Помимо этого пациенты продолжают страдать от элементарного отсутствия некоторых научных работ: статья, опубликованная в августе 2013 года, поясняет, что для половины всех рекомендаций в современной основной инструкции по кардиологии уровень информативности имеет оценку «С»10. Это поразительно мало для одной из крупнейших специализаций в медицине.
В июле 2013 года команда, ведущая сайт ClinicalTrials.gov, опубликовала влиятельную статью-мнение в журнале Annals о вреде, приносимом неослабевающей проблемой с испытаниями: их изначальные результаты перевираются.11 В статье, написанной на один месяц раньше, рассматривали испытания в хирургии, и выяснилось, что половина не была зарегистрирована до начала, тогда как половина всех первичных результатов была переиначена, пропущена или изменена.12
Примечательно, что ни одна из этих статей не привлекла значительного внимания прессы, а это иллюстрирует одну ясную причину, по которой такие вопросы остаются нерешенными.
Создано много шумихи и приложено много усилий к написанию газетных историй о каждом отдельно взятом «кровавом хирурге», но нет никаких сомнений, что благодаря терпимости к недостаточной информации — которая тихо подрывает качество решений в клиниках по всему миру — мы допускаем вполне избегаемые страдание и смерть, которые не сравнятся с вредом, наносимым отдельно взятым лицом. Дискуссия этой проблемы занимает немного времени, поскольку требуются фоновые знания о том, как создаются и используются факты; чтобы на этот предмет обрушился праведный гнев, потребуется гораздо больше времени и воображения, чем в случае с «плохим хирургом, калечащим пациента».
Также продолжилось исследование по субъективному распространению информации посредством маркетинга, как и предполагалось, несмотря на неправдоподобное отрицание со стороны индустрии. В одной статье от мая 2013 года — так получилось, что она лежит на моем рабочем столе — выяснилось, что 34 % всей индустриальной рекламы Швеции нарушало кодекс профессиональной этики.13
В апреле 2013 года была опубликована статья в Journal of General International Medicine с отчетом об опросе 255 врачей из четырех разных стран, где описывались 1692 визита медицинских торговых представителей.14 Менее чем в 2 % случаев давалась «минимальная адекватная информация о безопасности», и только в 6 % случаев упоминались серьезные неблагоприятные последствия, хотя в 45 % случаев реклама лекарств имела «изнанку». В том же месяце на президента Барака Обаму напустились с критикой за инициативу о «Научном разъяснении». Это новый проект, разработанный для параллельного ведения с системой «торговых медицинских представителей» (называемый «детализация» в США): клинические консультанты посещают врачей, медсестер и фармацевтов, распространяя несубъективную краткую информацию о том, какое лечение было самым лучшим. Генеральный исполнительный директор Pfizer Иан Рид сказал — без тени иронии, — что проект о научном разъяснении был разбазариванием народных денег, потому что у правительства появляется «конфликт интересов», когда оно распространяет информацию среди клинических консультантов.15
Истории от изобличителей о незаконных получениях денег и агрессивном маркетинге продолжаются в том же стиле в том же месте.16 В статье в мае 2013 года было выявлено, что менее 6 % биологическо-медицинских журналов имели методику выявления и ответных действий на литературное «рабство».17 Если вы прочитаете сопутствующую статью-мнение, несмотря на то, что она идет следом за платным доступом к информации, что пресекает популярную дискуссию во всей науке, вы найдете там все аргументы из этой книги.18 И это не потому, что все друг друга копируют: это потому что данные проблемы являются доминирующими и ежедневно обсуждаются за кулисами.
В журнале Journal of Medical Ethics в июне 2013 года приведено очаровательное описание проплаченной индустрией серии лекций по наркотику, прописанному в целях облегчения боли — содержание под вопросом, конфликты интересов не заявлены и так далее. Курс был прекращен только поле того, как в медицинской школе начались протесты.19 Старшие преподаватели медицинских институтов должны помнить, что действия такого рода со стороны младшего состава являются рискованными, смелыми и приносят пользу пациентам.
В июне 2013 года вышла выдающаяся статья в JAMA, International Medicine, написанная изобличителем, который лично был вовлечен в «торговлю болезнями», не просто в научной литературе, а также напрямую, среди людей, создавая статьи для ежедневных потребительских журналов в супермаркетах.
«„Низкий Т“» (низкий уровень тестостерона, так называемый гипогонадизм) широко известен в наши дни. Продажи препаратов замещения тестостерона (TRT) для „Низкого Т“ увеличились больше чем в 2 раза с 2006 года, и ожидается увеличение в три с лишним раза к 2017 году, согласно прогнозам мировых специалистов-аналитиков. Движущей силой этих продаж является хитроумный маркетинг: пытаются определить низкий уровень тестостерона как заболевание, которое нужно лечить с помощью TRT. Я знаю об этом, потому что, будучи профессиональным писателем медицинских текстов, пытался донести эту мысль через СМИ как до терапевтов, так и до потребителей».
Проблемы урегулирования испытания в развивающихся странах по-прежнему широко обсуждаются, хотя в Великобритании в меньшей степени. В июле 2013 года в индийской газете Economic Times (вероятно, вы никогда о ней не слышали, но у нее 800000 читателей) написали: «Многие отчаявшиеся и бедные люди в Индии неразумно принимают участие в клинических испытаниях лекарств, проводимых индийскими и мировыми компаниями и являющихся источником заработка для нерегулируемых исследовательских организаций».20
Я бы мог продолжить. Только предположение того, что эти факты являются историческими и долгоиграющими, абсурдно и еще опасно для Английской ассоциации фармацевтической промышленности. Нам нужно признать, что эти проблемы существуют, чтобы мы могли работать над ними — вместе или врозь.
