бедра и уткнувшись лицом ей в шею. Натали осторожно сняла с себя руку Джона и вылезла из постели. Сильно болела спина. И неприятные тянущие ощущения в животе. Натали подумала, что это возможно из-за неудобной позы сна.
Она побрела в ванную и умылась холодной водой, чтобы немного прийти в себя. Джон спал очень чутко, и когда она вышла, он уже внимательно смотрел на нее, перекатившись на бок и подперев голову рукой.
— Все хорошо? — спросил он, но Натали согнулась, как больная старушка и покряхтела. — Что с тобой?
Не дождавшись от нее внятного ответа он встал с постели и принялся массировать ее спину.
— О, — простонала Натали. — Вот так, да.
Особенно, когда его горячие ладони принялись за поясницу, перед ее глазами вообще вспорхнули бабочки.
— Хм, а когда мы занимаемся любовью, ты только кричишь, — отметил Джон.
— О, да.
— Легче? — его руки словно впитывали ее боль, одновременно возбуждая.
— Да! Спасибо, милый.
Натали повернулась в его руках и обняла за шею. Джон с упоением слился с ней в поцелуе. Нежном и страстном, таким же томительно возбуждающем, как его массаж. Но вместо поясницы у нее появился дискомфорт в животе. Даже легкая боль.
— Что такое опять? — Джон обеспокоенно отодвинул ее от себя за плечи.
Напряжение в животе стало сильнее. Натали медленно легла на кровать и свернулась в позу эмбриона.
— Любимая? — в голосе Джона столько переживания и заботы, что у Натали появилась необходимость в его прикосновениях.
— Помассируй спинку, — хрипло попросила она. Джон незамедлительно опустился на край кровати и принялся за дело. Боль и правда отпускала.
— Тебе лучше?
— Угу, — постанывая от удовольствия, ответила Натали. — Доктор Ноулз знает подход. Надо было тебе послать папашу к черту и идти в медицину.
— Зато я твой персональный доктор, — Джон хоть и шутил, но тревога его не отпускала. — У какого врача ты наблюдаешься? Ты записалась на повторный прием?
— Да. На сегодня, кажется, — теплые руки Джона ее успокаивали, веки смыкались.
— Ты собиралась мне сказать об этом? — нет-нет, его мягкая интонация ее не обманет. Зол, как дьявол. Переживает.
— Я забыла о приеме, пока ты не напомнил, — она услышала тяжелый вздох.
— Планирование это не твой конек, — проворчал он. — Во сколько?
— Посмотри в телефоне.
Она по-прежнему не меняла пароль, ведь ей абсолютно нечего скрывать. Джон убрал руки от ее ноющей поясницы
— Тут пропущенные звонки от Ройса. Какого черта он звонит тебе в пять утра?
— У него есть сложности с личными границами, почти как у тебя, — съязвила Натали. — А он тебе звонил?
Джон осмотрелся. Телефон остался в гардеробной.
— Ладно, позже посмотрю. Прием врача в десять. Ты добровольно пошла к мужчине-доктору? — удивился он.
— Мишель очень рекомендовала. Он ведет ее беременность. Алекс был рядом в случае чего, — попыталась его успокоить Натали, но вышло не очень убедительно.
Он не стал ничего отвечать. Сходил в гардеробную и там что-то уронил. Выругался.
Натали перекатилась на другой бок, чтобы видеть Джона.
Взбешен, но невероятно сексуален. В темноте спальни его лицо подсвечивалось экраном телефона. Взгляд прищуренный, блестящий, гневный. Челюсти сжаты, брови слегка изогнуты от недовольства. Но тело… Натали от одного взора на своего мужчину возбуждалась, ощущая внизу живота тягучее томление. Джон тратил достаточно сил и времени на поддержание себя в форме, способной вызвать зависть у любого актера и спортсмена. Каждая мышца имела совершенный вид. Прямо сейчас ей нестерпимо захотелось поцеловать широкие плечи, за которые она так часто держалась, а он загораживал ими все проблемы. Эти невероятные руки с переплетающимся рисунком вен и мышц. Они всегда теплые и вытворяли с ней очень и очень разные приятные вещи. Мощная грудь, к которой она любила прижиматься, а он испытывал особенное наслаждение, когда она целовала и гладила ее, поигрывая языком с…
— Я бы очень хотел оказаться в твоих фантазиях, Ведьма, — хрипло проговорил Джон, поймав ее за разглядыванием. Телефон отбросил на тумбочку и подошел к кровати.
— Тебе показалось, — подразнила его Натали, отодвигаясь и освобождая для него место возле себя.
— Вот как? Когда ты кусаешь губы, для меня это сигнал, что ты очень хочешь меня, — он лег рядом, поглаживая ее по лицу. — Но учитывая, что ты только что страдала от боли, а если у тебя высокий болевой порог, то я боюсь представить, какая это боль на самом деле, то нам нужно поберечься. Вдруг…
«Вдруг с малышом что-то не так», — но ни он, ни она не произнесли это вслух, боясь.
— Это не мешает моей фантазии, — заявила Натали. — Но если ты хочешь, мы можем просто поспать.
Она откатилась и отодвинулась подальше. Кровать позволяла спать на ней по диагонали и поперек, не касаясь друг друга, но они обычно засыпали в обнимку, не желая расставаться даже во сне.
— Натали, ты меня убьешь когда-нибудь, — простонал он. — Не убила из оружия, так прикончишь своими играми.
Она обратно повернулась к нему.
— Прости за то, что выстрелила, — Натали прижалась к нему так сильно, словно боялась потерять.
— Я ведь сам просил, — тихо ответил Джон. — Ты права, план был изначально дерьмовым.
Натали не могла думать о будущем. Переживала, ведь один из вариантов развития — жизнь без любимого. Его могут либо убить, либо посадить. А она ничего, ничегошеньки не может сделать, чтобы помочь. Поэтому так боялась строить планы и следовать им. Она нестерпимо захотела его всего без остатка. Нельзя терять ни секунды драгоценного времени с ним.
Подтянувшись на кровати, Натали поцеловала его, держа самое родное и любимое лицо в своих ладонях.
— Милая, мы не должны… — растерянно прошептал Джон, в перерывах от ее требовательных поцелуев. Ее язык вытворял какие-то космические вещи, превращая его реальность
