Читаем без скачивания Отзвуки серебряного ветра. Мы – есть! Честь - Иар Эльтеррус

Директор снова окинул взглядом столы. Откуда могла взяться вся эта роскошь?! В кладовых ничего подобного не было и быть не могло! Уж кому, как не ему, знать. Он обратил внимание на мелькающего то тут, то там встрепанного патлатого в красной косоворотке и возмущенно уставился на него. Этот-то что здесь делает?

– А, вот и господин директор пожаловать соизволили, – подошел к нему этот патлатый. – Дела будете сдавать мне. Сообщаю также, что вы находитесь под следствием и вскоре пойдете под суд за воровство у детей.

– Что?! – отвисла челюсть директора. – Вы что несете?!

– То, что слышите, – насмешливо усмехнулся Барлик. – Мало того, передача о вашем преступлении пройдет по всем инфоканалам Трирроуна. Я вам обещаю, что после нашей передачи вы, кроме работы мусорщика, не найдете в этой стране никакой другой. Это слово аарн, его даю вам от имени всего ордена я, дварх-майор легиона «Дети Бездны» Барлик Фаннасанх.

– Вы докажите сперва! – взвизгнул завхоз.

– Вас это тоже касается, – резко повернулся к нему аарн. – А доказать? Это просто. Мериарх!

– Чего тебе? – отозвался голос с потолка.

– Ты получил всю нужную информацию?

– Ага, – хихикнул голос. – Тут столько, что хватит пожизненно засадить десяток директоров с завхозами, а не только этих двоих. Сейчас оформлю документы в привычном для Трирроуна виде. О, готово.

– Тогда свяжи меня с полковником Эталем из столичной службы безопасности, он в курсе дела, – хищно оскалился Барлик. – И передай ему оформленные документы.

– Связываю.

Перед аарн зажглась в воздухе рамка голосвязи. В ней был виден небольшой, скромно обставленный кабинет, в котором находился только один человек, совершенно лысый и полноватый, одетый в серый плохо пошитый костюм. Если бы кто-нибудь встретил этого человека на улице, то сразу забыл бы о встрече, настолько неприметной и незапоминающейся внешностью он обладал.

– Полковник Эталь? – спросил Барлик.

– Именно так, – кивнул тот, с удивлением глядя на длинноволосого патлатого в красной, разодранной на груди косоворотке. – А вы дварх-майор Фаннасанх?

– Да, – энергично кивнул Аарн. – Вам только что телепортировали папку с документами по детскому дому номер четырнадцать.

– Я видел… – проворчал полковник, неодобрительно покосившись на лежавшую на краю стола толстую папку. – Хоть бы предупредили сначала, меня едва инфаркт не хватил, когда она из воздуха появилась…

– Извините, – смутился Барлик. – Не подумал. Меня настолько возмутило происходящее в этом детдоме, что я про все забыл.

– А что там такое происходит? – заинтересовался гэбэшник и пододвинул к себе папку, принявшись быстро просматривать ее содержимое. – Хвост Проклятого… Вот же сволочи!

– Вот именно, они кормили детей отходами, покупая их за гроши, а все остальные деньги клали себе в карман. Сейчас мы готовим инфопередачу об этом детском доме, которая вскоре пойдет по всем каналам инфовидения. Пусть люди посмотрят на таких, как здешний директор! Обворовывать сирот?! Это же…

– Последнее дело, – скривился полковник. – Им и так невесело живется. Знаю, сам приютский. Но может, не стоит подымать особого шума? Директора мы тихо засадим до конца жизни, чтобы другим неповадно было.

– Не беспокойтесь, – отрицательно покачал головой аарн. – Передача согласована с вашим министром и получила полное его одобрение.

– Тогда это не мое дело, – согласился полковник. – Чем-нибудь могу быть полезен?

– Да, – усмехнулся Барлик. – Я сейчас открою гиперепереход. Не могли бы вы прислать людей для ареста бывшего директора, завхоза и их помощников?

– Что за проблемы? Сейчас пришлю.

Действительно, через несколько минут из взвихрившейся неподалеку черной воронки вышли пять человек в форме внутренних войск космодесанта республики Трирроун. Узнавшие хорошо знакомую по приключенческим инфофильмах форму, дети зашептались, с интересом уставившись на военных полицейских. Возглавлявший их человек с погонами капитана подошел к Барлику и поздоровался. Тот назвался. Глаза трирроунского офицера расширились, и он быстро кивнул. Потом снова с удивлением оглядел аарн, никак не походившего сейчас на боевого офицера.

– Простите, – спросил он, – вы, случаем, не тот самый дварх-майор Фаннасанх, который командовал десантом на пиратскую базу «Энния»?

– Тот самый, – подтвердил Барлик.

– Тогда позвольте пожать вашу руку, господин дварх-майор! – протянул ему свою капитан.

– Пожалуйста, – несколько смущенно ответил аарн, пожимая протянутую руку.

– У меня жена и родители летели на том пассажирском корабле… – сжал кулаки трирроунский офицер.

– На «Идущем»? – спросил Барлик. Капитан кивнул. – Сочувствую…

– Спасибо. И спасибо, что отплатили за моих родных и остальных погибших.

– Мы делали свою работу, – вздохнул аарн. – Жаль только, что не успели до гибели лайнера. Но мы не боги. Искренне желаю вам, господин капитан, еще найти свое счастье.

– Благодарю, – почти незаметно улыбнулся тот. – Ладно, вернемся к делу. Кого необходимо арестовать?

– Вот этих, – показал на застывших в ошеломлении директора с завхозом Барлик. – Здесь еще где-то старший воспитатель ошивался. Плюс, конечно, главный бухгалтер, главный повар и иже с ними.

– Парман Сенио Каралан? – подошел к директору один из военных полицейских. – Вы арестованы! Вы имеете право на адвоката. Вы имеете право хранить молчание. Каждое ваше слово может быть использовано против вас.

– Из-за чего арестован?! – взвыл тот. – Из-за этих выблядков?!

– Прекрасно! – захлопал в ладоши Барлик. – Какой кадр для передачи! Господин директор окончательно разоблачил свою сущность.

– Так сейчас что, все снимается?! – ошеломленно спросила завуч, лихорадочно обшаривая взглядом столовую в поисках инфокамер, но не нашла ни одной.

– А чего же вы хотели? – пожал плечами аарн. – Хуже положения, чем в детдоме номер четырнадцать, не было нигде в Трирроуне. Поворовывали, конечно, везде, но до такого не доходило. Когда у вас дети в последний раз получали хотя бы мороженое? Когда их в последний раз возили на экскурсию? Когда в последний раз привозили фрукты?

– Не помню… – смутилась завуч.

– То-то же… – недовольно проворчал Барлик.

– Значит, эти сволочи детей голодом морили? – спросил капитан, с гадливостью глядя на директора с завхозом, на которых уже надели наручники.

– Именно так, – кивнул головой Аарн. – Мало того, директор у себя в кабинете еще изредка насиловал трех девочек из старшего отряда и так запугал их, что бедняжки от всего шарахаются. А им ведь всего по четырнадцать! Психика девочек искалечена настолько, что мне придется просить Целителей Душ помочь им хоть как-то восстановиться.

– Что ж, – хищно оскалился капитан. – Я, пожалуй, отправлю этих господ в общую с уголовниками камеру. И шепну там пару слов об их предпочтениях. Уголовники обожают таких и обеспечат им немало «приятных» минут.

– А тебе какое до него дело? – мрачно спросил другой полицейский, тоже с погонами капитана. – Откуда ты знаешь, какие у него покровители? Как бы самим из-за них не влететь по полной программе.

– Даже если так, я не боюсь. Ты, Харван, может быть слышал, что каждому должно быть воздано по заслугам?

– Твое дело, Ларен, – пожал плечами тот. – Я в это дело не мешаюсь. Мне приказано арестовать, я арестую. А что будет дальше – мне плевать, свою работу я сделал.

Он снова пожал плечами и отошел. Капитан с насмешкой смотрел на онемевшего директора, который все не мог поверить в происходящее. Как такое могло случиться? С ним?! Где же справедливость?! Пусть выблядки спасибо скажут, что их вообще кормили! Это что такое деется на белом свете, что уважаемого в обществе человека арестовывают по смехотворным обвинениям?! Он пытался что-то сказать в свое оправдание, но не мог, горло перехватило от возмущения.

В это время два полицейских сержанта притащили откуда-то старшего воспитателя. Тот орал и вырывался, обещая, что его дядя скоро устроит всем веселую жизнь. Но на его вопли никто не обращал внимания. Полицейские только пару раз вытянули его дубинками, чтобы заткнулся.

Дети восторженно взвыли и захлопали в ладоши – зверски-жестокого старшего воспитателя ненавидели все. Много кого он ставил на ночь на мелкие камни голыми коленями, много наказаний придумывал, всегда умел подловить мальчика или девочку на мелком нарушении правил. А уж потом делал с провинившимися что хотел. Причем, бил так, что следов не оставалось. После посещения его кабинета наказанные не могли встать по нескольку дней. И теперь бывшие жертвы с восторгом видели, как визжащего старшего воспитателя охаживают дубинками. Невольно на память приходили слова: «Да воздастся каждому по делам его!»

– А этот? – спросил капитан.

– Мелкий садист, – скривился Барлик. – Издевался над беззащитными детьми.