Она стояла и смотрела, как молодой солдат, смеясь, собирает свой выигрыш. Его нельзя было назвать красавчиком из тех, по кому сохнут все девушки, но привлекательностью он, несомненно, обладал. Подумав немного, он снова сел за стол, предоставив Изабель рассматривать свой профиль.
Над ним склонилась какая-то женщина.
– Иза, что ты собираешься делать?
– Только на пару минуточек!
– Иза! Не ходи!
Но Изабель уже толкнула дверь. В нос ей ударил запах табачного дыма, смешанный с запахами многих десятков мужских тел, но атмосфера всеобщего веселья, нарушаемая громкой отрыжкой и раскатистым смехом, попукиваньем и гоготом, заставила ее остаться.
Стискивая кулачки и шипя, как рассерженная гусыня, Мадлен последовала за кузиной, но Изабель ее словно бы не слышала. Встав на цыпочки, она глазела на солдата. Девушка понимала, что поступает глупо, что ей не место в таком заведении, но ее неудержимо влекло к этому мужчине. А тут вдруг какая-то развязная девчонка наклоняется и что-то шепчет ему на ухо!
По спине Александера пробежала приятная дрожь. Эмили, склонившаяся над ним, шептала слова, которые заставили бы покраснеть любого мужчину. Что ж, эта хорошенькая канадка делает ему щедрые авансы! Сунув руку под юбку, он погладил ее по ноге ниже колена, когда кто-то больно пнул его локтем в бок.
– Мунро, ты забыл, что у меня там рана?
– Сейчас ты о ней забудешь! Алас, посмотри-ка, уж не та ли это красавица из богатых, с которой ты недавно разговаривал в Нижнем городе?
Оторвавшись от карт и от подружки, Александер посмотрел в сторону входа. Он узнал эту девушку без труда. Но как она тут оказалась? Неужели он ошибся на ее счет? Нет, вероятнее всего, она кого-то ищет… Словно ребенок, пойманный над коробкой с конфетами, он убрал руку из-под юбки Эмили и попытался сосредоточиться на картах.
– Макдональд, ты следишь за игрой или нет?
– Слежу!
Он взял карту и бросил ее на стол поверх остальных.
– Не пойдешь поговорить? – спросил у него Мунро по-гэльски.
– Взятка моя! – объявил Александер, придвигая все карты к себе.
Он повернулся к кузену:
– И что я ей скажу?
– Не знаю… Может, пригласишь за наш стол?
Александер поморщился. Он упрямо не отрывал взгляда от своих карт.
– Издеваешься?
– Твой ход, котик! – прошептала Эмили ему на ухо.
Он бросил карту. Макферсон метнул в него злой взгляд, и Александер ответил тем же. Ему так и не представилось случая отыграться, но рано или поздно его день придет… Шотландцы – упрямый народ, и у них отличная память. Мунро снова толкнул Александера.
– Глянь, старик, она с тебя глаз не сводит! Если ты не попытаешь счастья, это сделает кто-то другой и ты останешься в дураках! Наверное, дамочке просто хочется поразвлечься.
– Не говори глупости! Мадемуазель Лакруа не такая.
– Может, нет, а может, и да… Но зачем бы ей сюда приходить?
– Макдональд, не отвлекайся! – сердито одернул Александера солдат по фамилии Кэвенах.
Вздохнув, Александер запустил пальцы в волосы, потом снова посмотрел на дверь. Мадемуазель Лакруа все еще стояла там и смотрела в их сторону. С того самого момента, как он ее увидел, ему почему-то не удавалось по-настоящему сосредоточиться… Александер передал свои карты кузену, сказал, что тот может забрать себе половину выигрыша, если выиграет эту партию, и встал. Эмили, повиснув у него на руке, с недовольным видом спросила:
– Котик, ты куда? Игра еще не закончилась!
– Нужно кое с кем поговорить. Dinna fash yerself, mo maiseag, I winna be lang[115].
Осадив свою даму, он направился к Изабель, которая улыбнулась ему и покраснела. Александер подумал, что она похожа на голубку, случайно угодившую в орлиное гнездо. Только теперь он заметил, что сегодня рядом с девушкой ее вспыльчивая кузина, и решил, что предусмотрительнее будет не подходить слишком близко. Он вежливо поклонился дамам.
– Добрый вечер! Как ваша нога?
– Моя нога? Ах, ну да, моя щиколотка!
Указывая пальцем на правую ногу, девушка покрутила башмачком, демонстрируя, что она совсем не болит. Мадлен с ошарашенным видом прислушивалась к их беседе. Александер усмехнулся.
– Я думал, болит другая нога. Наверное, я ошибся.
Изабель покраснела, как маков цвет.
– Ой! Это потому, что ноги совсем не болят! Я даже забыла, которую подвернула!
– Еще бы! – буркнула Мадлен, за что тут же получила каблучком по ноге.
Александер растерялся, не зная, что еще сказать. После паузы он предложил девушкам сесть. Изабель, казалось, была склонна принять приглашение, но…
– Мадемуазель Лакруа в это время должна быть дома! Мы зашли… посмотреть, не тут ли ее брат. А раз его нет, то мы уходим. До свидания, мсье!
Мадлен схватила кузину за руку и потащила за собой. Александер стоял и смотрел, как они выходят на улицу. Потом вдруг подумал, что она в очередной раз ускользает от него, и поспешил следом. Кузины как раз пререкались посреди мостовой, но, увидев его, замолчали. Мадлен снова взяла Изабель за руку.
– Медемуазель[116], may I escort ye?[117] Я вас проводить?
В этот миг из трактира вышли два пьяных солдата и сразу же уставились на девушек. Когда они прошли мимо, один попытался даже ущипнуть Мадлен за мягкое место.
– Очень мило с вашей стороны! Мы принимаем ваше предложение! – воскликнула Изабель.
– Иза, не будь дурой! Все солдаты одинаковы!
– Мадо, не бранись перед посторонними!
– Он наверняка умеет ругаться получше моего!
– Уверяю тебя, он не такой, как другие! Это он спас Ти-Поля. И это он… ну, ты же помнишь, что я тебе рассказывала?
– Ничего это не значит! Он англичанин! Вот еще горе на мою голову!
Александер ждал с улыбкой на губах. Изабель сделала ему знак следовать за ними. Какое-то время они шли молча, прислушиваясь к приглушенным звукам, которые доносились из домов. Время от времени Изабель поглядывала на своего спутника, шедшего рядом. Великолепный кинжал наверняка был в ножнах, которые похлопывали своего владельца по бедру в ритме его шагов. Взгляд ее невольно зацепился за выступавшее из-под юбки колено.
Изабель понятия не имела почему, но ей вдруг вспомнились гладкие ягодицы Этьена. Интересно, они у всех мужчин такие? Она так увлеклась размышлениями об особенностях мужской анатомии, что угодила ногой в выбоину и едва не упала. Крепкая рука успела подхватить ее прежде, чем она растянулась на мостовой. Вцепившись в красную материю куртки, Изабель выпрямилась. Мадлен вперила в нее сердитый взгляд.
– Я не заметила эту ямку! Вокруг темно, как у дьявола в доме! Ты плохо светишь на дорогу.
– Ну конечно, все из-за меня! Или ты снова ногу вывихнула?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
