Секунду спустя Тео закричал:
— Аня, обернись!
Я подумала, что Тео шутит, так что не обернулась.
— Аня!
Все еще присев, я обернулась. Позади меня был крупный мужчина. Первое, что я заметила — его маску; второе — пистолет. Пистолет направлен на мою голову, и я уверилась, что умру.
Краем глаза увидела, что ко мне бежит Тео со своим мачете.
— Нет! — закричала я. — Тео, уходи! — я не хотела, чтобы Тео тоже убили.
Мой крик, похоже, смутил человека, потому что на секунду он замешкался. Он повернулся только в тот момент, когда Тео ударил его по плечу лезвием своего мачете. Пистолет выстрелил. Звук был негромким — на пистолете стоял глушитель. Я даже увидела искру от выстрела. Тео ранили, но я не смогла разглядеть, куда именно. Я взяла свой мачете и замахнулась. Не думая о том, что делаю, я отрезала руку человеку в маске. Правую руку, в которой он держал пистолет. Было трудно, но я практиковалась с какао бобами и мачете только что заточили. (Немного в сторону: оглядываясь назад, стоит упомянуть, что тренировалась я с ноября.) Главным отличием между отрезанием человеческой руки и какао-боба была кровь. Столь много крови. Кровь брызнула мне на одежду и лицо, что на мгновение я могла видеть лишь кровавые пятна. Я вытерла глаза. Человек уронил пистолет (рука упала) и я разглядела, что он схватился за обрубок и побежал в глубь тропического леса, в темноту. Мы находились в милях от больницы. Он, наверное, будет кровоточить до смерти.
— Вс-с-п-ы-ы-ышка-а, — заорал он. Или что-то другое, я не поняла.
Я повернулась к Тео, упавшему на землю.
— Ты в порядке? — спросила я его. Свет пропал и я не смогла разглядеть, где у него было кровотечение.
— Я…
— Куда он тебя ранил?
— Я не знаю, — он слабо положил руку на грудную клетку, и мое сердце окаменело.
— Тео, я пойду за помощью.
Он покачал головой.
— Тео!
— Послушай меня, Аня. Не говори моей матери, что произошло.
— Ты не в себе. Я расскажу твоей матери. Я пойду за помощью.
Тео покачал головой.
— Я собираюсь умереть.
— Не драматизируй.
— Мама будет винить тебя. Это не твоя вина, но она будет винить тебя. Никому не говори, кто ты.
После слов Тео я уверилась, что виновна я.
— Я иду! — я вытащила руку из ладоней Тео и побежала в дом.
Следующие несколько часов промелькнули как пятно. Луз, Луна, и я положили Тео на носилки, которые мы сделали из простыни, вытащили его в грузовик и сразу поехали в больницу, размещенную в получасе езды от нас. К этому времени Тео вырубился.
Я объяснила Луз и Луне на столько, на сколько могла, что произошло, хотя не могла понять это сама.
Когда мы приехали в больницу, я повторила историю местной полиции, затем они задали мне вопросы, которые Луна мне перевела. Нет, я не знаю этого человека. Нет, я не видела его лицо. Нет, я не знаю, почему он оказался в саду. Да, я отрезала ему руку. Нет, я не взяла ее с собой. Она находится на земле, вместе с пистолетом.
— И ваше имя? — спросил один из копов.
Я не ответил сразу, поэтому Луна ответил за меня.
— Аня Барнум. Она остановилась у нас, чтобы узнать о какао-бизнесе. Она очень хороший друг Тео и дорогой друг нашей кузины, и мне не нравится, что вы сомневаетесь по поводу нее.
Наконец, полиция позволила нам идти, чтобы найти, если получится, руку, пистолет и однорукого человека в маске.
Луна похлопала меня по руке.
— Это не твоя вина, — утешила она. — У нас много конкурентов в какао. Раньше это никогда не оборачивалось насилием, но…Я не понимаю этого! — Луна начала плакать.
Пришел доктор, чтобы поговорить с нами.
— Пуля пробила насквозь легкое и пищевод. Состояние Тео серьезное, но сейчас он стабилен, — сказал доктор на испанском. — Можете отправиться домой, если хотите.
— Он проснется? — спросила мама Тео.
Врач сказал, что семья Тео может войти. Я пошла в вестибюль, чтобы попытаться позвонить.
Было почти около 10, что означало примерно 11 часов в Нью-Йорке. Я знаю, что звонить было опасно, потому что этот звонок может привести власти ко мне, но поговорить с мистером Киплингом было необходимо. Мне нужно позвонить домой.
Я набрала домашний номер мистера Киплинга. Хотя было поздно, он сразу ответил на звонок, видимо, полностью проснулся. Когда я рассказала, что произошло, он не удивился.
— Аня, как тебя могли найти так быстро?
На секунду я застыла. Я беспокоилась, слышал ли он, что в Тео Маркеса стреляли.
— Как вы? — спросила я.
— Я…Твоя сестра, Нэтти, позвонила мне. Она со мной.
— Почему Нэтти позвонила вам? Почему Нэтти с вами? Почему Нэтти не дома?
— Подожди, — сказал мистер Киплинг. — Кажется, мы говорим не об одном и том же. Почему бы тебе не сказать первой.
— В Теоброму Маркеса стреляли. И я думаю, что человек, выстреливший в него, пытался убить меня.
Мистер Киплинг откашлялся.
— Ох, Аня, мне так жаль.
— Я… хочу вернуться домой. Я не хочу принести больше никаких проблем Маркесам. Даже если вернусь в Свободу, — добавила я.
— Я понимаю, — отвлеченным тоном сказал мистер Киплинг.
— О чем вы говорили раньше?
— Аня, ситуация здесь очень опасная, у меня нет хорошего способа повлиять на нее. Имоджен Гудфеллоу мертва.
Я перекрестилась. Я едва могла принять эту новость. Как я могла жить в мире, где Имоджен Гудфеллоу нет? Имоджен, которая любила бумажные книги и которая так хорошо заботилась о бабушке. Без Имоджен, моего друга.
— Она погибла, защищая твою сестру. На улице произошло нападение, и Имоджен стала между Нэтти и пулей. Она умерла по дороге в больницу. Нэтти сразу же доставили ко мне домой. У нее, конечно же, была истерика. Сейчас она в отключке. Аня, ты все еще здесь?
— Да, — я не могла поверить в то, что услышала. — Так вы думаете, что нападение на меня и Нэтти связаны? — спросив, я сразу же осознала, что это правда.
— Боюсь, так и есть, — сказал мистер Киплинг. — Пока ты не позвонила, я надеялся, что нападение на твою сестру было просто актом насилия.
— Кто-то пытался избавиться от детей Леонида Баланчина? — я внезапно вспомнила о брате в Японии.
— Лео, — мистер Киплинг и я сказали одновременно.
— Я позвоню Юджи Оно, — сказала я.
Я попрощалась с мистером Киплингом и сразу же позвонила другому человеку. В этот раз Юджи Оно. Он не отвечал. Я хотела закричать, но знала, что другие больные пытались уснуть. Как же так произошло, что у меня нет никакой возможности добраться до моего брата, кроме как через Юджи Оно? Я слишком много верю в этого человека, которого, если смотреть фактам в лицо, я едва знала.
Я попыталась позвонить Юджи Оно снова, и вдруг Луна прикоснулась к моему плечу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
