Читаем без скачивания Поднять перископ! - Сергей Лысак

— Простите, Михаил Рудольфович, а это наш полный ход?

Возглас Колчака отвлек Михаила от размышлений.

— Да, Александр Васильевич. Более пятнадцати узлов мы дать не можем. Существующие дизель-моторы на большее пока не способны. Поэтому, крейсера подстраиваются под нас. Но дальше мы разделимся, и будем действовать самостоятельно.

— Но как же вам удалось с такой скоростью хода топить броненосцы?!

— Подводная лодка действует, как хищник из засады. Догнать свою цель в подводном положении она не может. Поэтому, занимает позицию впереди по курсу цели и ждет, когда она окажется в точке выстрела. Стрелять желательно с дистанции не более трех кабельтовых, иначе велика вероятность промаха, или того, что запаса хода мины не хватит для того, чтобы дойти до цели. Если же лодка промахивается, то повторной возможности для атаки у нее нет. Цель быстро выходит из зоны поражения, а если лодка всплывет, то попадет под артиллерийский обстрел.

— М-да… Все на грани… Малейшая ошибка, и противник уходит.

— Не только ошибка. Цель может изменить курс, если обнаружит перископ, и вообще не войдет в зону поражения. А может, наоборот, попытаться вас таранить. Нюансов очень много. Запомните главное условие успешной подводной атаки, господа. Ваше основное преимущество — скрытность. Пока подводная лодка не обнаружена, она имеет высокие шансы на успех. Если же ее обнаружили до момента пуска мин, то вероятность успеха падает почти до нуля. Подводная атака — это совсем не то, что артиллерийская дуэль. Не пропало еще желание становиться подводниками?

— Нет, Михаил Рудольфович!

— Вот и хорошо. То, что вы сейчас видите, господа, бывает крайне редко. Можно сказать, почти никогда. А именно — следование подводной лодки в составе соединения боевых кораблей. Это не ее работа. Подводная лодка — вольный одинокий охотник. Она действует самостоятельно и рассчитывает только на себя.

И именно этим обусловлена специфика ее действий.

— То есть, опровержение поговорки, что один в поле не воин?

— Вот именно. Воин, да еще и какой. Адмирал Того прочувствовал это на своей шкуре.

— Но как Вам удалось уничтожить три броненосца за одну атаку, Михаил Рудольфович?!

— В этом случае нам просто повезло. Японцы сначала не поняли, что атакованы подводной лодкой. И первые два взрыва на «Микаса» посчитали подрывом на минном поле. Во всяком случае, их поведение говорило именно в пользу этой версии. Броненосец «Асахи», следующий вторым в ордере, стал отрабатывать задним ходом и не сделал попытки уклониться в сторону. То есть, сам подставился под второй залп из носовых аппаратов. Но после подрыва «Асахи» противник понял, что минное поле здесь не причем. Возможно, посчитали атакой миноносцев, а возможно — подводной лодки. Так как дали полный ход и попытались выйти из опасного района, открыв беспорядочную стрельбу. Но в суматохе нам удалось всадить одну мину еще и в «Хатсусе», идущего последним. Далеко он уйти не смог, и потом мы просто добили «подранка», перезарядив аппараты.

— Да уж, Михаил Рудольфович! Не могли бы Вы потом рассказать все подробно? Ведь для читателей это будет все равно, что ожившие картины из «Двадцати тысяч лье под водой»!

— Пожалуйста, Василий Иванович. А Вы еще Николая Александровича расспросите, он тоже много чего интересного рассказать может. Как мы с ним из Шанхая убегали. Вот это, я Вам скажу, было гораздо сложнее утопления трех подставившихся броненосцев…

Михаил специально перевел разговор на другую тему. Не надо, чтобы коснулись вопроса, а почему «Косатка» так удачно оказывается в нужный момент и в нужном месте?

На первый раз все поверят в случайность. На второй — в невероятное везение. Но дальше… Любое везение имеет разумные пределы…

Отряд из крейсеров и одной подлодки прошел между минных полей и устремился в юго-восточном направлении, к оконечности Шаньдунского полуострова. Там, на юго-восточном побережье, в удобной бухте расположен германский порт Циндао. Немецкая колония, выхваченная под шумок Германией у Китая. В прошлой истории японцы захватили ее во время первой мировой войны. Но что будет теперь, никто не знает. И на чьей стороне окажется Япония. Потому, что все идет к тому, что сейчас Япония может оказаться в положении Китая, с которым никто всерьез не считается. Если только Англия и остальные, кто вложили свои капиталы в Страну Восходящего Солнца для этой войны, не попытаются ее спасти. Спасти любой ценой, только бы не дать России укрепиться на Дальнем Востоке. И оставить «противовес» для нее в виде Японии. Политика «разделяй и властвуй» никуда не делась…

Лаг отсчитывал пройденные мили, четыре крейсера и подводная лодка вспенивали своими форштевнями волны Желтого моря, но противника в пределах видимости так и не было. Торговые суда тоже не показывались в этом районе. Все судоходство сейчас сместилось на юг, к побережью Шаньдунского полуострова, подальше от войны. Лишь паруса китайских джонок возникали на горизонте. Близко к ним старались не подходить и заметить с такого расстояния «Косатку» было трудно. «Аскольд» и «Баян» шли в строю кильватера, не отклоняясь от заданного курса. За «Баяном» шла «Косатка», выжимая из своих дизелей пятнадцать узлов. «Аскольд» и «Баян» вынуждены были подстраиваться под нее, а более быстроходные «Новик» и «Боярин» рыскали вокруг, уходя до самого горизонта. Но кроме китайских джонок никого больше так и не обнаружили.

По мере приближения к английской базе Вэйхайвэй судоходство стало гораздо оживленнее. Хоть отряд и шел вдали от берега, чтобы не привлекать внимания англичан, но вскоре навстречу попался пароход. По курсу его следования было ясно, что он идет в Вэйхайвэй, поэтому останавливать и досматривать его не стали. Пусть идет своей дорогой. Здесь, возле английской военно-морской базы, лучше не хулиганить. Не давать лишнего повода англичанам. Тем более, предстоит заход в Циндао. А вот после Циндао надо начать наводить порядок в этих местах, японцы за время ремонта «Косатки» вообще разбаловались. И теперь, работая совместно с крейсерами в одном районе, возможно, удастся полностью перерезать вражеские коммуникации. Ну, а если Камимура соизволит пожаловать собственной персоной, то можно встретить со всем радушием.

***

Весь переход до Циндао прошел без приключений, противник так и не появился. В чем, собственно говоря, ничего удивительного не было. Побережье Шаньдунского полуострова находилось в стороне от боевых действий. В той, прошлой войне, японцы еще пошаливали здесь, но теперь им тут делать нечего. Защитить бы свои коммуникации, об установлении контроля над Желтым морем уже и речи нет.

Подгадали так, чтобы подойти ко входу в бухту с рассветом. Михаил внимательно рассматривал в бинокль знакомые места. Когда-то, много лет назад, он смотрел на этот берег, как на землю обетованную. После перехода на утлой джонке через море, от самого Порт-Артура, мимо японских кораблей, с минимальным запасом провизии и воды. Люди, которые пошли на огромный риск вместе с ним, крестились и готовы были целовать землю после того, как сошли на сушу. Хорошо, что немцы встретили их доброжелательно. Именно поэтому он не рискнул высаживаться на китайском побережье, которое было гораздо ближе, а повел джонку вокруг всего Шаньдунского полуострова. А то неизвестно, что можно ожидать от китайцев. Но в этой жизни все изменилось. И сейчас, по идее, «Косатка» произведет фурор своим появлением. Ведь о предстоящем заходе в Циндао, до самого отхода из Порт-Артура, не знал никто, кроме Макарова и самого Михаила. Значит, ни немцы, ни японцы, ни англичане подготовиться заранее не смогут. Как немцы себя поведут, тоже вопрос. Быстро получить инструкции из Берлина у них не получится. Даже если телеграмма уйдет сразу, но в Европе сейчас ночь, разница во времени ощутима. Допустим, даже доставят срочно эти радиограммы по адресу, наплевав на все. Пока примут решение, пока дадут ответ, пройдет не один час. А долго задерживаться здесь «Косатка» не будет. Если же немцы заартачатся, или начнут тянуть время, то придется уходить несолоно хлебавши. А по возвращению в Порт-Артур демонтировать остатки «Телефункен» и снять для установки радиостанцию с другого корабля, пока не доставят новую. Хотя бы с той же «Паллады». Все равно, ей еще долго в доке стоять…

— Ваше высокоблагородие, семафор с «Аскольда». «Косатке» и «Боярину» следовать в бухту»

Возглас сигнальщика отвлек Михаила от размышлений. «Аскольд», «Баян» и «Новик» уменьшили ход до минимального, и отвернули в сторону, оставшись за кромкой территориальных вод. «Боярин» же продолжил следовать вперед, не меняя курса. «Косатка» пристроилась ему в кильватер. И вот, наконец, долгожданная бухта Киао-Чжоу, как называют ее китайцы. На берегу которой раскинулся город Циндао. Михаил окинул взглядом знакомые места. Здесь все осталось, как и много лет назад. Все также снуют джонки под парусами, стоят пароходы на рейде и вот уже несется прямо к ним небольшой катер с развевающимся над ним германским флагом. Молодцы немцы, отреагировали оперативно. То, что русский крейсерский отряд заметили издалека, это совершенно естественно. И вот теперь один крейсер зашел в бухту, а вместе с ним…. Неужели, это знаменитая «Косатка», которая уже прославилась на весь мир?!