– …Выходить замуж за него было совсем необязательно. Ты ведь знаешь, Аннемек, мы всегда тебя поддержим, что бы ни случилось.
Анника взяла руки матери в свои.
– Я знаю, мама. Сейчас я знаю, что ты бы меня поняла. Поняла бы, что мое похищение нельзя даже сравнивать с тем, что пришлось пережить тебе. Бак никогда… Я хочу сказать, он не…
– Тебе совсем необязательно об этом говорить, – остановил ее Калеб.
– Итак, Кейс рассказал тебе о том, что когда-то случилось со мной? – Голос Аналисы звучал еле слышно.
Анника сжала пальцы матери.
– Он рассказал мне, что тебя изнасиловали, когда тебе было шестнадцать лет. Но он вступил так только потому, что я была уверена, вы меня осудите. Я думала, вы никогда не поймете того, что я сделала, и мне было стыдно смотреть вам в глаза.
– И что же точно произошло? – Калеб выпрямился, и лицо его внезапно потемнело от еле сдерживаемого гнева.
– И что же ты сделала? – спросила Аналиса.
Анника почувствовала, как краска заливает ей лицо.
– Она сделала это не одна.
Анника вздохнула с облегчением при виде Бака. Он спустил на пол Баттонз, и девочка сразу же подбежала к Аннике и уставилась на незнакомцев.
– Привет, – через мгновение сказала она.
Аналиса улыбнулась Баттонз. Калеб попытался спрятать улыбку.
– Это Баттонз, – представила девочку Анника. – Племянница Бака. Мы с ним удочерили ее. – Взглядом она попросила Бака присоединиться к ней.
– А я Бак Скотт, – сказал он, подойдя к дивану. Остановившись подле Анники, он положил ей руку на плечо.
Калеб наконец вспомнил о своих манерах и поднялся. Он не предложил Баку руки, лишь смотрел на него не отрываясь.
Анника встала и взяла Бака под руку.
Аналиса с тревогой посмотрела на мужа и дотронулась до рукава его сюртука.
– Калеб…
Зная, что отец ее был известен своим терпением, когда работал в бюро по делам индейцев, и надеясь, что проявит его и сейчас, Анника поспешно произнесла:
– Бак любит меня, папа. И я люблю его. Я объяснила вам почти все в своих письмах. Он похитил меня по ошибке, но, так как перевал занесло снегом, он не смог отвезти меня назад. А со временем мы полюбили друг друга – Она пожала плечами и улыбнулась. – Все очень просто.
– Ну, я бы не сказал, что все так уж просто – проговорил Бак.
Аннике хотелось его ударить.
– Да? – Калеб холодно посмотрел на Аннику.
Бак поправил воротничок, который душил его, сдавливая шею, и выпалил:
– Она в положении, мистер Сторм.
Анника все же ударила его в бок, но он сделал вид, что ничего не заметил.
– Ребенок? – прошептала Аналиса, переводя взгляд с Анники на Бака и обратно.
Баттонз начала прыгать вокруг их колен, крича:
– Ребенок! Ребенок!
– Баттонз! – прикрикнул на нее Бак. – Успокойся.
Молча Анника подхватила девочку и сунула ее Баку.
– Поставь меня на пол! Поставь меня на пол! – завопила Баттонз.
– Баттонз, клянусь, я… – грозно произнес Бак.
В отчаянии Анника посмотрела на мать.
Это была ситуация, с которой, как знала Аналиса Сторм, она могла справиться. Мгновенно почувствовав уверенность, она принялась наводить порядок. Протянула руки к Баттонз, которую Бак с радостью ей передал, и нежно заговорив с ней, сразу же ее успокоила. Затем, все так же ласково прижимая к себе ребенка, повернулась к мужу.
– Калеб, а не выйти ли тебе с мистером Скоттом…
– Зовите меня просто Бак, мэм.
– …С Баком на веранду и там обо всем поговорить с ним без помех? Мы с Анникой в скором времени присоединимся к вам. Сделай это для меня. И, пожалуйста, держи себя в руках.
Мужчины направились к двери, и Анника крикнула вслед отцу:
– Не обижай его, папа.
Калеб окинул взглядом мощную фигуру зятя и с укоризной посмотрел на дочь.
– Думаю, о своем муже тебе не стоит беспокоиться, дорогая. А ты уверена, что я буду в безопасности?
На лице Анники, в первый раз с начала тягостного разговорах родителями, появилась улыбка.
– Уверена, папа.
С этими словами Анника повернулась к Аналисе, которая уже спустила Баттонз на пол и теперь брала у нее игрушки, которые по одной приносила ей девочка. Анника сгребла в угол дивана куклу, книжку о домовых и игрушечную щетку для чистки полов и села рядом с матерью.
– Мама, я надеюсь, ты простила меня?
На лице Аналисы появилось изумленное выражение.
– Но мне не за что тебя прощать.
– Разве? – Анника покачала головой. – Я не хотела обижать вас с папой, зная, о какой свадьбе вы для меня мечтали, но, ввиду моего положения, мы с Баком решили пожениться как можно скорее.
– Я понимаю. – Аналиса взяла у Баттонз деревянную резную лошадку и, выразив свой восторг улыбкой, возвратила девочке.
– Мама… – Анника на мгновение умолкла, подыскивая слова, которые наиболее точно передали бы то, что она чувствовала. – Я всегда думала о твоей жизни в Айове, как о волшебной сказке, а о тебе, как о принцессе из этой сказки. До того, как я попала в Блу-Крик, я не могла себе даже представить, насколько тяжелой была твоя жизнь. Мне так жаль, что с тобой такое случилось.
Аналиса обняла дочь и прижала ее к груди.
– Не жалей меня, Анника, потому что сейчас я совсем не твоя принцесса из сказки. У меня есть твой отец, Кейс, ты. У меня есть Роза с Джозефом, а теперь и эта прелестная девочка и ребенок, который еще только должен появиться на свет. И этот твой Бак Скотт, которого ты так сильно любишь. – Аналиса улыбнулась. – Ты, должно быть, думаешь, что сейчас, когда ты сама несколько месяцев прожила в подобной лачуге, ты все понимаешь? Открою тебе небольшой секрет. Иногда я вспоминаю о годах, которые провела в той жалкой хибаре, и, хотя жизнь моя была неимоверно тяжелой, воспоминания эти светлые, потому что у меня был Кейс. Когда ты лишен всего и у тебя есть только любовь, она бесценна, я права?
– Да, мама, – Анника высвободилась из объятий матери, – ты права, любовь бесценна. Но жизнь в Блу-Крик научила меня не только этому. Плохое нередко соседствует с хорошим, и, когда тебе кажется, что все плохо, ты должен выждать некоторое время, прежде чем окончательно падать духом, поскольку неприятность может совершенно неожиданно обернуться благом.
– Ты будешь мудрой матерью, – улыбнулась Аналиса, смахнув с щеки непрошеную слезу.
С веранды донесся громкий смех мужчин.
– Похоже, твой отец забыл о своем гневе, – сказала Аналиса.
– На Бака трудно долго сердиться, – признала Анника. – Почему бы нам не присоединиться к ним сейчас, когда тучи рассеялись?
– Ты им понравился, – сказала Анника. Бак снял с себя рубашку и забросил в дальний угол.
– Это чувство взаимно, но мне бы хотелось, чтобы твой отец перестал пялиться на меня каждый раз, когда ему кажется, что я этого не вижу.
