Читаем без скачивания По Байкалу - Сергей Волков

Контур острова Огой с борта вертолета

Место для строительства ступы хотя и выбиралось спонтанно, без каких-либо определенных причин, в итоге оказалось глубоко символичным. Остров Огой, протянувшийся узкой извивающейся полоской суши с юга на север на 2 км, с воздуха сильно напоминает танцующую дакиню с распростертыми руками, устремленную на север: отчетливо видится контур головы с плечами в северной части острова и разведенные в стороны и согнутые в локтях руки. Контур острова можно еще сравнить с образом сказочного джинна, высвобождаемого из лампы Аладдина, когда появляется извилистая змейка дыма, расширяющаяся вверху до контура головы. Ступа, сооруженная на самой высокой отметке острова (512 м), на высоте 60 м над уровнем Байкала, оказалась расположенной как раз в области груди, на месте сердца, контура острова. Огой своими вытянутыми очертаниями напоминает Ольхон, который, в свою очередь, походит на серповидный контур Байкала. Остров Ольхон находится в центре Байкала, остров Огой – в центре Малого Моря. В поэтических образах Байкал называют голубым сердцем Сибири, остров Ольхон – обиталищем грозных духов озера, сердцем Байкала, а остров Огой, вероятно, может стать почитаемым как «мать-остров». Ярко выраженная символика тройного подобия на сакральном языке означает, что выбранное место благодатно для возведения буддийской ступы. К этому следует добавить, что Огой в отличие от расположенного рядом острова Замогой, на который отселялись в прошлом больные проказой, во все времена оставался чистым. На нем, кроме постоянно гнездующихся чаек, никогда не проживал человек, то есть эта местность свободна от негативных энергий прошлых деяний людей и может считаться «чистой землей».

На острове ежегодно гнездится 30—100 пар серебристой чайки. Орнитологи говорят, что несколько лет назад здесь гнездилось больше чаек, но после того как на остров по льду весной повадилась заходить лисица и разорять гнезда, остались гнездовья только на недоступных скальных обрывах. По каким-то причинам Огой не вошел в территорию Прибайкальского национального парка и не имеет статуса особо охраняемой зоны. Ученые отмечают очень уязвимый биоценоз острова, то есть совокупность трав и животных. На Огое сохранились реликтовые травы, а также обитает занесенный в Красную Книгу единственный в Прибайкалье эндемичный вид млекопитающих – ольхонская полевка, проживают жаворонки и суслики. Появление ступы и, как следствие, многочисленных туристов окажется со временем губительным для легкоранимого растительного и животного мира острова. Местные ольхонские шаманы были против возведения буддийской ступы на изначально шаманской земле, тем более что буддизм здесь никогда не имел широкого распространения, резонно замечая, что они не едут в Тибет возводить свои шаманские обо на их земле. Против нарушения уникального природного биоценоза острова выступали и иркутские ученые. Тем не менее, несмотря на существующий запрет – нахождение людей на легкоранимых островах Малого Моря с маломощным растительным покровом, – буддийская ступа была сооружена и сейчас стала очередным туристическим объектом на Малом Море.

Инициатива возведения ступы на Байкале исходила от московского Дхарма-центра Трома Нагмо. Этот центр практикует редкий культ дакини Трома Нагмо из тибетского учения Ваджраяны.[17]

Ступа возведена за счет частных пожертвований. Основанием для выбора места под строительство на Байкале послужило предсказание тибетского учителя Ринпоче Падмасамбхавы о том, что в будущем учение дзогчен будет практиковаться на севере. Благословение на строительство ступы и святые субстанции дхармы даровали такие ламы, как Его Святейшество Тулшик Ринпоче, Его Святейшество Таклунг Цетрул Ринпоче, Его Святейшество Минлинг Тричен Ринпоче, Кьябдже Гарчен Ринпоче и др.

В строительстве ступы принимали участие волонтеры из разных мест: из Москвы, Санкт-Петербурга, Минска, Екатеринбурга, Иркутска, Нью-Йорка, Лондона и Лиссабона. Они, сменяя друг друга, в течение трех летних месяцев 2005 г. возводили ступу на острове. Все необходимое для строительства перебрасывали на катерах и потом вручную поднимали на вершину острова, а наиболее тяжелые грузы переносились с помощью вертолетов. Для сооружения ступы шириной 5,8 м и высотой 6,35 м было перенесено по воздуху на вертолетах с Ольхона на остров Огой 350 т цемента и песка. Проект был разработан иркутскими архитекторами с учетом местных особенностей: частых туманов, сильных ветров и сезонных перепадов температур. По их рекомендации при строительстве был использован особо прочный материал: железобетон, изготовленный на месте из специального влагостойкого цемента, применяющегося для заливки тела плотин гидроэлектростанций, и мраморный песок для внутреннего заполнения ступы, который был специально доставлен с мраморного карьера из Слюдянки. Построенная ступа была покрыта специальной светоотражающей и влагозащитной краской, и теперь белоснежная ступа видна на значительном расстоянии со всех близлежащих островов и берегов Малого Моря.

Строительством руководил лама из Бутана. На его счету уже более 40 буддийских ступ в разных странах мира, в т. ч. огромная ступа в Бутане, построенная по заказу бутанского короля. Ступа на острове Огой сооружена с соблюдением всех необходимых правил и с выполнением всех ритуалов и практик во время строительства. Возведение ее предварял ритуал «Покорение Земли», проведенный под руководством непальского ламы Рангригом Ринпоче. Проводившиеся обряды, по свидетельству очевидцев, сопровождались благоприятными чудодейственными знаками; так, при призывании водных нагов над Ольхоном начался сильнейший ливень, в результате которого из-за размокшей дороги временно прервалось автомобильное сообщение между пос. Хужиром и северной оконечностью острова, что случается крайне редко. В процессе строительства над ступой неоднократно фиксировались яркие радуги, причем одна из них возникла на глазах строителей из основания ступы и другим концом соединила остров Огой с Ольхоном.

Среди священных реликвий, помещенных в ступу, есть также разные минералы и корпуса ржавых авиационных бомб

Реликвии, помещаемые в Ступы Просветления, представляют собой объекты веры: мощи буддийских святых, предметы, которыми они пользовались, священные тексты. На примере построенной буддийской ступы на острове Огой (Байкал) можно узнать о классическом буддийском вложении в нее. Впервые в России в одном месте была собрана и вложена в ступу для сохранения и продолжения буддийского учения столь обширная библиотека (общим весом около 750 кг) оригинальных буддийских текстов, присланных специально из разных стран. Наряду с традиционным перечнем обязательного для закладки во все ступы: полного собрания канонических текстов Ганджура – поучения, составленные из слов самого Будды, содержащие 1046 трактатов в 108 томах, и Данджура – комментарии индийских буддийских учителей к сутрам и тантрам (содержат 3683 трактата в 225 томах) – были заложены и неизвестные ранее западной науке тексты на тибетском языке и санскрите. Большая часть этих уникальных документов до этого времени не была доступна европейским ученым и была впервые прислана тибетскими учителями специально для закладки в ступу на Байкале. Все тексты перед закладкой были просканированы, постепенно будут переводиться учеными на европейские языки и станут доступными для изучения. Вместе с оригиналами буддийских текстов в ступу вложены для потомков также их электронные версии на СD-дисках. Кроме старинных манускриптов, в нее вошло в общей сложности 2,5 т разнообразных мантр, а также священные буддийские реликвии и субстанции. Среди них находятся священные субстанции Будды Шакьямуни (частицы волос и крови), присланные от пяти тибетских и непальских учителей; мощи 40 боннских тентронов, частицы их одежды и волос; различные минералы, раковины из океанов; святые земли Иерусалима, Иордании, Египта, Мексики, а также из различных христианских мест севера России и Подмосковья; вода из всех океанов, ржавые корпуса авиационных бомб времен Первой и Второй мировых войн, пшено, зерно, гречка, колющие орудия: вилы, коса, кайло, щипцы, топор, пила, сабля, а также центральное вложение – бронзовая статуэтка дакини Трома Нагмо, которой посвящена эта ступа.

Трома Нагмо – самая гневная из известных дакинь, представляет персонификацию особых интеллектуальных энергий, присутствует и действует в тонких измерениях трехмерной Вселенной. Верующие считают, что Трома Нагмо обладает милосердным характером, она может благословить, а может и наказать. Ее культ распространен на Западном Тибете вокруг священной горы Кайлас. Тибетская дакиня Трома Нагмо тождественна индусской богине Кдхари-Кали – божественной супруге Шивы, разрушительной Шакти. Богиня Кали в индусской мифологии считается покровительницей нынешней эпохи – эпохи торжества Мирового зла, именуемой Кали-югой. В тибетском учении ваджраяны дакини известны как безжалостные защитники дхармы (буддийского учения), не гнушающиеся убивать и казнить врагов учения, упиваясь их страхом, болью и кровью. Считается, что она подавляет все негативные проявления в мире. Внешний облик ее, как и всех дакинь, непосвященным кажется ужасным. Демоническое существо в женском облике с пылающими волосами танцует на трупах людей, на ее голом теле – ожерелья из человеческих костей и черепов, в руках – чаша с кровью младенцев. Только подлинно посвященный может объяснить символику изображений, чтобы черная и угрожающая дакиня при ближайшем рассмотрении засияла всеми цветами радуги: трупы символизируют разные виды чувственной и умственной деятельности, танец на трупе – победу над эгоцентричными устремлениями, огненный нимб вокруг головы – огонь мудрости, пожирающий неведение и карму, и т. д. Для правильного восприятия образа необходимо глубокое овладение тантрийской терминологией и буддийскими понятиями, публичное обсуждение которых по традиции не приветствуется, а тайный эзотерический смысл передается только в процессе обучения от учителя ученику в устной форме. Тайные учения не подлежат разглашению в силу их особого эзотерического характера и опасности превратного толкования. Символы иконографии поэтому понятны только практикам тантры. Считается, что дакини способны оказывать помощь сторонникам буддизма, они могут даже посвящать человека в глубочайшие тайны дхармы, но в то же время яростно выступают против всего, что связано с продлением существования сансары. По академическому определению, дакини (санскр. dakini – «женщина-демон»; происходит, возможно, от санскритского корня di – «летать») в тибетском буддизме и индусской мифологии – жестокие и свирепые (обитающие на кладбищах и питающиеся человеческим мясом) демонические существа женского пола, составляющие свиту богини Кали.

Джузеппе Туччи, известный итальянский буддолог, пишет: «Многие тибетские концепции и учения относятся к внутреннему, мистическому опыту, и передавать их в рациональных концепциях и выражениях крайне проблематично. Образы ламаистского пантеона необычны, зооморфны, устрашающи и фантастичны по внешнему виду, с многими головами и руками, с разнообразными атрибутами и оружием в них, украшены ожерельями и диадемами из человеческих черепов, они стоят на трупах и попирают их ногами. Учителя ваджраяны «читают» эту иконографию, абсурдную и шокирующую на первый взгляд, как символическую шифрограмму, за которой скрыто содержание тантрийских практик».