Глубинная Структура – это наиболее полная языковая репрезентация опыта пациента. Она является источником наиболее полной репрезентации Поверхностной Структуры. Источником репрезентации, содержащейся в Глубинной Структуре, является опыт пациента. Являясь самой полной языковой репрезентацией, сама Глубинная Структура произведена от еще более полного и богатого источника – общей суммы всего опыта пациента. Неудивительно поэтому, что те же характерные для людей универсальные процессы моделирования, которые позволяют нам системно помочь пациенту перейти от обедненной Поверхностной Структуры к полной языковой репрезентации – Глубинной Структуре, дают возможность, кроме того, системно ассоциировать языковые репрезентации этого человека с множеством его более полных переживаний, от которых произведены полные языковые репрезентации.
Метамодель предлагает конкретный способ изменения этих процессов и обогащение модели пациента. В метамодели конкретизируется процесс перехода от Поверхностной Структуры к Глубинной Структуре. Процесс движения от Поверхностной Структуры с опущенным материалом к полной Глубинной Структуре дает в распоряжение психотерапевта точный образ модели пациента; но, помимо этого, уже в процессе этого движения пациент может расширить свою модель, стремясь восстановить опущенный материал, о котором его расспрашивает психотерапевт.
Выявив языковую модель мира пациента, психотерапевт может выбрать любую из имеющихся техник терапии, или несколько таких техник, которые, по его мнению, могут быть полезны в данном конкретном контексте. Эффективность действий психотерапевта и богатство его возможностей тесно связаны с богатством метамодели его самого – с числом выборов, которыми он располагает, и с умением составлять из них различные комбинации.
Использование метамодели предполагает три направления деятельности психотерапевта: 1) сбор информации; 2) ограничение модели; 3) коррекция семантически ошибочных форм.
Сбор информации – это получение наиболее полного представления о переживаниях и опыте пациента. Наиболее типичные моменты, скрывающие или искажающие картину внутренних процессов, следующие: исключения; отсутствие указаний, к чему относится сказанное; неспецифические глаголы; номинализации.
1. Нарушения референтного индекса.
Референтный индекс – это человек или предмет, производящий действие или являющийся объектом действия:
а) стертый референтный индекс (исключение). Задача – обнаружить то, что исключил собеседник, и помочь восстановить исключенную информацию. Обедненные модели предполагают ограниченный выбор возможных способов поведения. Делается это при помощи уточняющих вопросов: «что?», «кого?», «о ком?», «о чем?». Вопрос «почему?» не задается.
Примеры.
«Я не понимаю». Реакция: «Не понимаете чего?» Или: «Чего вы не понимаете?».
«Я боюсь». Реакция: «Чего вы боитесь?» Или: «Что именно вас пугает?» – «Люди».
«Меня обидели». – «Кто обидел?»
«Мне нужна помощь». – «В чем именно вам нужна помощь?»
Работая с исключением, легко уточнить репрезентативную систему пациента. «Я этого не понимаю». – «Как вы не понимаете?» – «Ну, я не вижу, не могу себе представить этого»;
б) обобщенный референтный индекс (отсутствие указаний на объект, к которому относится сказанное) – это существительное или местоимение, которое относится к неспецифической группе или категории. То есть человек воспроизводит свою модель мира не полностью, а обобщенно, опуская конкретизирующие детали.
«Меня никто не любит». – «Кто именно вас не любит?»
«Я ничего не умею». – «Что именно вы не умеете?»
«Это для меня невозможно». – «Что именно для вас невозможно?»
Вот короткий фрагмент психотерапевтического сеанса:
«Я его боюсь». – «Что именно вас пугает?». – «Я боюсь его гнева». – «В чем проявляется его гнев?». – «У него делается каменное лицо, и он, не говоря ни слова, выходит из комнаты»;
в) неспецифический референтный индекс – когда существительное или фраза с существительным не называет конкретного определенного человека или предмет (например, «этот, эта, оно»).
«Это не сработает». – «Что конкретно не сработает?».
«Я не хочу говорить об этом». – «О чем конкретно вы не хотите говорить?»;
г) обратный референтный индекс – речь строится таким образом, что говорящий испытывает воздействие, выраженное глаголом, но сам не выполняет никакого действия. Характерен для депрессивных личностей. «Я уверен, что каждый использует меня». Ф. Перлз считал этот паттерн проявлением проекции: «Каждый ненавидит меня». – «Постарайтесь сказать: „Я ненавижу каждого”».
2. Номинализация.
Прием основан на превращении глаголов в существительные (помогать – помощь, решать – решение). Такое лингвистическое изменение превращает действие, процесс в стабильное явление, в событие. Если текущий процесс предполагает возможность действия, выбора и изменения, то событие, обозначенное существительным, воспринимается как свершившийся факт, с которым бессмысленно бороться.
Для того чтобы вернуть пациенту способность действовать и изменять себя, а не оставлять его перед свершившимся фактом или обстоятельством, следует вновь преобразовать номинализацию в процессуальное слово. Технически это просто: следует использовать глагол в качестве реакции.
Проверка номинализации:
– Я не чувствую с их стороны уважения.
– Как бы вы хотели, чтобы вас уважали?
– Я жду поддержки.
– Как бы вы хотели, чтобы вас поддержали?
3. Неспецифические глаголы.
Это глаголы из разряда неопределенных, которые не дают ощущения ясности в описываемом переживании.
– Он пренебрегает мной.
– Как именно он пренебрегает тобой?
– Дети заставляют меня наказывать их.
– Как именно дети заставляют вас наказывать?
– Он обидел меня. – Как, каким образом он обидел вас?
Расширение пределов или работа с ограничениями модели пациента.
Сюда относятся универсальные квантификаторы и модальные операторы необходимости. Правильно работая с этими словами, вы поможете человеку расширить и обогатить его модель мира.
1. Универсальные квантификаторы (от англ. quantity, лат. quantum – «количество»; «сколько»).
Этим понятием обозначают слова-обобщения: «все», «каждый», «всякий», «никто» и т. п. Преувеличенное подчеркивание обобщений с помощью интонации или добавления других универсальных квантификаторов заставляет пациента усомниться в их могуществе и поискать исключений, то есть найти возможности выбора.
– Он всегда мне лжет.
– Он действительно всегда вам лжет?
– Я ничего не умею.
– Вы совсем ничего не умеете?
– Я совершенно не умею справляться с трудностями.
– Но когда-нибудь вам удавалось справиться с чем-то очень трудным?
2. Модальные операторы необходимости.
«Мне следует», «я должен», «я обязан», «я не могу» – это симптомы отсутствия выбора. Цель работы с модальными операторами – помочь человеку усомниться, вывести его за пределы того, что он считает для себя принятым и единственно возможным. В этих случаях можно использовать два вопроса, модифицируя их по ситуации: «Что вам мешает?» и «Что случится, если вы не сделаете это?». Вопрос: «Что вас останавливает?» направляет человека в прошлое к имеющемуся опыту, к поиску переживаний, которые сформировали это ограничение. Вопрос: «Что случится, если…» предлагает пациенту заглянуть в будущее, на возможные последствия.
– Я никогда на это не пойду.
– Что вас останавливает?
– Я обязан присутствовать на этом торжестве.
– Что случится, если вы не будете присутствовать в этот раз?
– Я должен выступить на этом собрании.
– Что изменится, если вы не выступите?
Семантически ошибочные формулировки. Работа с этими ограничениями позволяет пациенту обнаружить искаженные представления и обогатить зафиксировавшуюся у него модель, пользуясь большей свободой действий. Чаще всего встречаются три типа ограничений.
1. Причина и следствие.
Пациента ограничивает уверенность, что какие-то действия одного человека вызовут совершенно определенные действия другого человека, то есть стимул А неизбежно вызовет реакцию Б. В таких случаях используется корректирующий вопрос: «Каким образом А вызывает реакцию Б?».
– Он вечно опаздывает и этим всегда нарушает мои планы.
– Каким образом это нарушает ваши планы?
Вопрос: «Каким образом А вызывает Б?» поможет пациенту обрести другие возможности, а их спектр огромен: пренебречь, привлечь чувство юмора, попытаться понять, не обратить внимания, в конце концов, даже извиниться.
«Его постоянное сидение за письменным столом вызывает во мне чувство одиночества» (кстати, обратите внимание на номинализацию – сидение). «Каким образом оттого, что он постоянно сидит за письменным столом, вы чувствуете себя одинокой?».
