Массивная библиотека расширений, поставляемая с Emacs, также является случайной. Способность создавать такие расширения может быть существенной, но конкретный их набор, имеющийся в настоящее время, — продукт истории и случая. Все они могут быть изменены или заменены, а в результате остался бы узнаваемый Emacs.
Однако взаимодействие с подпроцессами является необходимым свойством. Без него режимы Emacs были бы не способны реализовать ожидаемую IDE-подобную интеграцию и возможность функционировать в качестве интерфейсной части для многих различных инструментальных средств.
Поучительным является опыт небольших редакторов, клонирующих стандартные привязки клавиш и внешний вид Emacs без эмуляции его расширяемости. Существовало несколько таких клонов, наиболее известными из которых являются, вероятно, MicroEmacsnpico, однако ни один из них не получил значительного распространения.
Определение случайных и обязательных свойств в конструкции Emacs позволяет понять, какая часть ее сложности является необязательной, а какая случайной. Однако более важно то, что это позволяет увидеть за поверхностными различиями между Emacs и тремя рассмотренными ранее редакторами действительно важное: тот факт, что цели конструкции Emacs являются гораздо более широкими. Emacs претендует на роль унифицированного интерфейса для всех инструментальных средств обработки текста.
Редактор Wily представляет собой интересную противоположность Emacs. Как в случае с Sam, уровень необязательной сложности в Wily низок. Пользовательский интерфейс редактора может быть кратко, но эффективно описан на одной странице.
Однако за это изящество приходится платить. Не существует возможности привязать функции к каким-либо комбинациям клавиш или входным жестам, кроме ограниченного набора аккордов с использованием мыши. Вместо этого каждая функция редактора, кроме самых основных операций вставки и удаления текста, должна быть реализована с помощью внешней программы — в виде отдельного сценария, либо специализированного процесса-симбионта, прослушивающего входные события Wily. (Первая методика основывается на запусках внешней программы, достаточно быстрых, чтобы не вызывать заметной интерфейсной задержки, а это было совсем не так, ни в среде, где появился Emacs, ни в Unix-системах, на которые он был впервые перенесен.)
Необязательная сложность, которая в Emacs реализуется в режимах Lisp-расши-рений, в Wily распределена по специализированным симбионтам, каждый из которых должен быть совместимым со специальным интерфейсом сообщений данного редактора. Преимущество данного подхода заключается в то, что такие симбионты могут быть написаны на любом выбранном пользователем языке. В дополнение к этому, симбионты (ввиду того, что они запускаются вне редактора) не могут неблагоприятно повлиять друг на друга или на ядро Wily (в отличие от режимов Emacs). Недостатком является то, что сам Wily вообще не способен непосредственно взаимодействовать с обычными инструментальными средствами Unix, вызванными как подпроцессы.
Таким образом, распределенные сценарии wily не являются таким же мощным средством, как встроенный язык сценариев в Emacs. Соответственно, рамки технических требований к Wily значительно сужены. Создатели редактора, в частности, отказываются от какой бы то ни было поддержки подсвечивания синтаксиса или редактирования расширенного текстового формата, и ни Wily, ни его потомок в Plan 9, acme, не могут выполнять данные функции.
Все вышесказанное заставляет более четко сформулировать центральный вопрос данной главы: когда большие цели оправдывают создание большой программы?
13.3.2. Компромиссы не действуют
Сопоставление редакторов Sam и vi явно указывает на то, что, по крайней мере, если рассматривать редакторы, попытки достичь компромисса между минимализмом ed и всеохватывающей полнотой Emacs не имеют значительного успеха. Такие попытки предпринимались разработчиками vi, в результате редактор утратил преимущества минималистской конструкции, но не приобрел достоинств Emacs. Напротив, vi попадает в ловушку специального кода. Этой ловушки избежал редактор
Wily, но он не может сравниться с мощностью Emacs и для выполнения серьезных функций требует нестандартного интерфейса сопряжения от каждого из его интерактивных симбионтов.
Очевидно, существует проблема, толкающая редакторы в направлении увеличения сложности. В случае с vi данную проблему идентифицировать не сложно: это стремление к удобству. Несмотря на то, что теоретически адекватным может быть редактор ed, весьма немногие пользователи (кроме, возможно, самого Кена Томпсона) отказались бы от экранного редактирования в стремлении препятствовать раздуванию кода.
В более широком смысле программы-посредники между пользователем и внешним миром особенно богаты функциями. В число таких программ входят не только редакторы, но и Web-браузеры, программы для чтения почты и новостей, а также другие коммуникационные программы. Все они стремятся развиваться в соответствии с законом охвата программ (Law of Software Envelopment), известным также как закон Завински, который гласит: "Каждая программа пытается расширяться до тех пор, пока не сможет читать почту. Программы, которые не могут расширяться до такой степени, заменяются теми, которые могут".
Джейми Завински (Jamie Zawinski), автор этого утверждения (и один из ведущих разработчиков Web-браузеров Netscape и Mozilla), в более широком смысле утверждает, что все действительно полезные программы склонны превращаться в нечто подобное "швейцарскому армейскому ножу". Коммерческий успех крупных, интегрированных пакетов приложений за пределами мира Unix часто подтверждает данную теорию и откровенно ставит под сомнение Unix-философию минимализма.
В пределах своей корректности закон Завински означает, что некоторые программы стремятся быть малыми, а некоторые большими, но средняя масса нестабильна. Поверхностные проблемы vi можно отнести к истории, но более глубокие являются результатом постоянной необходимости добавления функций и одновременного неприятия встроенных сценариев и функций управления подпроцессами, которые у приверженцев vi ассоциируются с чрезмерным размером программы. На другом уровне принятие двух режимов в интерфейсе (командного режима и режима вставки) открыло "банку с червями" — стало гораздо проще добавлять новые команды, не принимая во внимание их влияние на сложность конструкции в целом.
Примеры Emacs и Wily далее подсказывают, почему некоторые программы стремятся быть большими: для того, чтобы в одном контексте можно было объединить несколько связанных задач. Редактирование и контроль версий (или редактирование и обработка почты, редактирование и отладка и т.д.) являются отдельными задачами с точки зрения разработчиков, однако пользователи часто предпочитают иметь одну большую среду, позволяющую им выделять блоки текста, а не тратить время и отвлекаться, перепрыгивая между несколькими программами, каждой из которых необходимо передать одно то же имя файла или содержимое некоторого буфера обмена.
В более широком смысле предположим, что рассматривается вся Unix-среда как единое произведение сообщества. Тогда культ "небольших точных инструментов" и стремление сохранять низкий уровень сложности интерфейса и размер кодовой базы могут привести прямо к ловушке ручного труда — пользователю приходится обслуживать весь общий контекст самостоятельно, поскольку инструменты не делают этого.
Возвращаясь к специфике редакторов, Sam показывает, что конструкция vi не верна. Wily — смелая попытка предотвратить крайность Emacs, которая не достигла цели, поскольку Wily не способен поддерживать подсветку синтаксиса. Однако Wily или некоторая реализация конструктивных идей Emacs, очищенных и освобожденных от исторического груза, — возможно, правильное решение. Значение необязательной сложности зависит от целей, определяемых разработчиком, а способность распределения контекста среди всех инструментов, ориентированных на обработку текста и связанных с задачей, является весьма ценной.
