которое на меня рухнуло, было продуктовым супермаркетом. Что тоже помогло мне продержаться до прихода спасателей..
Но это уже потом, когда доел последний шоколадный батончик, что был у меня в рюкзаке, и допил оставшуюся воду в пластиковой бутылке.
Когда всё стихло… вот тогда наступила настоящая тишина… правда, только на какое-то время. Видимо, так показалось на контрасте между тем рокотом, который был за несколько минут до этого. Но потом, когда уши привыкли, стало слышно, как выжившие зовут на помощь. Но никто на помощь к нам тогда не пришёл… Люди кричали, дети и женщины плакали… и всё это было слышно даже через образовавшиеся завалы. Неподалёку от меня молилась незнакомая женщина, она всё время просила Бога вернуть всё обратно, как было до взрыва, она просила прекратить этот кошмарный сон, и чтобы она проснулась. Но Бог её не слышал, и она в какой-то момент стала его проклинать.
Через какое-то время она стала просить пить. Спрашивала, есть ли кто живой по близости, но я не отозвался. Я уже говорил, что у меня была вода? Совсем немного, но я был напуган. До уср@чки, если честно. И…да, я хотел оставить воду себе, тогда я ещё не знал, что рядом под завалами целые залежи еды и воды из разрушенного супермаркета.
Стыдно ли мне сейчас за своё малодушие и эгоизм? Стало стыдно, когда я нашёл способ доползти до неё, но было уже поздно. Её ноги придавило бетонное перекрытие, она толком не могла пошевелиться, так и умерла.
С каждым часом голосов, звавших на помощь, становилось всё меньше и меньше. Люди уже не звали на помощь, не плакали, не кричали. Кто-то ещё стонал, но всё тише и тише.
По-настоящему стало плохо через несколько дней, когда стали разлагаться тела и по пустотам, стал распространяться трупный запах. Боюсь, я его никогда не забуду. Как вспомню, так сразу тошнит.
Да, так и живу: вспомню взрыв — знобит, вспомню запах — тошнит. Или это меня от облучения тошнит? Даже не знаю. Наверное, так и должно быть, когда возвращаешься с того света.
***
Из сводки:…
«По последним данным количество погибших в стране в первые минуты войны составило порядка 25–30 миллионов человек. Потенциальные потери от травм и болезней, в том числе лучевой, в ближайшие шесть месяцев оцениваются в 5–6 миллионов человек.
По экспертной оценке Соединённые Штаты понесли сопоставимые потери населения.
Еще 15–20 миллионов погибло в результате ответного удара в странах Европы и Великобритании.
Количество погибших в странах Юго-Восточной Азии и Азиатско-Тихоокеанском регионе уточняется…»
***
Из сводки:
… операции было задержано и ликвидировано 23 агента, которые осуществляли деятельность, направленную на подрыв обороноспособности государства и причастных к саботажу…
При этом однозначно установить причастность к спеслужбам стран НАТО и непосредственно США удалось только в отношении двух задержанных и четырёх ликвидированных. Принадлежность остальных…
….с задержанными проводятся следственные мероприятия.»
***
Погода вдруг вспомнила, что на дворе вообще-то январь-месяц, который, на секундочку, зимний, и решила вывалить сразу весь запас снега, который у неё накопился в небесных закромах. Да ещё снабдить всё это довольно сильным ветром.
Из всего этого был только один плюс: мороз был не сильный, как и положено, когда с неба падает снег. Но густой снег, переходящий периодически в настоящую пургу сделал практически невозможным продвижение по второстепенным дорогам, которые в условиях ядерного апокалипсиса никто не стремился чистить. Их как бы и до этого не особо чистили, а сейчас и подавно, все были заняты совсем другими делами, и образовавшиеся сугробы были сейчас наименьшей проблемой для государственных служб.
В результате, осознавая все риски быть снова вычисленными или замеченными, пришлось всё-таки свернуть на основную трассу, поддержанием которой в пригодном для перемещения автотранспорта состоянии занимались военные, сгонявшие всю снегоуборочную технику, которую только могли найти.
И это понятно, необходимо было поддерживать возможность быстрой переброски военной техники, в том числе по суше. Кроме того, по этим же дорогам ехали вереницы автобусов с гражданскими, в первую очередь, женщинами и детьми, которых увозили подальше от городов, которые в любой момент могли стать потенциальными мишенями для очередного ядерного удара.
Часть ехала на восток России, часть на юг, в сторону Казахстана, который согласился принять беженцев, и который почти не подвергся нападению. Хотя американские беспилотники и нанесли ряд ударов по Байконуру, попутно разбомбив военные базы уже казахской армии, которые приняли за российские. Не исключено, что данное событие в итоге и привлекло Астану на
