Эруэлл умел сражаться конным и пешим, на земле и в воде, днем и ночью, с оружием и голыми руками, мог командовать армией и победить любого врага, ему случалось убивать даже магов, но что он мог сделать сейчас?! Сейчас, когда огромный дракон и всесокрушающее пламя навстречу, а Щит Оннера остался в палатке, да и поможет ли он? Что мог сделать многоопытный воин в ситуации, где его опыт ничего не значил, где были бессмысленны все хитроумные тщательно разученные приемы?
Потому что бесполезно уже убивать дракона, да и времени нет, не было уже времени, пламя покинуло ужасающую драконью пасть и вот-вот коснется… Шенген решительно нахмурилась при виде дракона – а потом пламя плеснулось из его омерзительной пасти, и король Эруэлл бросился наперерез ледяному огню, делая то единственное, что можно еще было сделать – превращаясь в живой щит.
Страшно закричал Линард, со всех ног бросаясь на помощь, но далеко ему было, не мог он уже поспеть. Бежали к своему королю его верные разведчики, но драконье пламя летело быстрей. Вдох… выдох… и…
Не долетело драконье пламя. Не дали ему долететь.
Йолн Холнамуртен, маг из племени гномов, не дал. Трудно ему пришлось. Так быстро он еще никогда не колдовал. Быстро… очень быстро… еще быстрей… А ведь и Щит Оннера ему мешал. Щит Оннера – растворяющий, убивающий любую магию артефакт. Никому, кроме Йолна, не удавалось колдовать поблизости от Щита. И даже Зикер, уж на что великий маг, а Башню свою в стороне поставил, там, куда Щит не дотягивался. А Йолн сумел как-то. Справился. Окаменело, замерло неподвижно яростное ледяное пламя, замер свирепый дракон, и король Эруэлл тоже… замер. Бросилась Шенген к своему мужу – и словно на стену наткнулась. Упала. Прозрачный камень окружал теперь застывших короля и дракона, а между ними висело ледяное яростное пламя. Оно не принадлежало теперь никому.
– Йолн! – вскричала вскочившая Шенген.
– Он без сознания, Ваше Величество! – отозвался Герцог Седой, склонившийся над гномом.
Линард не мигая смотрел на короля и дракона. На безумие застывшего пламени. Линард искал выход.
– Я сделал все, что мог… – натужно прохрипел очнувшийся гном. – Здесь нужен… настоящий маг. Не такой, как я.
Линард не мигая смотрел на страшноватую скульптуру, застывшую в камне. Надо же, именно сейчас, когда позарез нужен маг, Зикера угораздило куда-то запропаститься! Линард смотрел на Эруэлла. Линард искал выход.
– Курт!!! – произнес он наконец мучительным шепотом. – Когда я был нужен, я пришел, чтобы спасти тебя. Теперь ты нужен мне. Отзовись!
И хотя его шепот был еле слышен, эхо этого шепота приливом разбежалось по сплетениям троп и перекрестьям дорог. И то, что должно было быть услышано, – услышалось.
– Ну и как тебе твои служаночки? – зевая, спросил невыспавшийся Курт. Такому молодому парню, как этот великий маг, трудно выспаться рядом с такой потрясающей девушкой, как Аглария Верлифлена Энерли Атар Эйет Эль.
– Восхитительно! – отозвался столь же невыспавшийся посох. – Оказывается, нахождение в человеческом теле дает некоторые неоспоримые преимущества. Хотя форма как таковая, по правде говоря, до сих пор кажется мне ужасающе нелепой. Зато сколько во всем этом скрытой поэзии! О служаночках же промолчу. Увы, я – посох, а не поэт, и мне не хватает слов, чтоб рассказать о своих ощущениях. Кроме того, врожденная скромность не позволяет мне…
Аглария фыркнула и уже собралась было высказаться насчет «врожденной скромности» некоторых обожающих подглядывать посохов – но тут эхо шепота Линарда добралось до них и накрыло с головой.
– Линард зовет на помощь! – воскликнул Мур.
– Кто это – Линард? – спросила Аглария.
– Сейчас увидишь, – отозвался Курт, сотворяя портал.
Один за другим они шагнули внутрь.
О прибытии известил чудовищной силы удар. Мерцающее тело портала перекосилось. Курту показалось, что перекосилось все, в том числе и он сам. В следующий миг их со страшной силой швырнуло куда-то в сторону и мир завертелся вокруг них…
Очнулись.
– Отклонение точки выхода! – простонал Мур – уже в виде посоха, разумеется. Если на вас обрушиваются чудовищной силы удары – смело превращайтесь в посох, если, конечно, умеете, честное слово, в деревянном виде переживать травматические события не в пример легче. – Щит Оннера! Я совсем забыл о нем!
– Черт побери! – энергично выдохнула Аглария, подымаясь с земли.
– Щит Оннера? – со стоном спросил Курт.
– Вечно ты ничего не помнишь, – буркнул посох.
– А сам?! – возмутился Курт.
– У меня была такая бурная ночь, – смутился Мур.
– Если тебе кажется, что мы всю ночь беседовали о добродетельных мужах древности, то ты сильно ошибаешься, – усмехнулась Аглария. – Кстати, в этом случае мы бы все равно не выспались. Да, а почему нас отбросило? Я слышала, что Щит Оннера поглощает магию, а не отшвыривает ее прочь.
– Обычную магию – поглощает, – вздохнул посох. – Но ведь мы имеем дело с Куртом… у него все не как у людей.
– Это я заметила, – кивнула Аглария. – Просто не догадалась, что настолько.
– Сами такие, – пробурчал Курт. – Хватит болтать. Пойдем посмотрим, что стряслось с Линардом.
Линард уже спешил им навстречу. Когда очень нуждаешься в помощи, обычно чувствуешь, откуда она придет.
– Что стряслось? – глядя на бывшего отшельника, быстро спросил Курт.
Таким взволнованным и растерянным он Линарда даже и представить себе не мог. Он запомнил его как божество. Могущественное и мудрое, грозное и лукавое, почти всесильное божество. И вот теперь этот растрепанный, испуганный старик… полно, да Линард ли это?
Впрочем, Курт и сам с тех пор успел побывать Богом, так что он совершенно точно знал, насколько иногда видимость отличается от действительности и насколько условной ограниченной вещью может оказаться самое безусловное и неограниченное могущество.
– Что стряслось? – повторил Курт внезапно пересохшим горлом, уже понимая, что – да, стряслось.
– Идем, скорей! – хрипло прошептал Линард.
«Не опоздать бы!» – молчали его отчаянные, растерянные и яростные глаза.
– Бежим, – кивнул Курт.
И они понеслись.
– Хвала всем Богам, сколько их ни на есть – этот справится! – едва завидев Курта, выдохнул гном. – Поторопись, приятель, если что – я не удержу!
Курт ошарашенно уставился на человека и дракона, застывших друг против друга. На висящее между ними пламя.
– Что ты с ними сделал? – спросил Курт у Йолна.
– Я «остановил мир» в этом месте, – пояснил гном. – Дракон взялся невесть откуда и сразу бросился на королеву. Король закрыл ее собой. Дракон плюнул огнем. Что было делать?! Я сделал, что мог. Точней, я не мог этого… но все же как-то сделал. Сам не знаю как… По правде говоря, я и сейчас не вижу лучшего решения. Если оно и существует, то явно лежит за пределами моих скромных способностей. Я очень слабый маг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
