где проживало почти тысяча человек и откуда пришли Крат со своей группой, все люди стояли, столпившись на улице.
Данное место находилось во дворе жилого многоквартирного комплекса из четырёх домов, стоявших квадратом.
Выжившие жили на верхних этажах, а на площадке с футбольное поле между домами устроили своего рода рынок, где торговали с другими лагерями и охотниками.
Первые этажи домов были завалены камнями и хламом, чтобы там не могли пройти зомби, а в пустотах между зданиями установили железную ограду двадцать метров высотой.
Вся ржавая и разрисованная граффити, ограда не могла гарантировать безопасность, но вполне позволяла защититься от зомби и зверей-монстров.
Дети, которым было по пять или шесть лет, тягали за грязную одежду своих плачущих родителей, стоявших, задрав голову к небу и что-то там разглядывая.
Голодные, усталые от этой убогой жизни и беспросветности, они со счастливыми улыбками, словно наркоманы под дозой, смотрели на фонарный столб, в котором средь бела дня ярко горела лампочка.
Никто до конца не понимал, что это значит и почему в городе появилось электричество, однако для этих людей, живших словно дикари в каменном веке, это было показателем возвращения цивилизации.
В их головах всплыли воспоминания о трудной жизни до апокалипсиса, когда им приходилось работать на двух и даже трёх работах.
Они не могли элементарно отправиться со своей семьёй на отдых в парк на выходных, потому что большинство брало подработки и на это не было ни сил, ни желания.
Однако прямо сейчас это казалось такой ерундой, которая даже не стоит упоминания.
Любой из присутствующих готов был вернуться в те трудные времена и благодарить любого олигарха, который смог бы это устроить.
Хотя благодарить — слишком мягкое слово для выражения их отношения к тому, кто действительно сможет вернуть их трудную жизнь.
Люди здесь готовы были бы сделать его своим королём и носить на руках, просто чтобы больше не бояться за свою жизнь каждую минуту и каждую секунду.
Иметь возможность дойти до магазина и купить там дешёвые продукты, а по вечерам спокойно принять душ, теперь было мечтой всех людей в этом мире.
Маленький чумазый ребёнок, который точно так же, как его мать, смотрел на фонарь освещения, не прекращая тянуть женщину за грязную юбку с множеством заплат, никак не успокаивался и, когда наконец смог получить её внимание, указал маленьким грязным пальчиком на фонарь.
— Мама, что это? — спросил он.
Женщина подхватила ребёнка на руки и вновь посмотрела на электрическую лампочку.
— Кажется, что всё кончилось, сынок, — она боялась утверждать, потому что даже себя не могла в этом убедить.
Однако очень хотела, чтобы восстановившееся электричество означало конец кошмара, длившегося последние три года.
Мать ребёнка хотела сказать ещё что-то, но внезапно по всему городу, из громкоговорителей, установленных повсюду, взревела воздушная тревога, а через несколько секунд, когда она смолкла, послышался искажённый мужской голос.
Оборудование где-то не работало вовсе, а в большей части работало на честном слове, но всё же можно было понять, что говорит человек сквозь хрипы динамиков.
— Всем жителям города Лоран! Мы — армия Свободной Советской Социалистической Республики! Центр города отныне безопасен! Наши войска уверенно продвигаются вперёд, и вскоре мы освободим весь Лоран!
Мужчина три раза повторил эти слова, и за всё время ни один человек в лагере даже не шевельнулся. На самом деле, люди боялись даже дышать громко, чтобы не прослушать говорящего человека.
Вскоре после повторения сказанного, он заговорил вновь.
— Если вам нужна медицинская помощь или пища, вы можете обратиться к любому солдату. Вас не тронут, если вы не будете представлять угрозу. Любая попытка навредить военным будет расценена как акт агрессии, и ответ будет соответствующим. Город Лоран отныне под нашим контролем.
После этих слов голос вновь начал повторять сказанное, и теперь люди начали переглядываться между собой.
За три года борьбы за выживание мало кто мог поверить, что кто-то будет раздавать еду, ведь всё это могло быть ловушкой для легковерных идиотов.
Однако подача электричества и сообщение о том, что самая опасная часть города зачищена, заставляла людей надеяться, что это не враньё.
Вскоре мужчина вновь продолжил говорить.
— Кельрадии больше нет, и отныне эта страна будет называться СССР, а её столицей станет Лоран. Мы никого ни к чему не принуждаем, но, если вы желаете жить в этом месте, вы будете автоматически признаны его гражданами и будете подчиняться законам нашей страны.
Эти слова вновь начали повторяться, а женщина с ребёнком на руках повторяла столь желанные слова, которые уже и не надеялась услышать…
— Законы… Страна… Граждане… — словно заворожённая она сделала шаг вперёд, в сторону стены из сбитых и сваренных между собой стальных листов.
Охрана, стоявшая на заборе, крикнула вниз, чтобы открыли ворота, и женщина, решившая, что это для неё, остановилась в испуге.
Только теперь она поняла, что собиралась покинуть безопасный лагерь и выйти в город, кишащий монстрами.
Разглядывая железные ворота, которые со скрипом открывали четверо солдат лагеря, она заметила в проёме трёх разведчиков, проскользнувших внутрь.
Они сломя голову понеслись в сторону деревянного домика в центре лагеря, где располагалась администрация.
Все присутствующие здесь, не отрываясь, наблюдали за ними, уступая дорогу.
Перед администрацией стояли пожилая, скрюченная от старости женщина лет семидесяти и мужчина крепкого телосложения в потрёпанной полицейской форме.
Женщина по имени Нома являлась монахиней в прошлом, и именно она организовала при храме лагерь выживших, а полицейским был Атро Булл, который в своё время примкнул к Номе и помогал ей поддерживать порядок, охраняя выживших и место сбора.
Благодаря его навыкам стало возможным этому месту просуществовать так долго, отбивая атаки охотников за рабами и монстров.
Нома в своём возрасте также оказалась на удивление полезной для выживших, так как ей доверяли распределение продуктов и решение споров между жителями.
Два этих человека являлись столпами лагеря и имели непререкаемый авторитет среди выживших.
Разведчики, подбежав к ним, остановились в кругу расступившихся людей, и Крат начал докладывать, что они успели увидеть.
Атро, выслушав доклад, неуверенно переспросил его.
— Танк? Что за танк?
Разведчик и сам не понимал, что это за техника и как её назвать.
— Тяжёлый танк. Судя по тому, что он выстрелом разрушил пятиэтажный дом, очень грозная машина.
Булл начал прикидывать в голове, как противостоять такой мощи, потому что их оборона не смогла бы остановить тяжёлый танк, даже не стреляй он в них.
— Ты уверен, что они заметили вас и
