49
В пятницу Стену стало чуть лучше, так что Элизабет и Рейчел смогли на какое-то время покинуть больницу. Бекки осталась с отцом, а Джонни отвез Рейчел с матерью в Уолнат-Гроув на машине Рейчел. Элизабет, сидевшая рядом с Джонни, напоминала лишь бледную копию той цветущей женщины, которая угощала его обедом в воскресенье. Она сидела с закрытыми глазами, откинув голову на спинку сиденья и безвольно сложив руки на коленях. Пожалуй, впервые в жизни Рейчел видела мать в столь удрученном состоянии.
Ехали молча. Рейчел и Элизабет были слишком измотаны, а Джонни не решался нарушать их краткий покой. Тишина умиротворяла. У Рейчел наконец появилась возможность осмыслить все, что произошло за последние несколько дней. Единственным положительным моментом в этом кошмаре стало потепление отношений между матерью и Джонни. Неприятности в семье вынудили Элизабет принять помощь Джонни, который, к чести его будет сказано, предоставил себя в полное распоряжение Грантов. Он всегда был под рукой, и его участие во многом облегчило ситуацию. Поговорка «нет худа без добра» оказалась в известной степени пророческой – во всяком случае, для Джонни.
Когда они въехали в ворота Уолнат-Гроува, Рейчел впервые за последнее время почувствовала себя бодрее. Светило солнце, воздух был теплым и свежим, листва, тронутая красками осени, радовала глаз. Даже дом казался еще более родным и гостеприимным. На кухне Кейти распевала веселую песенку с Тильдой, и детский голосок тронул сердце Рейчел. Большая кастрюля – судя по запаху, с овощным супом – булькала на плите.
– Вы прямо к обеду, – широкой улыбкой встретила их Тильда.
Кейти со звонким смехом бросилась к Рейчел. Та подняла малышку на руки, расцеловала ее, даже не обратив внимания на липкие пальчики, которыми вцепилась в нее девочка.
– Где вы, Тильда? – спросила Элизабет. Видно было, что разговор давался ей с трудом. Она так устала, что даже язык заплетался.
– Джей-Ди пошел за Лорен в детский сад, Лиза до трех часов в школе, а мы с Кейти здесь, на кухне – верно, Кейти?
– Да, на кухне, – подтвердила Кейти, закивав головкой.
– Может, ты поднимешься наверх и приляжешь, мама? – заботливо предложила Рейчел.
– Пожалуй. Я совершенно без сил. – Элизабет поцеловала Кейти, которая радостно хихикнула, и усталой походкой вышла из кухни.
Никогда раньше Рейчел не задумывалась о возрасте матери и сейчас вдруг ужаснулась собственному открытию.
– Я пойду помогу маме лечь, – решила она и передала Кейти Тильде.
Малышка запротестовала, но Тильда отвлекла ее, дав в руки сковородку и ложку, которой можно было стучать по ней. Бой этого импровизированного барабана сопровождал Рейчел, пока она поднималась по лестнице.
Минут через пятнадцать – после того как приготовила матери горячую ванну и выложила на кровать ее халат и ночную рубашку – Рейчел вернулась на кухню. Кейти стояла на стуле и плескалась в раковине. Джонни беседовал с Тильдой, которая относилась к нему как к одному из своих четырех сыновей, а сама Тильда резала ветчину для сандвичей. Покончив с ветчиной, она налила две тарелки супа, которые поставила на круглый деревянный кухонный стол, где уже стояли блюда с картофельным салатом и маринованными овощами и два больших стакана с молоком. Потом унесла Кейти с кухни, чтобы Рейчел и Джонни могли пообедать в спокойной обстановке.
Джонни жадно накинулся на еду, но Рейчел, едва отхлебнув супа, отставила тарелку.
– Что, не понравился? – Джонни встревоженно посмотрел на нее, и по его взгляду Рейчел догадалась, что он недоволен.
В последние дни Джонни очень внимательно следил за тем, как она питается, и даже говорил, дескать, не удивляется теперь, что она такая миниатюрная. Мышка и та, мол, ест больше. Рейчел, которой вовсе не улыбалась перспектива насильно впихивать в себя еду, скорчила гримасу. И все-таки подчинилась его молчаливому приказу и доела суп. На большие жертвы она уже была не способна.
– Своим отказом от еды ты вряд ли поможешь отцу, – произнес Джонни, дожевывая сандвич.
Рейчел с любовью и в то же время с отвращением наблюдала, как он допивает остатки молока. Джонни, как она уже успела заметить, отличался хорошим аппетитом и наслаждался едой, несмотря на любые невзгоды.
– У меня болит голова, – с достоинством произнесла Рейчел.
– В самом деле? – Джонни внимательно посмотрел на нее. Потом ухмыльнулся: – Будь умницей, сбегай наверх и переоденься во что-нибудь спортивное. Ну, джинсы, кроссовки… Что тебе сейчас нужно – так это свежий воздух.
– Пожалуй, ты прав.
Идея прогулки показалась ей заманчивой. Когда она вернулась на кухню, Джонни как раз доедал пирог.
– Если ты будешь и дальше столько есть, превратишься в старого толстяка, – поддразнила она его.
– Ни в коем случае. У меня отличный обмен веществ. – Он вытер пальцы о джинсы и подошел к ней.
– Все так говорят.
– Серьезно?
– Да.
– Пойдем. Сегодня чудесный день.
Джонни решительно взял ее за руку, и Рейчел с удовольствием подчинилась его диктату. Они вышли во внутренний дворик и направились к гаражу. Там стояли мотоцикл Джонни, машина матери и автомобиль, которым пользовалась Тильда, выполняя поручения хозяйки. Полной грудью Рейчел вдыхала ароматы осени. Где-то неподалеку жгли листву. Она различила горьковатый запах дыма.
Было еще довольно тепло для прогулки в одном свитере, без куртки. Правда, прохладнее, чем в последние дни августа. Поднявшийся ветер трепал волосы Рейчел, раскачивал темные ветви деревьев, и они нехотя скидывали свое убранство. Рейчел с жадностью впитывала запахи и звуки ранней осени. Это была ее любимая пора.
– Держи, – сказал Джонни, протягивая ей шлем. Рейчел была настолько поглощена собственными мыслями, что даже не заметила, как оказалась возле мотоцикла.
– О, вряд ли я… – Она замотала головой, угадав его намерения, и даже попятилась назад.
Джонни хмыкнул и приблизился к ней. Взяв у нее из рук шлем, надел Рейчел на голову и лукаво посмотрел на нее:
– Ты мне доверяешь?
– Да, но…
– Вот и хорошо. – Он щелкнул застежкой шлема. Ее протесты были сметены крепким поцелуем.
