Я терпеливо ждала, изображая нетерпение, хотя перед тем, как сюда приехать, мы с Рэмом поели. Но легенду нужно отрабатывать до конца.
– Только давай ты меня в шесть утра не будешь будить на прогулку, ладно? – Наташа повернулась и присела, поставив передо мной нарезанную котлету. Пахло, кстати, вкусно. – Ты же воспитанная собака, правда?
Ну, положим, песец, а не собака, но, похоже, Наталья плохо разбиралась в породах, да и животных вообще. Я послушно съела угощение, а когда снова подняла голову, хозяйка квартиры уже держала в руке бутылку вина и бокал. О как. Интересненько. Подозреваю, меня ждут откровения. И я потрусила за Наташей дальше в квартиру, в гостиную. Отметила, что запах тлена стал гуще, насыщеннее, и сморщилась, все же чихнув. Понятно, букет где-то здесь. Ладно, поищу позже, ночевать ведь придется в этой квартире. Наташа тем временем медленно прошлась вдоль стенки, держа бутылку за горлышко – бокал она поставила на столик около кресла, – остановилась и долгим взглядом посмотрела на фото в рамке. Свадебное, и мне показалось, лицо невесты выражает совсем не радость и счастье, а улыбка приклеенная: Наташе явно было не до веселья. Узнать бы почему. А она между тем достала штопор, ловко открыла бутылку и снова уставилась на фото. Потом вдруг фыркнула, лихо глотнула прямо из горла и со стуком опустила рамку.
– Да к черту, – пробормотала хозяйка квартиры и плюхнулась в кресло. С горечью усмехнулась и заговорила, глядя в пространство невидящим взглядом. – Бесит он меня, не могу больше! – Наталья приложилась к бутылке, потом прикусила губу, и у нее подозрительно заблестели глаза. – И Валерку ненавижу, с его этой курицей! – выпалила вдруг она и тихо всхлипнула.
Ого, кажется, меня ждет пьяная исповедь. Ну тем лучше, не придется допрос устраивать потом. Наташа откинулась на спинку, поджав под себя одну ногу, и прикрыла глаза. Ей явно хотелось выговориться, но было не с кем, и бессловесная псина, какой она считала меня, подходила сейчас как нельзя лучше.
– Я же за Мишку вышла замуж из упрямства, думала, он остановит меня, когда узнает, – продолжала Наташа исповедь, то и дело прикладываясь к бутылке. – Боже, дура, я же ему с девичника звонила, в любви признавалась, идиотка пьяная! – плаксиво произнесла женщина, шмыгнув носом. – А он сказал, что это во мне алкоголь говорит и что все хорошо будет у нас с Мишкой. Да надоел этот Мишка со своим обожанием и сдуванием пылинок, аж противно! – со злостью выкрикнула Наташа, и я внутренне поморщилась – громко слишком для моих чувствительных ушей. – Не нужно мне это от него, я его выбрала только из-за квартиры и бабла! А Валерка эту курицу выбрал, не понимаю почему. Ненавижу, ненавижу их всех! – прошипела Наташа, ее лицо исказилось. – Я ж развестись готова была ради него, а он!..
Дальше наконец-то пошли слезы, вино в бутылке неумолимо заканчивалось, а я терпеливо ждала, когда же Наталья спать пойдет. В общем, картина ясная: несчастная любовь, конечно же, причем, если верить словам этой дамы, Валерка козел, потому что не замечал, какая Наташа вся из себя красивая и классная и на все ее попытки охмурить парня отвечал вежливым отказом. Подозреваю, этот Валера просто знал, что друг сохнет по Наташе, и не хотел переходить ему дорогу, ну и весьма возможно, она не в его вкусе. В общем, смысл в том, что Валера отмахивался от настойчивой подруги, а потом и вовсе женился на другой. Банальная история, таких сотни, если не больше, только вот далеко не все отвергнутые безответно влюбленные дурочки бросаются в опасную месть со смертельным исходом сопернице. Жалости к Наталье у меня не было ни на йоту, если честно. Даже не хотелось знать, сама ли она сделала порчу на букет, полученный от подруги Насти, или воспользовалась услугами посторонней ведьмы, не побоявшейся связаться с подсудным делом. Таких тоже хватало в Питере.
К моменту, когда моя временная хозяйка наконец приговорила бутылку, закончила жаловаться на жизнь и поплелась в спальню, ощутимо пошатываясь, у меня в голове уже сложился дальнейший план действий. Про меня Наталья, похоже, до утра забыла, что мне только на руку. Я терпеливо дождалась, пока затихнет шум и в квартире воцарится покой, для верности еще полчасика побродила по гостиной – заодно обнаружила, что запах сильнее всего идет от двери на застекленный просторный балкон, где тоже стояла какая-то мебель, как я видела через окна. Значит, опасная вещь где-то там. Наконец, я посчитала, что уже можно безбоязненно обернуться обратно в человека. Где стоял стационарный телефон, я приметила сразу – в коридоре на тумбочке. Но для начала букет. Стараясь действовать беззвучно, я осторожно открыла дверь на балкон, ежась от сквознячка, скользнула внутрь и снова выпустила песца: надо же унюхать магию.
На балконе, кроме двух плетеных кресел и столика на кованой ножке со стеклянным верхом, в углу еще стоял узкий шкаф, видимо, для всяких мелочей. И запах тлена, от которого в носу уже непрерывно чесалось, вел прямо туда. Я поспешно вернулась в человеческий облик и опустилась, открыв самую нижнюю дверцу – там стояли какие-то коробки. В самой дальней я и нашла искомое, когда сняла крышку и заглянула. Высохший букет из скукожившихся бутонов роз, когда-то бывших нежного желтого цвета, сейчас они походили на сделанные из пергамента, хрупкие и ломкие. Я не стала вытаскивать, прекрасно зная, как опасны подобные на первый взгляд безобидные предметы, да еще и напичканные смертельной черной магией. Закрыла коробку, вернулась в комнату и взяла телефон. На всякий случай прислушалась, но из спальни не доносилось ни звука – Наташа спала, убаюканная алкоголем. Отлично.
На всякий случай я все же вышла на балкон и отошла в дальний угол, присев на пол – хорошо, он, похоже, утепленный был, и на полу какое-то мягкое покрытие, не кафель. Я набрала номер Рэма, не сомневаясь, что мой барс не спит. Он взял трубку почти сразу.
– Ален? – безошибочно определил он, кто звонит.
– Я нашла букет, – тихо сообщила, прикрывая трубку ладонью. – Ты можешь к этой Наташе сейчас приехать, я передам, завтра отдадим Раде?
– Так я и не уезжал, – невозмутимо ответил Рэм. – Сейчас поднимусь.
Я невольно улыбнулась, в груди разлилось тепло. Не уехал. Ждал. Любимый мой кот… Потом спохватилась, что нужно открыть дверь, и поспешила в коридор, чутко прислушиваясь – вдруг Наталью понесет в туалет? Не понесло. Мимолетно пожалев, что замок на двери не защелкивается, а только ключом закрывается, я тихо-тихо открыла его и прислушалась: чуткое ухо уловило гудение лифта. Хорошо, на площадке никого, я ж тут в чем мать родила, рисковать и брать что-то из одежды не стала. Ну, вдруг Наталья проснется, так мне проще в песца быстренько перекинуться, чем объясняться, что я тут делаю среди ночи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
