Читаем без скачивания Заклинатели - Алексей Пехов

Первое, что заметил Рэй, войдя внутрь, было большое треснувшее зеркало в тонкой раме. Тут же у стены валялся камень, которым в него запустили. Заклинатель увидел свое разбитое отражение — выгоревшие на солнце льняного цвета волосы, загорелое лицо с белой полоской тонкого шрама, тянущегося по виску. Глаза под темными бровями казались очень светлыми. И Рэю не понравилось их выражение — не взгляд, а прицеливание. Так же смотрел Собуро, мастер Син, учитель Хейон, погибший Мартэн. Цепко, холодно, внимательно. Яри в обветренной руке едва заметно светилось теплым сиянием. По серому плащу расплывались мокрые пятна и узор из прилипших семян дикого укропа.

В зеркале мелькнула колеблющаяся красно-белая тень — Сагюнаро поспешил пройти мимо, чтобы не видеть своего измененного отражения, и, оставляя грязные следы на полу, направился в глубь дома. Гризли, заслонив широкими плечами все зеркало, бросил в него рассеянный взгляд и буркнул, обращаясь к Рэю:

— Что ты там увидел?

— Заклинателя, — нехотя ответил тот, отворачиваясь.

Мебель в доме тоже была сломана и разбросана, вазы разбиты, и сухие цветы жалкими пучками лежали на истоптанных циновках. Полки, на которых стояли эликсиры и снадобья Имари, сорваны со стен. Пол маленькой кухни устилал ковер битого стекла, сухих порошков, перемолотых растений и разноцветных, давно высохших луж. В очаге лежала мертвая галка.

— Они бы еще сюда дохлую корову приволокли, — проворчал Гризли, взял птицу за скрюченную лапку и выкинул в окно.

— Видимо, рассчитывали, что это помешает злу, созданному в очаге Имари, выйти из дома, — саркастически произнес Сагюнаро.

Рэй заметил сумку, лежащую в углу, и направился к ней:

— Похоже, это его.

— Не очень-то хорошо копаться в вещах умершего, — сказал Гризли сам себе.

Рэй молча повел плечом, прислонил яри к стене, рывком поднял сумку, развязал тесемки и без всякого почтения вытряхнул все вещи на пол. На первый взгляд здесь не было ничего примечательного. Немного одежды, коробка свечей, огниво, костяной ножик, книга со стихами неизвестного Рэю поэта и веревка. Взяв ее в руки, он понял, что это куски змеиной кожи, связанные между собой — сухие, почти прозрачные, длинные и короткие.

— Выползки, — сказал Гризли, рассматривая находку, и принялся объяснять, хотя его никто не спрашивал: — Змеи сбрасывают старую кожу во время линьки, а он ее собирал. Интересно зачем?

— Увлечение у него такое было, — с неприязнью ответил Сагюнаро, листая книгу.

Недавние проблемы оказались отложены на время, все молчаливо пришли к соглашению сначала сделать общее дело.

Рэй смотрел на змеиную кожу, и какое-то смутное предчувствие близкой отгадки крутилось в его голове, но никак не могло оформиться в конкретную мысль.

— Какие духи связаны со змеями? — спросил он, пропуская между пальцами чешуйчатую «веревку», и ответил сам себе: — Шуу, он и сам выглядит как змея. Но это нейтральное существо. Оно не нападает на людей.

— И живет поблизости от крупных водоемов, — продолжил Сагюнаро. — Думаю, это просто сувенир. Ничего больше.

— А в этой книжке есть что-нибудь полезное? — спросил у него Гризли.

— Нет, просто стихи, и довольно бездарные. Похоже, он сам их сочинял. — Заклинатель высокомерно нахмурился и процитировал: — «Ты скрываешься под личиной человека, в тени человека, но оскал шиисана не скрыть за дружеской улыбкой». Это, по всей видимости, про меня. Поэтическое впечатление от недавней встречи.

— А что-нибудь полезное есть?

Сагюнаро просмотрел последние страницы и покачал головой:

— Иносказательные рассуждения о добре и зле, описание природы, рассказ о красоте Имари. И все. — Он захлопнул потрепанный томик, сунул в карман и пояснил: — Деревенским это вряд ли пригодится.

— И все, — повторил увалень, еще раз окинув взглядом вещи Мартэна. — Ни нормального дневника с заметками по работе, ни записки, ни портрета духа, нападающего на людей? Как всегда, придется во всем самим разбираться. Но мы знаем хотя бы одно — кто его убил на самом деле. — Последнее прозвучало без издевки или обвинения, простое рассуждение.

— Идемте. — Рэй смотал «веревку», чувствуя, что должен забрать ее с собой, хотя пока еще не знал зачем. — Надо посмотреть на этот мост поближе.

Он первый направился к выходу, но задержался, заметив краем глаза движение в зеркале. Резко повернулся, и ему показалось, будто он видел смутную тень, поспешно спрятавшуюся за раму от его взгляда.

— Ну что там опять у тебя? — спросил Гризли.

— Ничего, — ответил Рэй, не совсем уверенный, действительно ли он видел отражение Имари, которой не могло быть в этом доме.

До Заячьего моста они дошли за полчаса, пробираясь сквозь заросли повилики, густым ковром обвившие луговую траву.

Он оказался узким и старым — длинные, почерневшие от времени доски пружинили и поскрипывали под ногами. Тропинка к нему заросла и едва угадывалась в траве. Сквозь высокие деревянные перила, сколоченные крест-накрест, виднелась буйная зелень, полностью закрывающая ручей. Но снизу слышалось приглушенное журчание воды.

Щебетали птицы, тонко звенели комары, иногда мимо пролетали, басовито гудя, толстые шмели. Не ощущалось ни опасности, ни тревоги. Обычный мирный лесной уголок.

Рэй перегнулся через перила. Сквозь пышную зелень едва виднелась полоска воды, а посреди нее находилось яркое пятно.

— Желтые ирисы, — задумчиво произнес Сагюнаро, глядя вниз.

Прямые стрелы цветов смотрели широко распахнутыми золотыми венчиками на людей и едва заметно шевелили острыми листьями.

— Такая редкость. Их нет даже в императорском саду, а здесь они растут в грязи под старым мостом.

— Ладно, хватит любоваться, — одернул его Гризли. — Мы тут вроде по делу.

Сагюнаро не ответил, размышляя о чем-то.

— Надо спуститься. — Рэй удобнее перехватил копье и направился к дальнему концу моста, пытаясь почувствовать что-нибудь подозрительное, но не ощущал ничего. Только запах мокрой зелени.

Внизу все было залито жидкой черной грязью, которая засасывала ноги по щиколотку, и сапоги выдирались из нее с громким чмоканьем. Мутная вода обтекала завалы из упавших кустов, веток и камней, пробиралась под стволом ольхи, лежащим поперек ручья.

Рэй поднял голову. Низ моста был черным, на стыках бревен белели разводы плесени, кое-где росли бледные грибы на тонких ножках. На одной из нижних перекладин виднелись едва заметные борозды.

Здоровяк Гризли поднял руку и легко дотянулся до них, колупнул дерево, отломил длинную щепку, задумчиво повертел в руках, даже обнюхал на предмет запаха старой крови, но, видимо, ничего не почувствовал, потому что отбросил, пробормотав: