счастливыми обладателями некоторых данных, которые указывают и доказывают связь губернатора с пиратами и дельцами черного рынка по обе стороны границы.

Сухая загорелая кожа на острых скулах адмирала натянулась еще туже.

— И на его участие в разжигании гражданской войны в Новой Республике. Мофф Дисра, сам того не подозревая, вручил нам все козыри для дальнейших переговоров с Корускантом. И надолго сойдет с политической сцены.

— Да, сэр, — пробормотал Вермель. — А если слухи верны?

Горло вновь оцарапал острый комок.

— Тогда будем действовать, исходя из новых обстоятельств.

Полковник Вермель кивнул и вновь перевел дыхание.

— Да, сэр.

— А тем временем, — Гилад сам не понимал, каким образом ему удается сохранять невозмутимость; он очень надеялся, что, оказавшись вновь на «Химере», не отдаст приказа открыть огонь, — ваш последний рапорт более чем устарел. Мне бы хотелось из ваших уст услышать, что же именно произошло на Моришиме.

31

Подготовка заняла шесть часов с небольшим. Шесть часов сумасшедшей работы, когда каждый корабль на Экзокроне, способный оторваться от земли, торопливо прихорашивался перед сражением. Еще один час потребовался, чтобы вся эта разношерстная компания вышла на орбиту, и еще один — чтобы организовать нечто слабо напоминающее оборонный периметр.

И теперь самый жалкий флот, который когда-либо доводилось видеть Шаде, ждал, дрожа от нетерпения и страха, подхода банды Рей'Каса, чтобы защитить свой мир или погибнуть.

Второе — гораздо вероятнее.

— Доклад с вашей каменюки, адмирл Давид, — браво отрапортовал с пульта связи Чин, на время даже вдруг научившийся говорить относительно разборчивым общегалактическим языком вместо той тарабарщины, которой он пользовался повседневно. — Верховный адмирл Дарр говорит — мы здоровски стоим. А еще говорит — авиафлот тож готов, ежели кто прорвется.

Адмирал Трей Давид осчастливил своей особой рубку «Дикого Каррде» и сейчас, высясь за спиной Данкина (руки сложены на груди, ноги на ширине плеч, спина жестко выпрямлена) величественно кивал в ответ на сообщение.

— Отлично, — весомо обронил он. — Дайте сигнал остальным, пусть будут готовы. Противник может появиться в любую минуту.