Гигантским усилием воли он заставлял свое тело производить одни действия, а думать совершенно о другом. Вынул стеклянную пробку. Застыл, держа открытый флакон в правой руке. Но мертвец тут же скользнул к нему, потрясая оружием.
— И это называется эфир! — издевательски взвизгнули голосовые связки Клегга. — Ваш разум вопил: «Эфир!» — в то время как подкорка нашептывала: «Кислота». Неужели вы считали, что малейшая мысль сможет ускользнуть от нас? Неужто вы всерьез полагали, что сможете причинить физический ущерб тому, что уже умерло? Дурень! — Пистолет, дрогнув, уставился на него. — Немедленно доставайте анестезирующее средство, слышите? И на сей раз — без промедлений!
Не говоря ни слова, доктор Блейн завинтил пробку и поставил флакон на прежнее место. Затем, еле-еле переставляя ноги, направился к шкафчику более скромных размеров. Открыв его, он взял пузырек с эфиром, подошел к радиатору отопления и поставил сосуд на него. А сам вернулся закрыть дверцу шкафчика.
— А ну снимите оттуда эту штуку! — тут же каркнул замогильный голос, а пистолет при этом нехорошо щелкнул.
Блейн поспешил исполнить приказ.
— Вы понадеялись, что радиатор достаточно горячий, чтобы от выделяемого им тепла эфир начал испаряться и взорвал пузырек, верно?
Доктор Блейн промолчал. Максимально медленно он понес к столу летучую жидкость. Девушка следила за его движениями расширившимися от страха глазами. Она сдавленно всхлипнула. Блейн бросил взгляд на часы, но, как ни быстро он это сделал, его мучитель успел ухватить мелькнувшую при этом мысль и насмешливо пробулькал:
— Да он уже здесь.
— Вы о ком это? — спросил Блейн.
— О вашем человеке на побегушках, Мерсере. Подходит в этот момент к двери. Мы улавливаем несерьезность и незначительность излучаемых его мозгом мыслей. Следует признать, что вы не переоценили убогость его интеллекта.
Подтверждая пророчество, открылась входная дверь. Встрепенулась на столе девушка, пытаясь приподнять голову с надеждой в глазах.
— А теперь каким-нибудь предметом удерживайте рот открытым, — проурчал контролируемый чужаками голос. — Через него мы и войдем в это тело. — Пришельцы замолчали, в то время как о коврик, лежавший перед входной дверью, шумно вытирал ноги Мерсер. — Пусть этот придурок идет сюда. Используем и его.
Сердце доктора сильно забилось, на лбу набухла вена. Он громко позвал: — Том! Идите сюда!
Он взял хирургический инструмент, которым пользовались, чтобы открывать ротовую полость, и стал возиться с защелкой.
Его колотило от волнения — буквально с головы до ног. Не существует такого пистолета, который способен одновременно поражать две цели. Ах, если бы ему удалось каким-нибудь хитрым образом увлечь этого идиота Мерсера в нужном направлении и дать понять ему… Если бы он, например, оказался с одной стороны от этого трупа, а Том — с другой…
— И не пытайтесь! — охладил его пыл тот, кто некогда был Клеггом. — Вообще выбросьте эту дурь из головы. Только попытайтесь — и мы прикончим обоих.
В кабинет неуклюже протиснулся Том Мерсер, громко топая толстыми подошвами. Это был крепыш с завидно развернутыми крутыми плечами, круглолицый, с двухдневной щетиной. Он замер, увидев стол и распростертую на нем девушку. Его вытаращенные без всякого выражения глаза перебегали с нее на доктора.
— Эй, док, — виноватым тоном начал он, — у меня спустило колесо, и его пришлось менять прямо на улице.
— Не расстраивайтесь из-за подобных пустяков, — произнес за его спиной насмешливый голос, смахивающий на бульканье. — Вам незачем было спешить.
Том медленно, будто каждый его ботинок весил по тонне, повернулся. Он узрел нечто, бывшее в свое время Клеггом, и брякнул:
— Простите, мистер. Не знал, что вы здесь.
Его тупой взгляд равнодушно переместился с кадавра на пистолет, затем с оружия на встревоженное лицо Блейна. Том раскрыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же опять закрыл. Некоторое удивление оживило крупное небритое лицо. Его глаза вновь остановились на пистолете.
Но на этот раз задержались на нем на какую-то ничтожную долю секунды. Достаточную, чтобы он сообразил, в чем дело. С поразительной быстротой вскинулся его огромный кулачище и со всей силой врезал по мерзкому телу того, кого ранее звали Клеггом. Удар был подобен взрыву тонны динамита. Труп рухнул, да так, что от удара о пол ходуном заходил весь кабинет.
— Быстро! — вскричал доктор Блейн. — Возьмите пистолет! — Он лихо перескочил через хирургический стол и распростертую на нем девушку, неловко и тяжело приземлился рядом с кадавром и что было мочи нанес ногой удар по вялой руке, все еще сжимавшей оружие.
Том Мерсер не двигался, смущенно ворочая глазами. Оглушительно грохнул выстрел, пуля, срикошетив от металлического края стола с визгом дисковой пилы, вырвала кусок штукатурки из противоположной стены.
Блейн в ярости попытался еще раз двинуть ногой по призрачной руке, но промахнулся, так как ее обладатель, приподнявшись в отчаянном рывке, сумел сесть. В самом дальнем шкафу звякнули стеклянные сосуды. Пронзительно завизжала девушка, привязанная к столу.
Этот визг проник даже сквозь толстенную черепушку Мерсера, который, очнувшись, немедленно вступил в схватку. Придавив каблуком одного из своих громадных ботинок мягкую, словно резиновую руку бывшего Клегга, он ловко выхватил пистолет и наставил его на тварь.
— Эту дрянь так не прикончишь! — крикнул Блейн, слегка подталкивая Мерсера, чтобы слова побыстрее дошли до его сознания. — Сейчас же удалите отсюда девушку. Да побыстрее же, господи!
Яростный тон Блейна был недвусмыслен и категоричен. Посему Мерсер протянул ему пистолет, подошел к столу, споро развязал ремни и, подхватив громадными ручищами девушку, вынес ее из кабинета.
Распластанное на полу тело, похищенное из морга, бешено извивалось, отчаянно пытаясь встать на ноги. Его прогнившие глаза куда-то исчезли. В глазницах сияли ослепительно изумрудным светом два огромных блюдца. Рот твари судорожно открывался и закрывался, она срыгнула чем-то светящимся зеленым с блестками. Искринки из Глантока поспешно выметались из приютившего их тела.
Труп уселся на полу, опершись о стену. Он конвульсивно корчился, его конечности дергались, тело принимало самые немыслимые позы, словно привидевшиеся в горячечном бреду. Сейчас это была лишь вызывавшая ужас и отвращение карикатура на человеческое существо. Из глазниц и рта, извиваясь взвихренными струйками, изливалась живая, сверкавшая зеленым, субстанция, образуя лужицы на ковре.
Блейн одним гигантским прыжком преодолел расстояние до двери, сумев по пути подхватить пузырек с эфиром. Его била мелкая дрожь, когда он, остановившись на пороге, оглянулся назад. Резким движением выдернув пробку, он метнул флакон прямо в середину бурлящего зеленого пятна. Чиркнув зажигалкой, он швырнул туда же и ее. Вслед за ослепительной вспышкой последовал страшный взрыв, и все помещение мгновенно превратилось в огненный ад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
