ехху и девочку, остановились, и вперед выбрался пахан.
Переваливаясь на кривых ногах, он с хриплым клекотом протянул руку, и кто-то из морлоков вложил в нее большой красный топор. Такие обычно размещаются на пожарных щитах.
— Раз на раз! — завопили вокруг. — Пахан! Мочи!
Уф зарычал, вращая над головой окровавленный пулемет-дубину. Маруся слышала, как свистит рассекаемый прикладом воздух. Пахан перехватил топор двумя руками, присел, отчего сделался еще ниже, и мелкими шажками начал приближаться к ехху.
— Пахан! Жертва! Мочи! — подбадривали своего предводителя морлоки.
— Ушатаю! — с угрозой провыл пахан, занося топор для удара.
— Тфоя умирать, — рявкнул Уф, но не двинулся с места. Мару-ся, все так же сидевшая на земле, вытерла вспотевшие ладони о ткань комбинезона. Она поняла, что Уф ждет, когда вождь морлоков нападет, чтобы решить исход поединка одним ударом. Но что будет потом?
Дикари просто задавят одинокого ехху массой.
«Вряд ли они потащат меня в свое логово. Скорее всего, убьют прямо здесь, — промелькнуло в голове девочки. — Не-е-ет, уж лучше наемники, чем так — умереть под дубинами дикарей!»
Остальные морлоки тем временем загнали ехху в скалы и не давали им спуститься в ложбину.
Все, помощи ждать было неоткуда и не от кого…
Повернув голову, Маруся увидела автоматчиков, со всех ног бегущих к ней. Они все поняли и теперь старались успеть захватить девочку раньше дикарей. Их оружие молчало. «Боятся попасть в меня? — не поняла Маруся. — Зачем же стреляли до этого? Или сразу не разглядели, кто есть кто? Интересно, Чен с ними? Или сидит в вертолете?»
— Па-хан! Па-хан! — скандировали морлоки. — Мочи!
— Матуха-Луна!! — взвизгнул пахан и кинулся на Уфа, подняв топор. Ехху махнул пулеметом — раздался страшный треск, и приклад ПКМ разлетелся в щепки. Дикари разразились восторженными воплями, в руках у Уфа остался жалкий обломок пулемета, по сути один только ствол.
— Па-хан! Па-хан!
— Завалю! — вызверился пахан и бросился в новую атаку. Уф дернулся было отскочить, но за ним сидела Маруся — отступать некуда. Тогда гигант перехватил ствол ПКМ на манер копья, замахнулся…
— Не сиди! Надо идти, — услышала Маруся спокойный, уверенный голос. Мимо прошел какой-то человек в длинном сером плаще. Прошел не торопясь.
«У меня начались галлюцинации. Или они и не кончались? Может быть, все это вообще не по-настоящему? Мираж, видения, сон, бред? Может быть, я лежу где-нибудь в Мертвом лесу у подножия сухого дерева, и мне только кажется, что мы вышли из него, встретили Илью, бабу Раю?»
Пахан, размахивая тяжелым топором, оказался совсем рядом с ехху. Красное лезвие взлетело для решающего удара.
«Сейчас Уф умрет! Нет, не надо!»
— Па-хан! Жертва! Матуха-Луна!!
— Да вставай же ты!
— Не надо!
— Па-хан!
— Уф-ф-ф! — выдохнул ехху и метнул пулеметный ствол за мгновение до того, как топор обрушился на его голову. На лицо Марусе брызнули горячие капли крови — Уф не промахнулся.
Пахан морлоков выронил топор и упал на спину, широко раскинув татуированные руки. Из левой глазницы его торчал ствол пулемета ПКМ. Бросок Уфа оказался такой силы, что ствол пробил череп насквозь.
Дикари растерянно умолкли.
Наемники были уже совсем близко.
Уф медленно нагнулся и подобрал красный топор, готовясь к новой схватке.
Все тот же спокойный голос опять произнес:
— Надо идти.
На небе чистым серебром вспыхнули звезды.
Время остановилось.
Совсем.
4
— Не смотри туда, — сказал человек в сером плаще. Он, как маленькую, вел Марусю за руку прочь из страшной ложбины, и над головой девочки кружились в темном небе огромные звезды.
Туда — это где сейчас ворочалась темная человеческая масса, где слышались крики и треск автоматов. Туда — это где наемники схватились с морлоками и истребляли друг друга, не помышляя об отступлении.
Почему?
Где Уф?
Куда она идет?
Зачем?
С кем?
Звезды вспыхнули — и погасли.
Холодный ветер ударил в лицо девочке.
— Так нельзя! — крикнула Маруся, остановилась и выдернула руку.
— Прощайся, — прозвучал голос.
Маруся огляделась. Она стояла на каменистом пятачке между скал. Вокруг замерли ехху. Желтые глаза великанов горели в полумраке. Многие были ранены стрелами и копьями морлоков, но их раны уже успели забинтовать полосками бересты.
Уф подошел к Марусе, виновато улыбаясь. Он положил на землю красный пожарный топор, протянул руку и погладил девочку по щеке.
— Моя уходить. Уф… Моя жить мой народ. Так надо. Уф…
— Нет. Я не смогу без тебя! — Маруся заплакала.
Гигант вздохнул, молча снял шнурок с клыком росомахи, надел Марусе на шею. Вожак ехху, темной башней высящийся рядом, пропел что-то властное и тревожное. Наверное, это был приказ — гиганты зашевелились, задвигались, уходя в неприметный проход между скалами.
— До сфиданья, — Уф поклонился девочке.
— Стой! — Маруся бросилась к нему, обняла, уткнулась лицом в рыжую шерсть. — Мы же еще увидимся, да? Правда, Уф? Ну, правда?
— Наферное, прафда… Уф… Моя идти.
— Подожди! — Маруся сунула руку в нагрудный кармашек «разгрузки», вытащила фигурку кролика, протянула ехху. — Вот, возьми. На память…
Она не думала в этот момент, что дарит другу чужое, что это предмет Ильи, без которого тому будет плохо. Что-то подсказало Марусе: так надо, так правильно.
— Мару-уфя, — вздохнул Уф, повертел в пальцах фигурку. — Моя помнить Маруфя. Фсегда. Уф… Не хорофо. Не нрафится!
Резко повернувшись, гигант быстро исчез между камней — последним из ехху.
ЭПИЗОД 14
Арк
1
Ветер усилился, стало очень холодно.
«Одна… Я — одна, — подумала Маруся, пряча ладони в рукава комбинезона. — Хотя нет. Вот рядом тот, кто все это устроил. Тот, кто, как хирург, отрезал все, что было до этого. Кто вынул из моей души все переживания, все чувства. Там теперь пусто. Или всегда было пусто?…»
Человек в сером плаще стоял напротив Маруси и молчал. Лицо его скрывал капюшон, за плечом, на острой вершине Синей Горы, гасли последние отблески заката.
— Кто вы такой? — спросила Маруся, поеживаясь не то от холода, не то от неизвестности. Без Уфа девочка ощущала себя очень неуютно.
Человек ничего не ответил. Стрельба в ложбине стала стихать — то ли наемники перестреляли всех морлоков, то ли дикари задавили автоматчиков числом.
— Как вы это сделали? — снова задала вопрос девочка, имея в виду все произошедшее, и собственное чудесное спасение в том числе.
— Ты задаешь много вопросов, а надо учиться искать ответы.
Голос у человека был ровный, негромкий, но Маруся слышала его отчетливо, как будто он звучал в наушниках.
— Кому надо?
— Тебе.
— Откуда вы знаете?
— Я знаю про тебя все. Говори мне «ты». Это не будет мешать нашему общению.
