– Красавица! – выдыхает Эйлинарра. – Я таких никогда не видела. И вообще тут все необычно и жуть как впечатляет.
– Аналогично. Впечатлен, поражен до глубины души и все в этом роде. И это не шутка, все так и есть. Однако… Где наши трофеи?
– А ты вверх посмотри. – Покрытая мягкой шерсткой рука нэко аккуратно так направляет мою голову. – Сразу увидишь, что Хаос и с физическими законами по-своему расправляется.
Смотрю и тихо офигеваю. Действительно, осколки разнесенного кристаллического саркофага Лофта зависли в воздухе прямо над нами. Хорошо так зависли, величаво сверкая острыми сколами и угрожая обвалиться нам на головы. Оно, конечно, мелочь – простейший щит избавит от напасти, но как-то не дюже прилично получится.
– Так-так… И кто же это у нас прибыл? – усмехается бог Хаоса, подбрасывая карты в воздух, где они и исчезают. – Двое моих эмиссаров, которых я не только не порол, но даже много неплохих обещаний авансом выделил. А кому-то и не авансом. И что в итоге? Где трофей, Лофтом именуемый? Или он у кого-то из вас в кармане спрятался? Если так, то доставайте скорее, мое любопытство ожидания не перенесет.
Ага… Первые признаки начальственного недовольства, которое, если не принять мер, может перерасти в нечто большее. Нам этого не надо, совсем не надо. Предпринять же реально лишь одно – изложить ситуацию, причем жестко, шокирующе, вываливая на Артаса то неодолимое препятствие, с которым нам пришлось столкнуться. С тем, что в перспективе может угрожать и самому богу Хаоса.
А вот ткнуть Эйлинарру сложенными пальцами под ребра требуется. Не из вредности, а по причине того, что моя очаровательная спутница решила открыть рот, желая оправдаться. Оправдания перед Артасом… не стоит. Он, хоть и способен их воспринять, но тогда МЫ окажемся в положении проигравших. Лучше уж постараться повернуть ситуацию в иное русло, где наши действия предстанут единственно верными. А неоднозначная ситуация трансформируется в пусть не полную, но победу.
– Карманы у нас такие не отросли, чтобы туда аж цельный бог поместился. Зато вместо него принесли нечто если не равнозначное, то тебе крайне необходимое.
– Ну-ну, – саркастически хмыкнул Артас, поднимаясь с пола и присаживаясь на край колодца. – Давай уж, удивляй отставшего от жизни бога.
– На нас напали, Артас. Не равные нам по силам, не обычные маги или нечеловеческие сущности – этого, правда, хватало, но тут мы могли преодолеть сложности. Зато потом, уже у саркофага Лофта, проявились иные существа. Они, знаешь ли, по силам сопоставимы с богами, да и то… Взять, к примеру, Ллос, ее бы эти сущности мигом порвали, как Тузик грелку. Эйлинарра?
– Кайр правду говорит, – пригорюнилась нэко, явно вспоминая последнюю нашу битву, отнюдь не удачную. – Кажется, они почти не заметили наших ударов. Нас было четверо, сражающихся совершенно по-разному, но это не помогло.
Артас иронически прищурился, только чуть дернувшийся угол рта показывал, что неудача для него являлась весьма серьезным ударом.
– Мои посланцы размножаются делением или почкованием? Один дроу плюс одна нэко… равны двум боевым единицам. Арифметику я точно не забыл, считать еще умею.
– Мы встретились с посланцами Арагорна. – Хвост нэко дернулся, хотя по какой причине, я так и не смог почувствовать. – Они не хотели бы это признавать, но появление их в том месте могло означать только одно: Лофт нужен был и ему.
– Этому я не удивлен. Что мне нужно, то и он сожрет, не поморщившись. То есть получается, что эти непонятные сущности…
– Я назвал их Незримыми, – прервал я Артаса. – Их облик никак не удавалось рассмотреть. Что-то бесформенное, размытые контуры… маскировка высочайшего уровня.
– Пусть будут Незримые. Правильно обозвать врага лишним не бывает, что бы ни говорили некоторые… эстеты. Получается, эти Незримые вступили в Игру в тот момент, когда вы собирались устроить дележку Лофта? Пилу хоть найти удалось?
– Мы делили апельсин, – фыркнула развеселившаяся нэко, – много наших полегло.
Бог Хаоса откровенно заржал, оценив шутку юмора. Я вообще заметил, что он не чужд некоторых чисто земных, причем российских привычек. Похоже, вместе со своими помощничками нахватался во время изучения нашего мира. Да уж, вот, оказывается, какие мы «влиятельные» даже на богов – липнем, как зараза, и отодрать невозможно.
– Что, так-таки и полегли?
– Нет, все живы и относительно здоровы, – процедил я, – хотя один из них ой каких хлопот доставить может. Но о нем чуть позже, более важная деталь есть.
– Если важная, то я слушаю, – сбросил остатки веселья Артас, вновь превращаясь в жесткое, рассчитывающее все на несколько ходов вперед божество.
– Осколки саркофага, которые мы не могли не заметить, не использовать. Это очень сильные накопители, сохранившие в себе силу поверженного Лофта, – с воодушевлением заговорила Эйлинарра. – Пусть самого Лофта вам доставить не удалось, но его сила, скопившаяся за долгие века, немногим уступит.
Хорошо выступила, прямо как речь на политическом поприще. Даже я заслушался… И Артас не остался равнодушным. Понимает, что в отсутствие самого божества можно использовать хотя бы его собственную силу. Суррогат, конечно, заменитель, но на то он и олицетворение Хаоса, чтобы находить нестандартные решения. Пусть крутится, авось что важное получится!
– Моя спутница не упомянула еще про одну интересную деталь…
– Судя по твоему голосу, какую-то хитрость не только обдумал, но и реализовать успел, – одобрительно подмигнул Артас. – Давай, излагай.
– Часть осколков саркофага мы оставили там, в мире-тюрьме. Но не просто так, а с определенной целью. Думаю, не надо тебе, богу Хаоса, объяснять, что такое печать этой силы.
– Ты прав, это лишнее.
– Вот и я о том же. На мне есть эта самая «печать». Вот и пришло в голову «дотронуться» ей до осколков-накопителей, а затем осторожно и аккуратно спрятать их, чтобы всякие там уроды не обнаружили. Сама-то сложившаяся система продолжает действовать, ничего не разладилось, пусть и возможные разрушения медленнее восстанавливаются.
– Кайр хочет сказать, что вы можете использовать этот мир как форпост там или базу. Скрытые им осколки саркофага будут постепенно преобразовывать мир. Останется только послать туда кого-то.
Артас взмахнул рукой, и осколки кристаллов, до сего момента висящие в воздухе, спланировали к его ногам. Скорпикора, до этого момента с любопытством взирающая на нас и вообще изменение обстановки, досадливо помотала головой и попятилась с тихим рычанием.
– Что это с ней?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
