стиснул зубы. — Я пройду сквозь адский огонь, чтобы вернуть Денью. Ты меня слышишь? Лгать, обманывать, убивать. Всё, что нужно. Ради тебя. Позволь мне разобраться с её безумием.
— Ты сделаешь всё возможное, чтобы вернуть её?
— Что угодно.
Её опечаленные глаза встретились с его.
— Пожалуйста, отвези меня за детьми.
Руки упали, Гевин сделал шаг назад. — Как пожелаешь.
***
Странная вещь, иллюзии. Зейн не мог сказать, было ли то, что он увидел, реальным или воображаемым, но оно всё равно неслось к нему через тёмный коридор.
— Брат. Пойдём. — Слова Ферно, всегда краткие и лаконичные, не несли в себе никаких эмоций. Никаких угрызений совести перед Шей, стоящей где-то позади Зейна.
Зейн всё ещё не оглянулся на неё.
— Зачем ты здесь?
— Чтобы вытащить твою задницу отсюда и вернуть тебя обратно. — Он резко махнул рукой назад.
— Не ходи с ним, Зейн, — голос заставил Зейна зажмуриться.
— Я нокаутирую тебя и перенесу на плече, если придётся. — Ферно сделал ещё шаг к нему.
Открыв глаза, Зейн зарычал.
— Нет, если я первым убью тебя.
На изуродованном лице Ферно промелькнула вспышка замешательства.
— Что с тобой?
— О, я думаю, ты знаешь. — Зейн небрежно вытащил клинок из кобуры. — На самом деле, я думаю, ты самодоволен и гордишься осознанием, что украл у меня всё.
Глаза Ферно сузились.
— Ты под кайфом?
— Разве ты не видишь её?
— Кого?
— Шей.
Глаза Ферно смягчились и стали грустными, хотя Зейн прекрасно догадывался, что где-то внутри ублюдок улыбается.
— Она… ушла. — Шея Ферно резко качнулась.
— Из-за тебя.
— Ты хочешь убить меня? — Раскинув руки в стороны, Ферно сделал ещё шаг ближе. — Вперёд. Сделай это.
Зейн улыбнулся.
— Сражаться со мной будет не так легко, как с ней. Разница между мной и ею в том, что она никогда не хотела причинить тебе боль.
Его искривленная губа сжалась, ноздри раздулись.
— Тогда продолжай.
Движением запястья Зейн швырнул клинок через короткое пространство. Когда он пригвоздил Ферно к шее сбоку, кровь хлынула из недавно зажившего шрама, Зейн рванул вперёд и ударил кулаком в напряжённый живот брата. Ещё один удар согнул его пополам и заставил застонать. Схватив брата за шею, впиваясь пальцами в свежий порез, Зейн сжал его, его челюсть скрипела так сильно, что он мог бы выплюнуть зубы.
Ферно упал на колени, ни разу не сопротивляясь, но тем не менее ярость пылала в венах Зейна. Откуда она взялась, он не знал, но ему было приятно. Он чувствовал себя живым.
Зейн потряс брата, покрывая его ударами, а он почти ничего не делал.
— Я никогда тебе не говорил… — Водянистая плёнка размыла фигуру Ферно. — Она была беременна.
Слова были приятными, они пересекли священный порог добра и зла. Потому что если бы Ферно узнал эту правду, это убило бы его, и по причинам, которые он не мог понять, Зейн упивался его болью.
Веки Ферно опустились под нахмуренными бровями, и он наклонил голову, словно приветствуя смерть. Словно предлагая свежий участок кожи, чтобы разрезать лезвием поперёк.
Руки сомкнулись вокруг тела Зейна, и ему нанесли удар ногой. Зейн отлетел назад от Ферно упал на холодные каменные стены.
— Достаточно! — Мэддокс встал между ними, вытянув руки. — Как будто меня ударили ножом с обоих концов. Еб*ть! — Он закрыл глаза и выдохнул. — Зейн, чувак. Что бы с тобой ни происходило… сейчас не время и не место. Меня убивает то, что я узнал о Шей, брат. Убивает. Но его убийство не вернёт никого из них обратно. Я сочувствую тебе, Зейн. Мне больно каждый день за тебя. Но не больше, чем от ран Ферно. — Мэддокс потёр руками череп. — Пожалуйста, не делайте этого друг с другом.
— Черт побери. Вы двое были близки с тех пор, как это произошло. — Зейн огляделся вокруг. — А теперь? Она застряла здесь после своей смерти.
Брови Мэддокса сошлись вместе.
— Шей?
— Она ждала здесь. Ради меня. — Зейн сжал кулак, прижимая его к сердцу. — Я не позволю никому из вас снова причинить ей боль.
— Шей сейчас бегает по Елисейским полям, брат. — Мэддокс осторожно поднял руку, как человек, приближающийся к бешеному зверю. — Её здесь нет.
— Она там. — Он указал туда, где слышал её голос, но ничего не увидел. — Шей! — Зейн вскочил на ноги и бросился во тьму. — Шей!
— Это место… оно тебя сводит с ума, Зейн, — голос Мэддокса донёсся до него сзади.
— Нет! — Зейн потёр лицо. — Я слышал её голос. Я знаю, что она была здесь.
— Давай, брат. Пойдём. — Бешеный Пес протянул ему руку. — Помнишь девушку? Денью? Она пропала.
Зейн развернулся, как будто слова Мэддокса прорвались сквозь его галлюцинации, и он прижал кулаки к вискам.
— Пропала?
— Кто-то забрал её. Гевин и Сабель думают, что это может быть тот криворукий сутенёр. Джован, или как его, бл*дь, зовут.
Чем больше Мэддокс говорил, тем больше реальности, казалось, сгущалось над Зейном, и его взгляд наконец упал на то место, где сидел Ферно, сжимая свой череп. Потерялся в своем аду.
Твою мать. Что он сделал? Сказал? Словно он упал в чёрную пустоту, не подозревая о том, что произошло всего несколько минут назад.
Зейн упал на колени перед Ферно и протянул руку, прежде чем заколебаться.
— Брат… ничто из того, что я скажу, не убедит тебя в обратном, я знаю это. Ты мучил себя… так долго. И я сейчас был не в себе. Я сказал вещи… вещи, которые мне не следовало говорить.
— Ты говорил правду. — Голос Ферно оставался ровным, лишённым эмоций.
— Правду, которую не нужно было озвучивать. Прошу, прости меня.
Пальцы Ферно сжались в кулаки у его черепа.
— Почему ты просишь у меня прощения, я никогда этого не пойму.
— Я был неправ.
— Оставь меня.
Зейн оттолкнулся от брата. Ущерб бужет увеличиваться самым невообразимым образом, и он ничего не сможет сделать.
— Мне жаль. — Он не мог взять назад свои слова. То, в чём он признался. Он понятия не имел, какое значение его обидные слова будут значить для судьбы Ферно. Брат столько раз пытался покончить с собой, но узнав, что он забрал две жизни, возможно, окажется достаточно, чтобы вбить клинок.
Не осмеливаясь прикоснуться к своему брату — Ферно никогда не отличался привязанностью и любовью — Зейн зашагал прочь, оглядываясь назад ровно настолько, чтобы увидеть, как Ферно медленно покачивается шагая, а Мэддокс идёт перед ним.
Глава 25
Томас посмотрел на Сабель, сидящую рядом с ним на заднем сиденье мерседеса, пока Беннет вёз её и близнецов в сторону отеля
