«Выступ сейчас уйдет. Не делай этого.»
«С выступом все в порядке», - крикнул я. «Гидеон!» Где он?
«Я люблю тебя, Кэмден. И я знаю, что у меня плохо получалось показывать это. Но ты был так похож на меня. Салли и Ксандер, они были твоей мамой, но ты... во всем, кроме внешности, ты был мной. А Кэл... он был таким милым. Хорошим.»
Еще один участок скалы провалился, и я услышал шаги, спешащие к нам.
«Папа, ты сможешь рассказать мне обо всем позже.»
«Отпусти меня.»
Я затаил дыхание, наконец-то поняв, о чем он говорит.
«Нет, папа. Нет.»
«Я не заберу тебя с собой.»
«Вот дерьмо», - воскликнул Гидеон, ударившись животом рядом со мной.
«Гид здесь, папа. Мы можем вытащить тебя.»
Он молчал, но выражение его лица менялось так быстро, что я не мог понять, что он чувствует или думает. Печаль? Злость? Принятие? Даже счастье?
«Просто потянись вверх другой рукой.
Гидеон наклонился вперед настолько, насколько осмелился, и опустил руку.
«Папа?», - взмолился я. «Я не могу сделать это за тебя. Это твой выбор.»
Гидеон перевел взгляд на меня, потом обратно на отца, прежде чем опустить руку еще на дюйм.
«Ты должен выбрать, папа.»
Это был тот самый момент, которого он так ждал. Решение было за ним. Еще одна часть выступа обрушилась, закончившись прямо перед началом моей руки, но я все еще не отводил взгляда от этих глаз. Глаза Салливана.
Его губы сжались, а брови нахмурились. Затем он зарычал и взмахнул левой рукой. Гидеон поймал ее, и мы оба тут же поднялись, оцарапав папины руки, а затем грудь и живот о край выступа, когда вытаскивали его обратно на твердую поверхность. Опустившись на колени, он упал вперед, и мы все бросились к двери, где нас ждала Уиллоу.
Отец оглянулся на меня и сделал одинокий кивок, и я понял, что это все, что он хотел сказать о том, что только что произошло.
«Думаю, это принадлежит вам, юная леди», - сказал он, вложив что-то в ладонь Уиллоу, прежде чем войти в дверь.
«Мне нужно пиво», - пробормотал Гидеон, следуя за отцом.
Я прижал Уиллоу к себе, прижимая ее к груди, не заботясь о том, что ее шлем впивается в слои моей куртки и давит на кожу под ней. «Я люблю тебя.»
«Я люблю тебя», - повторила она, ее руки сжимали ткань у меня за спиной.
«Давай вытащим тебя отсюда.»
Я мог бы прожить всю оставшуюся жизнь и никогда больше не увидеть эту часть шахты. Меня это вполне устроит. Она кивнула, и мы пошли обратно.
«Смотри, что нашел твой отец.»
Она показала свою булавку с единорогом. Это была крошечная вещица, размером едва ли с четвертак.
«Только посмотри на это.»
Я провел большим пальцем по ее ладони, но когда поднял глаза, она сосредоточилась на чем-то справа от себя. На двери.
«Что это?»
Она спрятала булавку в карман и повернулась лицом к тяжелой железной массе. Затем она опустила руку от подбородка вниз, как будто что-то измеряла, и дойдя до середины груди, переместила руку на тот же уровень на двери.
«Кэм», - прошептала она.
Среди ржавчины виднелись два темных пятна. Кровь.
Ярость захлестнула меня, и я схватился за руку со знанием, которого никогда не хотел. И все это имело смысл. Весь этот день, те, что были до него, и те, что будут после.
Наши глаза встретились, ее глаза расширились от шока, и я захлопнул дверь, позволив ей закрыться с приятным хлопком.
Я знал, где находится эта чертова карта.
Глава двадцать восьмая
Уиллоу
Кэм почти молчал, пока мы выбирались из шахты. Он напоминал мне тигра, сидящего в клетке, который озирается по сторонам и ждет, когда его выпустят на свободу. Я держала руку Роуз в своей и старалась не думать о том, что мы нашли и что чуть не потеряли.
Гидеон проверял наличие сотовой связи, и меня не удивило, что так далеко под землей ее не было.
У Арта появились симптомы болезни, и я поняла, что нам нужно вытащить его из шахты, пока он не забыл, зачем он здесь. А мне нужно было просто выбраться из этой шахты.
Мы добрались до главного туннеля 1880 года, и я почти позволила себе расслабиться. Даже если мы все здесь застрянем, кто-нибудь нас найдет. Расстояние, которое поезд преодолел за пять минут, можно было пройти за двадцать. Мы достигли первой секции, где туннели расходятся в трех направлениях, и мой отец закричал, побежав к нам с поисковой группой.
«Дедушка!»
Роуз выронила мою руку и побежала за ним. Он упал на колени и обнял ее, его плечи тряслись.
«Я в порядке», - пообещала она.
Усталость навалилась на меня, и мои шаги замедлились, когда я приблизился к ним.
«Мы нашли ее...»
Отец схватил меня за куртку и потянул. Я упала на землю, и он обхватил меня за спину. Его дыхание было неровным, и я положила голову ему на плечо, пока он приходил в себя.
«Спасибо.»
Мне не нужно было смотреть, чтобы понять, что он обращается к Кэму.
«На этот раз мне не пришлось ее нести», - ответил Кэм, и я улыбнулась, несмотря на пробирающую до костей усталость.
Когда отец почувствовал себя достаточно собранным, чтобы подняться, мы забрались в поезд. Арт сел за руль, сказав Кэму, что он прекрасно знает, что делает. Папа сел напротив меня, положив Роуз под мышку, а я положила голову на грудь Кэма.
«Я так устала», - сказала я ему, когда поезд тронулся.
«Выброс адреналина.»
Он прижался поцелуем к
