— Но, мой господин, Пьемур с Менолли и Шаррой успели заметить куда больше меня…
— Согласен… Однако у них нет Рут'а, который к тому же общается с файрами. Может, он сумеет разобраться в этих путаных, противоречивых картинах, которые они передают?
— Я рад бы помочь, мастер Робинтон, — сказал Джексом, — но, по-моему, ты слишком многого хочешь от Рут'а и файров.
Мастер-арфист выпрямился, как пружина.
— Что ты имеешь в виду?
— Допустим, файры действительно способны помнить о сильных совместных переживаниях, вроде… — Джексом махнул рукой в направлении Алой Звезды. — Допустим, они сохранили какие-то воспоминания об этой горе. Но все это — яркие, мимолетные образы, а не… не повседневная канитель.
— Но ведь ты отыскал Д'рама здесь, в бухте, — напомнил Робинтон.
— Мне просто повезло. Спроси я сначала про людей, мы так никогда и не добились бы ответа, — с усмешкой ответил Джексом.
— Зато в твоем первом приключении наверняка были кое-какие интересные подробности.
— Не понимаю, учитель… — Джексом обалдело уставился на арфиста.
Вопрос был задан обманчиво мягким голосом, с едва заметным ударением на слове «первом», однако смысл его не оставлял никаких сомнений: Робинтону было известно, что яйцо вернул Джексом. Юноша укоризненно взглянул на Менолли, но на ее лице тоже застыло озадаченное выражение, как будто намек мастера и для нее был полной неожиданностью.
— Кстати, ведь я тогда получил от Заира очень похожие сведения, — как ни в чем не бывало, заметил мастер Робинтон, — только не додумался истолковать их так удачно, как ты. Так что прими мои поздравления… правда, изрядно запоздавшие… — он слегка склонил голову и продолжат, словно речь шла о самом заурядном деле: — с тем, как ловко ты все устроил. И если бы вы с Рут'ом сумели приложить свои таланты к сегодняшним проблемам, то помогли бы нам избежать долгих напрасных усилий. Видишь ли, Джексом, время, как и раньше, работает против нас. Находка на этом Плато, — Робинтон постучал пальцами по лежащим перед ним наброскам, — недолго останется тайной. Она принадлежит всему Перну…
— Но ведь оно лежит на востоке, мастер Робинтон, — с изрядной долей вызова перебила его Миррим, — а это — будущие владения всадников!
— Ну, разумеется, детка, — успокоил ее арфист. — И если бы Рут'у удалось, пустив в ход свои чары, уговорить файров, чтобы они сосредоточились на своих воспоминаниях…
— Ну, конечно, мастер Робинтон. Я постараюсь, — сказал Джексом в ответ на выжидательный взгляд мастера-арфиста. — Но ты же сам знаешь, что с ними, — он указал на небо, — бывает непросто… И когда речь заходит об извержении, понять почти ничего невозможно.
— Как выразилась Шарра, сонные глаза разбегаются, — сказала Менолли, улыбаясь подруге.
— У меня точно такое же впечатление! — воскликнул арфист, хлопнув ладонью по столу. — И если бы Джексому с помощью Рут'а удалось заставить их сосредоточиться, то через своих файров мы, возможно, получили бы от них четкие и осмысленные образы вместо обычной неразберихи.
— Но зачем? — с недоумением поинтересовался Джексом. — Ведь мы и так знаем — гора взорвалась, наши предки бросили свои холды и ушли на север.
— Но разве это все, что мы хотим знать? Возможно, нам и удастся найти кое-какое оборудование, которое они оставили… вроде того увеличительного прибора, что сохранился в заброшенной комнате Бенден-Вейра. Только подумай — насколько этот прибор расширил наши знания об окружающем мире и небесной сфере! А вдруг нам повезет, и мы найдем те чудесные машины, о которых говорится в Записях! — Робинтон разложил на столе зарисовки. — Смотри, сколько курганов — больших и маленьких, длинных и коротких! В одних могли размещаться спальни, в других — кладовые, жилые комнаты, а в некоторых, возможно, и мастерские…
— Откуда мы знаем, что у тогдашних людей все было, как у нас? — хмуро спросила Миррим. — Кладовые, мастерские и все остальное?
— Оттуда, дитя мое, что ни природа человека, ни его потребности ничуть не изменились со времени самых древних Записей.
— Но это вовсе не значит, что, покидая Плато, они что-то оставили в этих курганах, — не скрывая сомнений, заявила Миррим.
— Во всех снах повторялись одинаковые подробности, — терпеливо (даже слишком терпеливо, по мнению Джексома) пояснил Робинтон. — Огнедышащий вулкан, раскаленные камни, потоки лавы. Бегущие люди… — он замолчал, выжидательно глядя на собеседников.
— Да, люди были охвачены паникой! — подхватила Шарра. — Они не успели ничего взять с собой. Или захватили лишь самое необходимое!
— Но они могли вернуться после того, как извержение закончилось, — сказала Менолли. — Помните, в тот раз в Западном Тиллеке…
— Это я и имел в виду, — одобрительно кивая, согласился арфист.
— Но как же, мастер, — растерянно продолжала Менолли, — ведь из того вулкана пепел летел еще не одну неделю. Он засыпал всю долину, — она провела рукой в воздухе горизонтальную черту. — Из-за него было совершенно невозможно разглядеть, что там было раньше.
— Преобладающее направление ветра на Плато — юго-восточное, — заметил Пьемур, — причем ветры там довольно сильные, — он взмахнул рукой, как бы сметая невидимую пыль. — Разве вы сами не обратили внимания, как там ветрено?
— Именно поэтому там кое-что и осталось на поверхности, — сказал арфист. — То, что вы заметили с воздуха. — Я знаю, Джексом, шанс ничтожный, но мне почему-то кажется, что извержение застигло людей врасплох. А вот почему — не могу понять! Ведь люди, которые сумели неподвижно подвесить в небе Рассветные Сестры, должны были легко распознать действующий вулкан. И все же я полагаю, что извержение началось совершенно неожиданно. Оно застало людей за их повседневными делами — дома, в мастерских. И если тебе, Джексом, удастся правильно ориентировать мечущиеся мысли файров, то, быть может, мы сумеем определить, какие курганы самые важные. Сам я, увы, пока не могу добраться до Плато и заняться раскопками, но ничто не мешает мне шевелить мозгами и прикидывать, что бы я сделал в первую очередь, будь я там, с вами.
— Мы будем твоими ногами и руками, — воскликнул Джексом.
— А они — глазами, — добавила Менолли, указывая на файров, подсматривающих с потолочной балки.
— Я так и думал, что вы меня поддержите, — сказал Робинтон, обводя своих юных друзей ласковым взглядом.
— Когда начнем? — спросил Джексом.
— Завтра, по-твоему, не слишком рано? — жалобно осведомился арфист.
— По мне — так в самый раз. Пьемур, Менолли, Шарра, мне понадобитесь вы сами и ваши ящерицы!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
