начальника, могу ли я получить рекомендации?
— Устала? — он нежно погладил меня по щеке. Дежа вю… Что-то мне это напоминает.
— Очень, — выдохнула я, нехотя открывая глаза. — Все в порядке? Что ты ему сказал?
Подняла спинку сидения и выжидающе посмотрела на Воронцова.
— Ничего такого, что заставило бы тебя волноваться. Всего лишь предупредил, чтобы он даже думать не смел о моей девушке.
— Даже так?
— Кира, я повел себя несдержанно. Но, черт побери, я не знаю, что на меня нашло. Мне так хотелось показать, что ты моя, — Кирилл слабо улыбнулся. — И моя эгоистичность отрицательно сказалась на твоей репутации. Я выставил тебя не в лучшем свете. Поставил на одну ступень с Линой и… другими.
— Что сделано, то сделано, — покачала головой. — Мне нужна была твоя поддержка. А злость Лины стоила сложившегося обо мне мнения, — я могла сколько угодно уверять себя, что меня не волнуют чужие домыслы. Но при этом знала точно: пока я с Кириллом, ни одна шавка не посмеет брехать в мою сторону. А в случае расставания… мне придется несладко.
— Нет, дорогая. Возможно, слова Державина ты всерьез не воспринимаешь, но если совершенно чужой тебе человек, вдруг задаст тот же вопрос? Как ты отреагируешь?
Нахмурилась. Как? Наверное… расстроюсь. Максим — это Максим. Представила ситуацию, если вдруг Керцев, Белоярцев или Деменев скажут подобную глупость. Выходило… неприятно.
— Поэтому я попытался исправить свою ошибку. По крайней мере теперь Державин хорошо подумает, прежде чем вставать между нами.
— Почему?
— Я сказал ему, что люблю тебя.
Интересно, способности вводить в ступор где — то обучают? Если да, то мне хотелось бы походить на такие курсы. Нет, конечно, я понимала, что происходящее между нами — не простая симпатия. Тот накал чувств не мог быть вызван и только лишь похотью, желанием. Себе я готова была признаться. Да, я любила Кирилла. Но не ожидала, что он примет свои чувства и скажет об этом. Забавно, что первым, кто услышал признание, стал его закадычный враг, а не я.
— Его сестра один раз уже поставила мое будущее под угрозу. Второй раз я подобного не допущу. Я учусь на своих ошибках. И если Максим постарается совершить то, что не удалось Кристине… я его уничтожу. Теперь это не просто игры двух избалованных мальчиков. На карту поставлено гораздо больше.
Повода не верить Воронцову у меня не было. Но звучало страшно. Я понимала, что это не просто слова. И Державин понимал. Кирилл пошел ва — банк.
— Иди ко мне, — притянул меня к себе он. — Я люблю тебя, Кира, — его голос прозвучал так мягко, что… мне захотелось услышать эти слова снова. — Впервые я вдруг понял, что любить — не значит быть слабым. И я не позволю забрать тебя. Никому. Понимаешь?
— Понимаю, — прижалась к плечу Кирилла. — Я тоже люблю тебя.
— Я знаю, — только и ответил он. — Поехали.
— В офис?
— К черту офис. Домой.
Усмехнулась. Кажется, я и правда слишком плохо влияю на него.
— А встречи?
— Перенесены. Не упрямься. У меня появляется ощущение, что это ты — мой работодатель, а не я.
— Кстати… насчет этого… — замялась я.
— Позже, Кира. Сейчас меня волнуют совершенно другие вопросы.
— И какие же? — быстро нашлась я. Чувствовалось, что Кирилл не хочет возвращаться к неприятной теме.
— Как скоро мы доберемся до дома. Иначе мне придется взять тебя здесь и сейчас.
Нет, точно есть какие — то курсы! Мне казалось, что я отшибла подобные желания у Воронцова разговором в машине.
— Ты серьезно?
— Серьезнее некуда, — усмехнулся он. — Я все заседание жалел, что мы не одни. Ты невероятно возбуждающе смотришься в роли представителя. Я только и думал о том, как прижму тебя к столу судьи и…
— Воронцов! — вспыхнула я. Да, скромняшкой я не была, но это… это выше моего понимания. И да, меня проняло. — Не думала, что у тебя такая богатая фантазия.
— Ты даже не можешь себе представить, насколько она богатая, — мурлыкнул мужчина.
Глава 18
В богатстве фантазии Кирилла мне пришлось убедиться, едва мы оказались в квартире. Воронцов, словно обезумевший торнадо, раз за разом сводил меня с ума, лишая возможности трезво мыслить. Тот капкан чувств, в который я попала, пугал и восхищал одновременно. Я не просто тонула в глубоком омуте давно не сдерживаемых эмоций Кирилла. Больше того. Я хотела тонуть.
Опустившиеся на город сумерки застали нас в кабинете. Кирилл сосредоточенно работал за ноутбуком, разбирая отложенные с прошлой недели документы. Я же, отвлекшись от чтения одного приключенческого романа, найденного на книжной полке, тихо подошла к нему. Со спины обняла ставшего необходимым, словно воздух, мужчину и через плечо заглянула в экран.
— Помочь? — шепнула едва слышно.
— Я уже заканчиваю, — выдохнул Кирилл. — Последний процдок и я снова твой.
Он на пару мгновений повернул голову, и я прижалась губами к его. Нежный, осторожный поцелуй снова вскружил голову. Но подошла я не за этим. На душе было неспокойно — хотелось, как можно скорее, решить все возникшие проблемы и устранить недопонимая. С мягким усилием начала массировать плечи Воронцова, разминая мышцы и то и дело проводя ноготками по мужской спине.
— Кирилл, ты напишешь мне рекомендации? — сказала совершенно спокойно, но сердце будто пропустило удар. И чего я разволновалась, дурочка?
Воронцов, расслабившийся от моих уверенных прикосновений, напрягся. Не дочитав, захлопнул крышку ноутбука и повернулся ко мне.
— Все-таки хочешь уволиться?
— Хочу. Так будет лучше, — мне и правда казалось, что работать в «Немезисе» нам будет тяжело. И дело даже не в том, что подумают люди. Конечно, удобно быть вместе постоянно, но вечная идиллия — утопия. Рано или поздно, но между нами появятся разногласия — в личных же или профессиональных отношениях. И как разделять две разные сферы? Как не перенести какую — нибудь глупую обиду или недовольство с одного на другое? Вспоминая свою жизнь с Данилом, я была уверена, что при любом раскладе удерживать себя в рамках не получится. Бывало, если мы ссорились дома, то помогать ему в автосервисе я не могла. На душе скреблись кошки. А разногласия в работе постоянно сказывались на наших личных отношениях.
Мне не хотелось сравнивать Данила и Кирилла. Возможно, Воронцов и правда сможет строго разделять наши отношения и карьеру, но за себя я уверена не была. А идеализировать то, что мы медленно создавали, смысла не было. От мелких склок никуда не деться.
— Я уважаю твой выбор, Кира, но не думаю, что он правильный. Подумай, хочешь
