организаций. Общий объем производства продукции по Госагропрому за 1987 год составил 328 млрд рублей, в том числе продукции сельского хозяйства 220 млрд. Удельный вес АПК в валовом общественном продукте составлял 32,1 процента, в национальном доходе 28 процентов. За счет продукции агропромышленного комплекса формировалось свыше 70 процентов розничного товарооборота. Как следует из этих данных, получился мощный комплекс, в котором сосредотачивалось 38 процентов основных производственных фондов страны[1202].
Как мы говорили выше, идея создания единого государственного органа по производству и переработке сельскохозяйственной продукции была у Горбачева с начала 1980-х годов, однако при утверждении Продовольственной программы у председателя Совета министров СССР Тихонова ею пришлось пожертвовать, ограничившись созданием только районных структур[1203].
Не исключено, что Тихоновым двигали не только личные опасения (что подозревал Горбачев), но и осторожность в решении масштабных административных вопросов. Создавая Госагропром в 1985 году, Горбачев и Политбюро одним этим фактом инициировали крупнейшую административную реформу с 1965 года. Они слили и ликвидировали целую группу министерств и тем самым поставили страну в прямую зависимость от успехов деятельности одной гигантской по функциям и масштабам структуры, задачей которой было обеспечить население продовольствием. И все это в немалой степени зависело от успехов и компетентности ее руководителя.
Следующий шаг был еще радикальней — реформа фактически возрождала совнархозы, однако только в сфере аграрного производства.
Во главе этого комплекса стоял общесоюзный Агропромышленный комитет, но ключевая роль передавалась республиканским, областным и районным объединениям, которые должны были собрать «под одной крышей» колхозы и совхозы, предприятия сельхозтехники, молокозаводы, мясо- и птицекомбинаты, заводы по производству кормов и т. д. Территориальные объединения теперь имели возможность действовать самостоятельно, не поглядывая наверх. Формирующаяся структура управления агропромышленным производством создавала условия для повышения эффективности сельскохозяйственного производства, устранения отсталости перерабатывающих отраслей. Теперь в новых условиях на земле утверждался единый хозяин и органы управления агропромышленным комитетом были в ответе за выполнение Продовольственной программы СССР[1204].
Таким образом, новая реформа Горбачева была новым вариантом хрущевской административной реформы. Если Хрущев сначала создавал совнархозы и ликвидировал министерства, а затем, несколько лет спустя, создавал общесоюзные государственные комитеты для координации отраслей, то Горбачев сразу воспроизвел эту схему.
Впрочем, один из бывших союзных министров, уже упоминавшийся Леонид Хитрун, утверждает, что, собственно, идея была не горбачевская:
А ведь предложение об образовании такого монстра готовили дольше, чем он продержался. Кто же авторы? Минсельхоз, персонально замминистра Иевлев, заместитель заведующего сельхозотделом ЦК партии Скиба, президент ВАСХНИЛ Никонов[1205]. После преобразования Агропрома первый получил чин министра, второго наградили орденом Ленина с формулировкой «За образцовое выполнение задания партии», третий стал президентом ВАСХНИЛ. Соавторы идеи Агропрома также удостоились ряда поощрений и должностных выдвижений. Три года тайно в стенах ЦК готовили авантюрное предложение, продвигали его до Политбюро, оно не проходило, республики его отклоняли. Пришел к власти М. С. Горбачев, собрал первых секретарей республик, настойчиво уговаривал. Те молча, без общественного протеста, согласились. Дай бог, чтобы подобная скорострельность в государственном управлении не повторилась никогда[1206].
Центральную роль в этой комбинации, по всей видимости, играла креатура Горбачева Александр Никонов, директор Ставропольского НИИ сельского хозяйства (1963–1978), академик-секретарь отделения (1978–1982), первый вице-президент (1982–1984), президент (1984–1992) ВАСХНИЛ. Его карьера в Москве в точности совпадала со всеми этапами возвышения Горбачева, который, видимо, считал ставропольского специалиста (сына богатого крестьянина, окончившего гимназию и учившегося в университете в межвоенной Латвии, имевшего десятилетний опыт работы министром сельского хозяйства этой республики (1951–1961)) большим для себя авторитетом в аграрных вопросах. Впрочем, последователь и протеже Никонова, работавший в перестройку у него ученым секретарем ВАСХНИЛ, избегает упоминать Госагропром. Он считает, что основной фокус внимания президента академии в этот период был сосредоточен на реабилитации аграрного теоретика 1920-х Александра Чаянова (чего ему удалось добиться в 1987 году через Политбюро) и на проталкивании идеи оформления в рамках колхозов семейных сельскохозяйственных звеньев. То есть Никонов на новом уровне продвигал близкую ему с детства идею хуторского хозяйства (в составе колхозов), которая показала свою эффективность в Китае, став мотором возрождения экономики в реформах Дэн Сяопина[1207].
В 1986 году Госагропром СССР вынужден был разделиться на систему Госагропромов по «зонам», например Нечерноземной, поскольку стало ясно:
огромный монстр из поля своего внимания может упустить важные участки производства[1208].
При этом каждый из руководителей такой зоны, формально будучи «заместителем», получил статус министра.
Более того, в самом начале аграрной реформы ее инициаторы сразу решили реализовать все остальные прогрессивные наработки двух предыдущих десятилетий в сочетании с мерами финансового субсидирования. Сельскохозяйственные предприятия переводились на самофинансирование и самоокупаемость, закупочные цены на их продукцию повышались (за счет включения туда прежних «надбавок» за качество и сроки поставки), и им разрешалось продавать свободно 30 % от произведенного товара. При этом
в порядке исключения для АПК России был установлен отпуск электроэнергии по одной копейке за 1 киловатт-час, а также другие меры экономической, финансовой и материальной поддержки… в 1990 году в расходной части бюджета на нужды АПК направлялось 19 процентов[1209].
Мураховский гордился достигнутыми экономическими показателями:
В 1985 году уровень рентабельности в колхозах и совхозах СССР был 17 процентов, в 1990 году уже 36, в РСФСР соответственно 16 и 37 процентов. Производительность труда в сельском хозяйстве выросла по сравнению с 1985 годом: в СССР на 20 процентов, в РСФСР на 22,7. Соответственно, увеличилась среднемесячная зарплата работников АПК. Он составляла в 1990 году по агропромышленному комплексу 268 рублей, или 153 процента к уровню заработной платы в 1985 году. А по сельскому хозяйству — 262 рубля, или 154 процента к уровню 1985 года. Среднемесячная зарплата в АПК в 1990 году составила 97 процентов по сравнению со среднемесячной зарплатой по стране (275 рублей), в т. ч. сельском хозяйстве — 95 процентов[1210].
При этом за три с лишним года нахождения Мураховского на должности темп роста производства «по АПК составил лишь 2 %»[1211]. Полки продовольственных товаров в больших городах опустели летом 1988 года.
К октябрю 1988 года Горбачев был вынужден констатировать на совещании в ЦК КПСС, что «капвложения в сельское хозяйство в 1986–1987 годах выросли в 2,7 раза по сравнению с 1966–1970 годами, а валовая продукция только в 1,4 раза»[1212]. Но население не интересовал «валовый прирост», оно хотело есть. 16 января 1989 года Егор Лигачев, проводя в ЦК КПСС совещание, констатировал:
Положение тяжелое. За государственную цену почти ничего
