«Надо действовать, – поняла она. – Немедленно, пока он сюда не добрался». Усилием воли она заставила свои руки выпрямиться, поднять черный пистолет.
Вереща от страха, высокий долговязый мужчина с седым венчиком волос вокруг островка лысины стремительно вскочил, словно аист, вспугнутый с гнезда. Резко выставленный локоть ударил по пистолету и выбил его у Сары из рук.
Она завопила от отчаяния, глядя, как он перелетает через край ложи и падает в толпу.
Со сцены раздались выстрелы, и Грег Хартманн исчез под волной агентов Секретной службы.
Спектор вздрогнул, когда что-то заставило разбиться стекло высоко в комментаторской кабинке. На секунду это заставило его застыть на месте. А потом агенты уже окружили Хартманна и других шишек, выталкивая их за кулисы или сбивая на пол. Он поспешно подбежал к сенатору, но двое других охранников уже уложили его лицом вниз за сценой.
Крики были просто оглушительными. Из-за шума Спектор не в состоянии был соображать. Выстрелы. Он увидел, что несколько агентов стреляют в кого-то в толпе. Золотой Мальчик по балкам под потолком перелетал к тому месту, где шла стрельба. Спектор навалился на Хартманна. Сенатор хрюкнул, но лицом к нему не повернулся. Пройдет пара секунд – и он все-таки посмотрит назад. А Спектор будет наготове.
Джек перелетал с балки на балку, словно сумасшедший маятник. Он не мог понять, что происходит на сцене. Он видел белый костюм Билли Рэя, агентов с пистолетами, разбегающихся в панике делегатов, но ни Хартманна, ни горбуна. Было только ясное впечатление о том, что там творятся убийства. Он добрался до балки над своей собственной калифорнийской делегацией – и остановился.
Грег Хартманн – тайный туз, убийца. Какое ему дело до того, что станет с этим человеком?
Пока он колебался, в его голове раздался вопль. Тахион внизу, в давке. Его вот-вот затопчут. Он снова помедлил. Вопль повторился. Он убедился, что прямо под ним никого нет, и спрыгнул вниз.
Он отскочил назад. Подбородок болел так, словно по нему врезали молотком, мышцы шеи протестовали. Если бы на него пришлась вся сила этого удара, ему сломало бы шею. Кто это?
У него немного прояснилось в глазах – и он пошатнулся, словно получил еще один удар. Это оказался тот черноволосый мужчина с лицом из запчастей. Он ухмылялся ему оскалом мертвой головы. Весь перед его спортивного костюма был заляпан красным, словно у припадочного, съевшего спагетти в красном соусе. Фонтан крови превратился в едва заметную капель.
– Покажу тебе кое-что, сучонок! – проревел великан, замахиваясь на Маки кулаком.
Его охватил ужас. «С этим чудовищем мне не справиться!» Пытаясь подавить страх, Маки ушел из реальности перед самым ударом, который превратил бы его мозги в желе. По инерции великан проскочил сквозь Маки. С тигриной быстротой он восстановил равновесие, повернувшись и поднимая руки для удара или защиты.
Маки рванулся на него: ярость подавила страх. Он нацелил удар в висок. «Посмотрим, как он справится с разваленной пополам головой».
Великан вскинул руку, чтобы блокировать удар. Маки резанул – и пальцы посыпались, словно прищепки из мешка. Черноволосый отшатнулся обратно в толпу, успев уйти от удара бензопилой по черепу.
Дыхание рвало ему правую сторону груди, словно острые когти. Наверное, когда этот здоровяк сбил его на пол, у него треснули ребра. Он прошел сквозь стену у основания сцены, в потайной ров, отделявший делегатов от амфитеатра. Из угла, где квадратная основа собственно сцены встречалась с помостом, на него уставился мускулистый молодой человек со свисающим из уха проводом. Несмотря на изумление, он вытащил из кармана темного пиджака крохотный пистолет-автомат. Маки встретился с ним взглядом и ухмыльнулся, не осознавая, что у него носом идет кровь, а улыбка делает его похожим на жуткого клоуна.
Палец агента Секретной службы дернулся на спуске. Град десятимиллиметровых пуль обрушился туда, где Маки уже не было, – и обрушился на толпу. От нового взрыва криков Маки чуть не кончил.
Он подрубил агенту ноги в аккуратно отглаженных брюках прямо под коленями. Агент с воплем завалился в ров, обрызгав кровью помост, а нижняя часть его ног так и осталась стоять. На несколько секунд.
Сцена напоминала белую пирамиду – ярусы были слишком большие, чтобы служить ступенями. Маки начал карабкаться по ним вверх.
Нанесенный сзади удар заставил его растянуться на второй из ступенек. Не успел он опомниться, как его подняли в воздух и швырнули, словно куклу. Он ударился о наружную стену рва.
Внутри у него все было переломано.
– Mutti! – простонал он. – Мамочка!
Тот же темноволосый мужчина сшиб его изувеченной рукой и бросил здоровой. А теперь он щерился на Маки от сцены, раздвигая то, что осталось от его губ.
Он собрался, словно тигр, – и прыгнул на паренька.
В испуге Маки нырнул в стену, поднимая руку. Включая вибрацию.
Его рука встретила сопротивление. Какой-то горячей и липкой жидкостью ему залило лицо.
Здоровяк проломил стену, волоча петли кишок, словно покрытые жиром лилово-серые вымпелы.
Лежа на животе в VIP-ложе, Сара могла отлично прицелиться в Хартманна. На мгновение его погребла куча тел агентов Секретной службы, но они сосредоточились на том, что происходило в зале. Никто не обращал никакого внимания на те места, где сидели почетные гости. Когда ему позволили встать, он оказался у нее на мушке.
Вот только она осталась без пистолета.
Она забарабанила кулаком по полу ложи: медленно, вкладывая в это всю ненависть к самой себе.
У Грега не было возможности снова начать действовать.
Люди Секретной службы налетели на него, словно гандболисты, пихнув на пол с гортанными невнятными криками. Все достали пистолеты. Колин, джокер, навалился прямо на него, чуть было не вышибив дух.
– Не вставайте, сенатор!
Помеха заставила Кукольника зарычать.
Он по-прежнему слышал жужжание рук Маки, смешивающееся с криками толпы. Карнифекс продолжал нападать на паренька. Но Грегу ничего не было видно, и он не мог дергать за ниточки, потому что не знал, что происходит.
«Выпусти меня! Просто отдай их мне! Это единственный вариант!»
Лежа под охранниками, Грег дал Кукольнику полную свободу – и его способность яростно рванулась вперед. Кукольник изнасиловал разум Карнифекса, отрезав боль и страх, накачав в него столько адреналина, что отчаянное сердцебиение туза почти ощущалось в его собственной голове. И в то же время он попытался подавить безумную ярость Маки, но это было похоже на попытку справиться с пламенем: ярость обжигала, извивалась в его хватке.
«Раздави его! – заорал Карнифексу Кукольник. – Включи свою чертову силу и преврати этого человечка еще в одно пятно крови на полу!»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
