головы в сторону входной двери. Там стоят директор Ю и высокий седой мужчина, который и хлопал девушке.
- Дирижёр Им То Юн! – Раздался шёпот какого-то парня. По тому, как многие ребята посмотрели на этого мужика с восхищением, смешанным с удивлением и страхом, я понял, что это какая-то местная знаменитость.
- Со Ын! Я рад, что ты оправилась посла аварии! А как твоя хальмони?
- Спасибо, хорошо, самчон.
И тут у многих округлились глаза, а сидевшая передо мной девчонка с другого класса прошипела:
- Везёт же некоторым, и играть уже умеют, и знаменитости им дядями приходятся…
Им То Юн ещё пару минут поспрашивал племянницу о родителях и сестре, а потом повернулся к профессору:
- Я зашёл сюда. Как раз для того, чтобы познакомить Со Ын. И самому познакомиться с Лалисой Манобан.
Теперь уже все взгляды скрестились на мне. В них читалось:
«И что этой тайке постоянно везёт?».
- Манобан, пойдёмте! – директор вывел меня, и Им То юна с Со Ын в коридор.
- Лалиса-ян! Мы вас оставим, а сами пойдём переговорить в мой кабинет. - Господин Ю увёл дирижёра с собой.
- Ну, Зеленоглазка, давай знакомиться! Меня зовут Лалиса Ким Манобан, а тебя, как я поняла, Ким Со Ын.
Девчонка кивает головой. Какая-то она робкая и тихая. Её что, дома загнобили этими корейскими выкрутасами типа "старший-младший". Так, что бы её спросить? Ага, придумал!
- Может мы с тобой родственники?.
- Нет! Просто однофамильцы. Кимов много, и только десятая часть из них – чеболи. – Отвечает Зеленоглазка.
- Ногу где повредила?
- В аварию попала, еще и память потеряла. Всех перепугала, и сама больше всех испугалась.
- Ну, прямо, как я! Только я тебя опередила! – Смеюсь, глядя на озадаченную Со Ын. – Я два раза в аварию попала!
Со Ын несмело улыбается. В это время у неё звонит телефон. Она смотрит, чьё имя появилось на телефонном экране, а потом, неожиданно для меня, начинает говорить на русском языке:
- Да, бабушка! Нет. всё хорошо! И дядя здесь! Да, да, да! Что? Не уедешь в Таиланд, пока не поможешь нам? Ну, бабушка! Ну зачем мне эти каблуки? В них ноги болят! Не люблю я эти юбки! пусть Сон Ми их надевает!
Пыхтя. Как паровоз, Со Ын выключает телефон.
- А твоя бабушка в Бангкоке живёт? – Интересуюсь я на великом и могучем.
- Да. - Автоматически отвечает девушка, - Она тайка. – И тут же с удивлением смотрит на е.
- Да, Со Ын, и я знаю русский язык. А ты тайский знаешь?
- А мы с бабушкой думали, что нас никто не поймёт, если будем говорить по русски. А тайский я не помню Бабушка говорит, что я его знала, но я ни одного слова вспомнить не смогла. - Из глаз Со Ын льются слёзы. Пытаюсь её подбодрить:
- Ну, беспокоиться вам с бабушкой незачем. Вас смогут понять только корейцы, жившие в России и некоторые переводчики. А остальные корейцы сто процентов не поймут. Я поняла только потому, что, я полиглот.
- А, вот оно в чём дело! - Облегчённо вздохнула кореянка.
Приходит эсэмэс одновременно на оба наших телефона.
«Манобан и Ким срочно явиться к директору!».
Идём. куда зовут. Нас заводят в знакомую мне комнату. Перед нами сидят Им То Юн и директор Ю.
- Значит, так, Манобан! Господин дирижёр предлагает сотрудничество вашей группы «Блэк Пинк» с его племянницей. Она будет от имени вашей группы писать и исполнять классические произведения. Хотя, если сможет, то напишет и что-нибудь, для К-поп, и вы это исполните. Это поднимет ваш рейтинг до небес. Вы согласны? - Директор Ю выжидательно уставился на меня.
- Да. А жить где она будет?
- У вас в общежитии. Ян Хён Сок сказал, что там есть место. Я с ним уже всё обговорил. Он мог вам прямо приказать, принять Со Ын. Но я предпочитаю договариваться.
- Я согласна. Композитор нужен всем, да и исполнять она вместе снами сможет некоторые композиции, которые потребует, например, рояля.
- Хорошо! после уроков Со Ын поедет свами. Идите!
Мы поклонились и вышли.
- Слушай, а тебе сколько лет? – Спрашиваю новую знакомую
- Шестнадцать. А что?
- А чего тогда не пытаешься выяснить, ты старше или я? Тут каждый кореец этим занимается.
- Смысла не вижу. Да и все корейские привычки вылетели из головы при аварии.
- Понятно. А твой отец кто?
- Инженер. Только он потерял работу, когда обанкротилась «Хюндэ». Он работал на пусанском заводе, и когда его закрыли, мы остались без средств.
- Сейчас, я спрошу своего аппу, может ему нужен инженер?
Набираю номер.
- Аппа! Да, это я. Тебе инженер случайно не нужен? О! Как хорошо! У меня есть такой. Ага! Как его зовут? Сейчас…
- Ка зовут твоего отца, Со Ын?
- Ким Джэ Ук.
- Совсем, как моего аппу! Хи, хи! Алло, Ким Джэ Ук его зовут. Пусть придёт? Адрес скинь…
Со Ын позвонила своему отцу, отослала адрес фонда. После уроков. Увидав мой лимузин, Со Ын страшно удивилась, но потом хлопнула себя ладошкой по лбу:
- Совсем забыла, что ты чеболь!
- Слушай, а у тебя откуда зелёные глаза? У корейцев такие не бывают.
- А я похожа в этом на бабушку. Она тайка, но её мама была русской.
- Ладно, давай, садись, поехали.
В общежитии ей всё понравилось. Я познакомил Со Ын с Ён Лин. Потом Ён А притащила свой ноутбук. И мы решили посмотреть, что есть на школьном сайте.
Чат нитизенов школы Сонхва
Lacky: Никто не может сказать, зачем приходил в школу дирижёр национального симфонического оркестра?
1. [+176, -2] Знаем. Он пришёл проведать свою племянницу Ким Со Ын. Оказывается, она шикарно играет на рояле. Прямо там же, в аудитории, исполнила какое-то своё произведение. Было нечто похожее на классическую музыку. Потом Им То Юну для чего-то понадобилась эта выскочка, Манобан. Хотя, ясно! Наверное, запихнут Сл Ын в
