Февик нахмурился и, отвернувшись, бегло заговорил по-испански со своими носильщиками, один из которых и будил Картера на плохом английском.
Картер напрягся. Он знал пару рукопашных приемов, а Февик не производил впечатления серьезного противника, хотя пистолет, который он сжимал, не казался игрушечным.
Один из двоих носильщиков прокричал несколько слов, и из джунглей вышел третий индеец. Он был гораздо старше носильщиков Февика. При его появлении Минга поднялся с земли, отбросив палку в сторону, и в тот же момент проводник Февика увидел Мингу. Индейцы церемонно обнялись и направились к убогому травяному ложу, без умолку болтая и совершенно не обращая никакого внимания на других.
— Ты же говорил, только Минга знает, как разыскать эти столбы, или я ошибаюсь? — упрекнула Эшвуд Игоря. Игорь пожал плечами:
— Он мне так сказал! Но, видимо, правда становится в сельве большой редкостью.
— Это вам ни к чему! — Картер кивнул на пистолет Февика. — Здесь нет золота, а значит, и причин проливать кровь. Если же вам не дают покоя лавры первооткрывателя, то я с радостью уступаю их вам.
— И я тоже, — добавила Эшвуд.
— Не будем о золоте пока говорить, но пистолет я оставлю наведенным на вас, мистер Картер! Если я уберу его, у вас появится слишком большой соблазн напасть на меня, и я уверен, вы сделаете это на хорошем профессиональном уровне. Теперь же сядьте на землю, я прикажу своим людям связать вас. Вашему носильщику я не стану чинить препятствия, он может уйти, когда захочет, индейцы меня не волнуют.
Игорь зашептал что-то Кристоферу, и тот неохотно подчинился, собрал свой рюкзак и, в последний раз бросив взгляд на своего друга и нанимателя, поспешил к джунглям.
— Он приведет нам подмогу! — сказал Картер, когда Кристофер скрылся.
— Я глубоко сомневаюсь, — Февик наблюдал, надежно ли его люди связывают двоих мужчин и женщину. — Индейцы не бывают преданы белым. Хотя, быть может, вот он и заслужил их доверие, — он указал на Игоря, — но одного доверия, безусловно, недостаточно, чтобы они позволили вовлечь себя в неприятности. Я уверен, этот человек вернется к своей семье и постарается побыстрее забыть о нас.
Февик уселся на землю, привалившись, спиной к дереву:
— Вы говорите, здесь нет сокровищ? Отсюда я заключаю, что золота вы не нашли.
— Да, и пусть твоя задница расхохочется, если это не так, — смачно выдала Эшвуд, — здесь нет ни затерянного города инков, ни их сокровищ! Ничего! Здесь только одна эта чертова стена!
— Я сам вижу, что здесь не могло быть города. Это, пожалуй, отдаленное поселение. Что же касается сокровищ, не будем торопиться!
— Я вижу, вы не особо расстроены! — заметил Картер.
— С чего бы это мне расстраиваться? — удивился Февик. — Вы стремились сюда за золотом, а я археолог, и денег у меня и без того много. Я ищу Паитити ради материала для монографии и для публикации в "Американском археологическом вестнике". Я должен утвердить себя в науке, чтобы сказать когда-нибудь своим родителям: "Я сделал себе имя без вас и ваших связей!"
Он указал на крошащуюся стену:
— Эти петроглифы, проглядывающие из-под лишайника, НИ о чем вам не говорят, а для меня они-то и есть насто ящее сокровище. Эти петроглифы — свидетельства не-инкского влияния. Может быть, здесь были Чиму или Моче. Это совершенно неизвестное науке поселение. Я надеюсь найти здесь сделанные рукой человека предметы, и совсем не обязательно им быть из золота.
— Тогда зачем нас связывать? — Эшвуд сделала напрасную попытку высвободиться. — Мы уйдем и не станем мешать копаться там, где только этого захочет твоя задница, Февик!
— Фивик! Я отпущу вас, — пообещал толстяк, — но позже! Вы должны оставаться здесь до тех пор, пока я не соберу материал, нужный мне для предварительной публикации. Я не могу допустить, чтобы вы, возвратясь в Лиму, разболтали бы обо всем первому встречному репортеру. Простите мне мою предосторожность, но это археологическое открытие — дело всей моей жизни, и я не хочу рисковать. Одного неосторожно сказанного вами слова будет достаточно, чтобы сюда нагрянули толпы искателей сокровищ, которые быстро уничтожат многое из того, что представляет собой научную ценность. Вам придется некоторое время потерпеть мое общество и веревки. Расслабьтесь и постарайтесь получить удовольствие. О вас будут заботиться, а когда я закончу исследования, вы обретете свободу, — Февик, возможно, хотел бы еще что сказать, но его монолог был неожиданно прерван неистовым воем, вой шел из его саквояжа.
— Что такое, мой хороший? — вопрос Февика явно не относился к бездушному саквояжу, — что за бес в тебя вселился, Мо?
— Мо? — Эшвуд уставилась на толстяка, — ты притащил мясистого котяру сюда из самой Джорджии?
— Мо сопровождает меня повсюду! — Февик окликнул одного из носильщиков: — Не стой же! Выпусти его!
Кивнув головой, носильщик откинул крышку коробки, привязанной ремнями к рюкзаку. Оказавшись на свободе, четвероногое существо ринулось к палатке Картера.
— Мача! — истошно заорал Картер.
Котяра, в несколько секунд покрыв отделявшее его от палатки расстояние, ржавым пушечным ядром врезался в ее полог, а Февик удивленно взглянул на Картера:
— Вы тоже повсюду возите с собой кота?
— Я подобрал Мачу в Куско, — Картер с тревогой наблюдал, как бьется, запутавшись в пологе палатки, орущий дурным голосом рыжий кот. — Я думал, со мной она будет в безопасности. Я собираюсь увезти ее с собой в Штаты.
Позади палатки появилась кошка Картера и кинулась в джунгли. Мгновение спустя кот Февика уже преследовал ее.
— Вы, оказывается, тоже поклонник представителей семейства кошачих! Я был о вас худшего мнения, простите. Вы говорите, у вас кошка? — он ухмыльнулся, — не думаю, что Мо ее обидит.
— А что, если они не вернутся?
— Мо вернется, но за вашу кошку ручаться не могу. Конечно, если вы ее хорошо кормили, она вернется непременно. Впрочем, они сами разберутся между собой без нашего вмешательства. Теперь же, простите, я вынужден вас покинуть, мне нужно приступать к работе.
Он передал пистолет одному из своих людей, приказав ему смотреть за пленниками в оба, а сам извлек из рюкзака фотоаппарат и начал съемку, методично продвигаясь от одного конца стены к другому.
— Если он, упаси боже, найдет золото, нас ждут неприятности, — пробормотала Эшвуд. — Эта мысль не дает мне покоя. Вероятно, тогда он пристрелит нас, и никто никогда не найдет наши останки.
— Не думай об этом, Марджори! — попытался ее успокоить Картер, — Февик не похож на убийцу!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
