её левого плеча, немного оголив сверху грудь.
Приложил руку к телу… убрал, вернул на место балахон и ещё шире улыбнулся.
— Я знаю, как отправить тебя на Землю. Пора вернуться в Обитель.
Так же, потащив сначала Надю за руку, а затем перехватив за талию, Жрец переместился на площадку для встречи гостей.
Ничего не изменилось. Время не шло.
Глава 60 Эллиния. Возвращение на Землю
— Кажется, Дракон Арму достался сообразительнее, чем думает крон-эллин. Он оставил своему носителю слепок, соединив две половинки Хранителя. А сам сейчас здесь, в тебе, — возясь у жертвенной плиты, сказал о своём открытии Жрец.
Он достал разноцветные шары и сложил их на стол у плиты.
— Как это?? — ахнула Надя. — Значит, Хранитель у Арма? А я теперь Дракон?
— Нет, не Дракон. Ты временное пристанище для его энергетической ипостаси. Ты даже оборота совершить не сможешь.
— Зачем он во мне?
— Любит тебя. Сильно любит.
— Он из-за меня Арма наказывал.
— И сейчас жестоко наказал. На слепке Арм максимум сезонов пятьдесят проживёт, и обороты произойдут, но они будут крайне болезненны. Это же не настоящий Дракон, убирающий боль. Да и сбежавшему Дракону останется жить не более того… если не вернётся.
— Но я не хочу, чтобы они умирали!
— Крон-эллин тебя смертельно обидел. Разве ты не хочешь отомстить?
— Жрец, ты в своем уме?
— Как ты разговариваешь с отцом? — спросил Жрец, улыбнувшись.
— А… э… хм. А у тебя есть имя?
— Зови меня по-прежнему. Моим позывным. Уже привык быть и жрецом, и наставником по боевой магии. Я здесь с тех пор, как принял решение о рождении дочери. Тем более что твое тело выкрали из лаборатории и передали семье Годиров, переместив в него разум их дочери. Возникла необходимость наблюдать за развитием девочки.
Жрец добавил на жертвенную плиту артефакты и повозился с ними.
— Подойди.
Надя подошла. Жрец опять приложил руку к её телу. Немного подержал, прищурив глаза. Затем убрал, повернул ладонью вверх, и на ней засверкала маленькая фигурка дракона.
— Смотри, — сказал Жрец, улыбаясь, — этот сбежавший паршивец всё продумал.
Надя поглядела на фигурку:
— Так он же вылитый дракон Арма! Это сам Дракон?
— Нет, Дракон в тебе, а это артефакт, через который вы сможете общаться. Подожди немного, мне с ним надо поработать. Он накрыл дракончика другой ладонью и понёс к малой жертвенной плите.
— А как Дракон во мне уместился, где?
Надя положила руки почему-то на живот.
— А как они помещаются в ипостаси мага-оборотня? Так же и в тебе. Только связь у вас иная, не природная, искусственная.
— А сами Драконы знают, кто ты?
— Да, но они мудры от рождения. И никому не рассказывают лишнего. Подойди.
Надя подошла, и Жрец поместил дракончика туда, откуда достал.
— Это место он выбрал сам. Над сердцем, — Жрец улыбнулся. — Хотел бы я там пожить.
— Нахал. Ты же мой отец!
— Один штрафной шар, Надя, за оскорбление. Ты опять мыслишь земными мерками. Я не биологический отец. Я им в принципе быть не могу. У меня нет никаких ДНК, ни земных, ни моего мира. Я соткан из энергии, и даю женщине мужское семя, созданное магической энергией. Но, повторюсь, этого нельзя делать с той, у кого живая магия или магия от потока.
— И что? Платоническая любовь между нами всё-таки возможна?
— Возможна. И Поцелуи в губы тоже. И…
— И?
— Потом скажу.
— Сейчас.
— Стоп, Надя. Давай сначала дело, а потом удовольствия. Пойдём по мишеням постреляем. И я тебе расскажу о твоём предстоящем перемещении.
— Жрец, а что со временем?
— А что со временем, милая?
— С миром ничего не случится?
— От стоящего времени ничего не случится. И даже летящая птица, замерев высоко над землёй, не упадёт. Просто нет времени. Для них. Как там на Земле говорят?
— И пусть весь мир подождёт, — продолжила Надя, улыбнувшись Жрецу.
***
Они пришли на тренировочную площадку. Переоделись в форму для разогрева.
— Начнём с пробежки? — Жрец подмигнул. — Полетели!
И они пробежались. Потом Надя показала класс на мужской полосе спортивного инвентаря. Но медленнее, чем могла ранее. Ликвидационный лагерь сказался, хотя Жрец и постарался восстановить её здоровье.
— Арм гонял?
— Ага.
Затем переоделись для тренировки на полигоне. Пока стреляли по мишеням, Жрец говорил:
— Я перемещу тебя драконьим порталом. Золотая Обитель не знает, что он здесь есть. Сейчас портал… мм… так сказать, перезагружается. Раньше Драконы-оборотни перемещались в драконьей ипостаси, а ипостась мага заключалась в защитном коконе Дракона. Теперь наоборот. Ипостась Дракона будет заключена в кокон мага. Но он всё равно защитит своего носителя. В этом случае мне придётся изъять у тебя личную память — и земную, и этого мира. Не бойся, я заключу её в магические шары. На Земле восстановишь.
Надя кивнула.
— Я всё подготовил, но нам нужно подождать: Дракон учит твой родной язык.
— Как учит?
— Очень просто… по твоей памяти. Он с тобой заговорит, когда будет готов. Потом вы пообщаетесь для закрепления знаний языка. Нужно, чтобы в критический момент вы друг друга поняли. Ещё подготовлю несколько шаров, в том числе боевой против Драконов-оборотней.
Он подошёл к Наде и повернул её к себе. Его глаза стали серьёзными, даже колючими.
— Этими шарами ты Высших не убьёшь, создашь им некоторое неудобство и выиграешь время. Запомни, Надя, ты никогда не посмеешь применить живую магию против оборотней. Особенно против этой парочки. Они самые сильные, на их плечах держится почти весь мир. Ты меня поняла? Запомни: если они погибнут, то погибнет около полумиллиарда жителей нашего с тобой мира.
Надя была ошарашена таким поворотом событий, но кивнула.
— Поклянись.
— Клянусь.
Жрец улыбнулся и потащил её на полигон.
Там они оторвались по полной. Сначала по правилам. Потом без правил. Потом Надя нагрубила сленгом. Потом он её ловил. А потом он её поймал. И случился их первый настоящий поцелуй, сладкий и с молниями, поцелуй между мужчиной и женщиной, к которому они уже давно были готовы.
— Дракон заговорил? — шёпотом спросил он.
— Нет, — шёпотом ответила она.
— Тогда полежим, отдохнём, — и опустился на траву полигона, увлекая за собой Надю.
Они молча лежали, когда Надя почувствовала его дыхание у своего уха, а потом лёгкий укус мочки и эти несносные молнии. И она попала в крепкие объятия Жреца. Попала и утонула в море чувств, любви и безумия. Каждое прикосновение его губ и рук отдавалось волнами наслаждения и срывало стон из груди. Тело выгибалось и сладострастно звенело натянутой струной. Это было мгновенно и бесконечно. Это было сейчас и
