не получит. Это был первый и последний раз. А товарищу Сталину будет очень интересно послушать, как и о чем товарищ Берия разговаривает с посланцем из будущего.
После такого окончания вечера меня, в сопровождении охраны, отвезли обратно на безымянную дачу и, дав нормально поужинать, оставили в покое до утра.
* * *
Вечером в своем служебном автомобиле, в сопровождении охраны, Берия ехал в Кремль, доложить о результате первой встречи со Странником. Его обуревали противоречивые чувства. Странник сумел несколько раз удивить наркома, что бывало не так уж часто. Специально демонстрируемая независимая позиция, которая, видимо, была отрепетирована и давно подготовлена, говорила о серьезности намерений. Сам посланник старался показать, что он прибыл не как проситель, что и ожидалось, а как человек, призывающий к сотрудничеству, но при этом не забывающий и свои интересы. Умело раззадорив перспективами и продемонстрировав самую малую толику своих возможностей, Странник все равно остался независим и также непонятен, хотя все его слова о ненависти к прозападным демократам, доведшим огромную страну к развалу и нищете, вполне искренни. А выходка с записывающим устройством вообще вывела Берию из себя. И только то, что насчет Зимина были особые указания и планы, не позволило тут же поставить его на место. Хотя Лаврентий Павлович уважал смелых людей, умеющих добиваться своих целей. В этой ситуации Странник недвусмысленно дал понять, что не до конца показал свои возможности, но при этом готов стать на сторону товарища Сталина и Берии, при соблюдении его интересов. А возможности у потомков были немалые. Этот "ноутбук" поразил наркома, который курировал многие технические направления и видел почти все новинки, своей рациональной красотой и тонкостью исполнения. И Странник оговорился, что для его времени это обычное устройство, имеющееся почти у каждого человека, не считая индивидуальных переносных радиотелефонов, называемых "мобильниками". А вскользь брошенное предложение перенести в этот мир такую телефонную станцию и, запустив ее, обеспечить всех руководящих работников оперативной связью, вызвало у Берии живой интерес.
Занятый такими мыслями, нарком внутренних дел въехал в Кремль, где пройдя несколько постов охраны, зашел в приемную, но секретарь товарища Сталина предложил ему подождать несколько минут.
Ожидание затянулось, только по прошествии получаса Сталин смог принять Берию.
Постучавшись и войдя в кабинет, нарком поздоровался и встал по стойке "смирно". Верховный продолжал рассматривать бумаги, после чего оторвался и заговорил:
— Присаживайся, Лаврентий, как я понял, разговор нам предстоит долгий.
— Да, Иосиф Виссарионович. У меня сегодня состоялся достаточно долгий и интересный разговор со Странником. Многие вопросы, которые нас интересовали по союзникам, немцам, японцам, он раскрыл. Даже, исходя из полученной информации, на сегодняшний день можно считать, что операция "Оракул" принесла огромную пользу нашей стране.
Сталин, сделав паузу, задал вопрос, который Берия ожидал и особо приготовился к ответу.
— Скажи, Лаврентий, как он тебе вообще как человек? Можно ли ему доверять, и насколько он искренен.
— Он другой.
— Как это понять?
— Он мыслит совершенно иначе. Некоторые вещи видит очень глубоко, не каждому такое дано, а в некоторых вопросах путается и показывает поразительное незнание. Наши специалисты все это относят к системе обучения будущего, которая сильно отличается от нашей.
Как человек он мне понравился — смелый, умный, изобретательный, способен к оправданному риску. При специальном рассмотрении и анализе большинство случаев, когда Странник, по нашему мнению, неоправданно рисковал, подтверждают эти характеристики. Хороший командир. Многие, кто с ним воевал, отмечают явно выраженные лидерские черты. Умеет собрать возле себя людей и организовать в одну слаженную команду. Находясь в районе Рославля, сумел снова сколотить отряд, разгромить подразделение СС, освободить пленных и, оставив после себя ловушки, безнаказанно уйти и выйти в расположение наших частей. Образец настоящего советского командира.
По моему мнению, если предположить достоверность информации Странника о прошедшей в будущем войне, то неудивительно, что он выжил и смог организовать проникновение в наше время.
Судя по показаниям генерала Романова, командиров групп, контактировавших с фигурантами по операции "Оракул", любые попытки расспроса о политическом устройстве будущего Странником пресекались и давались объяснения о том, что данная информация будет доведена только до руководства СССР. Таким образом, Зимин благоразумно пресекал любую утечку информации о развале советского государства, что говорит о высокой степени лояльности к Советскому Союзу и политическим убеждениям, сочувствующим коммунистическим идеалам. По словам самого Странника, его отец, член коммунистической партии, прослужил продолжительный срок в вооруженных силах Советского Союза и после развала был уволен, как и тысячи остальных командиров, умер в нищете.
Мы считаем, что у Странника есть серьезные причины помогать советскому государству, пытаясь таким образом изменить будущее, добиться сохранения Советского Союза и избежать глобальной войны, уничтожившей всю цивилизацию.
На этом Берия остановился, ожидая, пока Сталин воспримет и переварит информацию.
— Лаврентий, ты говоришь, что Зимин ведет себя достаточно независимо и осторожно, с чем, но твоему мнению, это связано. Они нам не доверяют?
— Да, Иосиф Виссарионович, они нам не доверяют. По словам Странника, после его ухода вся система безопасности туннеля в прошлое изменена. Даже он не знает теперь, как туда без специальной проверки проникнуть. По его словам, это делалось на случай захвата курьера. Но он мудро умолчал, что они рассматривали и захват курьера не только немцами, но и нами. По мне, так они очень нас боятся.
— Как наши потомки нас могут бояться? Это наши внуки и правнуки, и мы будем им причинять вред?
— Я тоже удивился, но Зимин прояснил вопрос.
Берия сделал некоторую паузу и про себя усмехнулся, вот теперь он сам начинает изменять свое будущее и ситуация, прямо сказать, подходящая, о чем ему Странник и намекнул, рассказывая о борьбе с культом личности Сталина.
— Ваш преемник, не обладая таким политическим весом и уважением народа, пошел самым простым путем. Он очернил вашу память, сравнив с Иваном Грозным, называя мясником, таким образом он боролся с культом личности Сталина, как это говорилось в то время. Потом, когда Советский Союз развалился, пришедшие к власти демократы еще больше стали вас обливать грязью. Они создали у тогдашних людей образ настоящих врагов народа, с которыми мы сейчас боремся. Поэтому наши потомки так осторожны, ожидая от нас кровожадности, которой их долго пугали.
Сталин встал. Такое ему очень не понравилось и, стараясь успокоиться, он стал прохаживаться по своему кабинету. Потом подойдя к окну, отодвинув штору, долго смотрел на башни Кремля невидящим взглядом. Через некоторое время, не оборачиваясь, спросил демонстративно спокойным голосом.
— Лаврентий, если я Иван Грозный, то ты, наверно, Малюта Скуратов при мне?
Он повернул голову и
