Пол дернулся, но безуспешно. Схватившие его солдаты казались столь же каменно твердыми и бездушными, как и королева. Гэлли даже не пытался высвободиться из рук державшего его солдата.
— Мы ничего плохого не сделали! — крикнул Пол. — Мы иноземцы!
— А-а! — Королева улыбнулась, довольная своей сообразительностью. Даже ее зубы оказались цвета свежей крови. — Ты мне вовремя напомнил… Иноземцы… — Она сунула в рот пальцы и свистнула, испустив мощный звук, эхом раскатившийся по холмам. У Пола заложило уши. — Я обещала передать тебя кое-кому. А потом отрублю головы тем, кто останется.
Внезапно Пол ощутил ледяной озноб, пронизавший его, словно влажный ветер, примчавшийся с ночного океана. Он сжался, догадавшись, кого сейчас увидит.
Сзади на луг вышли две фигуры в плащах и нахлобученных на лоб шляпах. Они приближались неспешно, явно никуда не торопясь. Когда тот, что пониже, с притворным удивлением развел руками, изображая радость, под шляпой у него что-то блеснуло.
«Так вот ты где!» Услышав этот голос, Пол завопил. «А мы все гадали, скоро ли снова тебя отыщем…»
Гэлли застонал. Пол рванулся, пытаясь освободиться, но солдаты держали его крепко.
«Мы приготовили для тебя нечто особенное, старый дружище». Двое подошли ближе, но их и теперь было трудно разглядеть, словно их постоянно окутывало облако мрака. «Нечто особенное…»
Колени Пола подкосились, он повис на сильных руках солдат, но тут послышался странный звук. Или стоны Гэлли стали столь же громки, как свист королевы, или…
Рокочущий рык усилился. Пол отвел взгляд от преследователей и посмотрел на холм. Уж не начался ли оползень — только трение камня о камень способно издать такой низкий раскатистый звук. Но вместо оползня он увидел огромное крылатое существо, появившееся из пещеры на склоне холма. Пол впился в него взглядом. У королевы отвисла челюсть.
— Бармаглот! — прохрипел кто-то из солдат — с ужасом и безнадежно.
Выбравшись из пещеры, существо встало и расправило крылья, подняв их так высоко, что усеянные прожилками перепонки поймали последние лучи заходящего солнца. Моргнули тяжелые веки. Голова на конце невероятно длинной шеи по-змеиному выдвинулась вперед, гулко хлопнули крылья. Чудище взлетело. Державший Гэлли солдат повалился на спину, да так и остался лежать, пронзительно визжа.
Зверь набрал высоту, черным силуэтом завис в светлом небе над холмами, словно летучая мышь, обхватившая фонарь, и спикировал. Солдаты, державшие Пола, одновременно выпустили его и помчались прочь. Королева, воздев руки, что-то оглушительно громко кричала стремительно снижающемуся существу. Пол пошатнулся и упал, сбитый с ног порывом ветра — существо расправило огромные крылья и взмыло вверх, подцепив птичьими когтями одну из жутких фигур в плаще, дрыгающую ногами.
— Гэлли! — крикнул Пол. Вокруг клубилась и вихрилась поднятая крыльями пыль. Где-то рядом в этом облаке яростно вопила королева. — Гэлли!
Он отыскал съежившегося на земле мальчика, рывком подхватил его на руки и побежал к реке. На полпути Гэлли поднял голову и понял, куда они бегут.
— Нет! Не надо!
Пол вбежал на мелководье, с трудом удерживая вырывающегося ребенка. Зайдя в воду по пояс, он услышал за спиной голос:
— Ты лишь еще больше все испортил! Но мы тебя где угодно отыщем, Пол Джонас!
Он выпустил мальчика и поплыл к дальнему берегу. Гэлли барахтался рядом. Пол ухватил его за воротник и помог ему выбраться из цепких водорослей, вытолкнув парнишку вперед на чистую воду. Что-то просвистело над головой, порыв ветра взрябил воду пенными барашками. В когтях чудовища дергалась красная фигура, вопящая благим матом. Волны захлестнули Пола и повлекли обратно. Он уже начал уставать, а до противоположного берега было еще очень далеко.
— Плыви, парень, — выдохнул он, отпуская Гэлли.
Они проплыли вперед еще немного, но их уже начало разделять течение, одновременно подталкивая под прямым углом к берегу, который совсем не приблизился.
Ногу Пола свела судорога. Он ахнул и погрузился под воду, потом забарахтался, отчаянно отыскивая путь наверх. Неподалеку что-то светилось — нечетко, но ярко, словно огонек свечи за волнистым стеклом. Пол поднял голову над водой. Рядом отчаянно шлепал руками Гэлли, приподняв над водой острый подбородок. На его лице застыла паника.
Пол снова сунул голову под воду. Да, вот оно — нечто золотистое, мерцающее в глубине. Пол всплыл, схватил Гэлли и зажал ему рот.
— Задержи дыхание! — прохрипел он и нырнул, увлекая за собой мальчика.
Гэлли отчаянно вырывался. Пол изо всех сил работал ногами, стремясь вниз, к размытому сиянию. Гэлли угодил ему локтем в живот; из легких Пола вырвался воздух, он закашлялся, ощущая, как нос и рот заполняет речная вода. Желтое сияние, кажется, приблизилось, но приблизился и мрак, который быстро надвигался.
Пол протянул к сиянию руку. Он видел черную воду, вихрящуюся и одновременно каменно-твердую, и озаренные золотым светом пузыри, застывшие в воде, как в янтаре. На мгновение перед ним мелькнуло лицо Гэлли с выпученными глазами и широко распахнутым от ужаса ртом. Пол рванулся вперед, и тут все вокруг исчезло.
СЕТЕПЕРЕДАЧА/НОВОСТИ: Буря под крышей привела к гибели троих человек.
(Изображение: обломки на пляже, разорванный свод вместо неба.)
ГОЛОС: Три человека погибли и еще четырнадцать госпитализированы в результате аварии на искусственном пляже в Борнмуте, Англия.
(Изображение: парк аттракционов «Пенный пляж» в рабочем состоянии.)
ГОЛОС: Авария волногонных машин и разрушение сводчатой крыши здания вызвали эффект, который один из свидетелей окрестил «цунами под крышей», в результате чего трое человек утонули, а другие получили увечья различной степени тяжести, когда шестнадцатифутовая волна обрушилась на искусственный пляж. Не исключен саботаж…
Глава 19
Осколки
Рени избегала этой мысли два дня, но сил прятаться от нее уже не было. Со смертью доктора Ван Блик ставки повысились. Пора было искать помощи. А этим ее источником пренебречь было никак нельзя, как бы Рени этого не хотелось. По крайней мере, она могла позвонить с работы — все не так ужасно, как показываться на фоне захламленной клетушки в убежище. А отключить изображение она не осмелилась бы — это значило бы признаться в чем-то или будет воспринято именно так: то ли растолстела она безобразно, то ли стыдится глянуть в глаза…
Рени наклонила пульт так, чтобы оказаться в поле зрения камеры на фоне самой чистой стены и единственного фикуса, выжившего в ядовитых кабинетных испарениях. Номер она знала — отследила еще в день смерти Сьюзен, чтобы занять себя хоть чем-то. Но уже тогда она понимала, что, найдя номер, вынуждена будет позвонить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
