Духовный император, или кин-рей, есть глава древней японской веры, но и все прочие секты имеют к нему почтение, смешанное с обожанием. В своей же секте он почитается божеством, и она ему покланяется. Он не токмо определяет служителей храмов на все вышние духовные места, но и знатным государственным чиновникам дает достоинство, или род духовного титла, называемого ками, которое они весьма много уважают, и первые вельможи государства за большую честь себе вменяют получить оное. О сем достоинстве я упоминал уже в первой части сей книги.
Кин-рей также имеет право возводить умерших на степень бессмертных духов или святых; и сие не всегда бывает за благочестие и богоугодное житие, но чаще по пристрастию и проискам богатых родственников усопшего. Кин-рей пребывает всегда невидим для всех классов граждан, кроме штата его двора и вельмож, от светского императора временно к нему посылаемых. Но однажды в году, в особенный большой праздник, он прохаживается по галерее, которая только снизу открыта, так что всякий желающий может приблизиться и видеть его ноги. Платье он носит всегда шелковое, в составлении коего, начиная с самого вырабатывания шелка, должны употреблены быть руки непорочных только девиц. Ест он всякий раз на новой посуде, а всю ту, которую он однажды употребил, тотчас разбивают. Причина сему, по словам японцев, есть та, что никто не достоин после него употреблять ту же посуду, а если кто дерзнул бы с намерением или стал по ошибке на ней есть, того тотчас постигла бы смерть.
Служители храмов в Японии разделяются на разные степени. Есть у них первосвященники, соответствующие нашим архиереям. Один таковой находился в Матсмае. Дом он имел огромный с большими службами и садом, окруженный земляным валом, так что здание сие имело вид небольшого замка. Это показывало, что сан сей находится у них в большом уважении.
Японцы нам сказывали, что власть его над священнослужителями простирается только относительно к церковным делам. Если же духовный впадет в уголовное преступление или впутается в гражданские дела, то гражданские законы судят и наказывают его без всякого сношения с духовным правлением. В нашу бытность в Матсмае губернатор велел посадить в тюрьму и судить одного священника за воровство и побег; его осудили и казнили одной гражданской властью. Когда я сказал японцам, что у нас не поступают так с особами священного звания, и что прежде надлежало бы духовенству снять с него сан, Церковью на него наложенный, а потом уже предать его наказанию гражданских законов, они, засмеявшись, отвечали мне, что он был бездельник, недостойный носить головы на плечах, в чем изобличен судом и законами своего отечества, следовательно, сан его сойдет с него вместе с его головой, несмотря на то, хочет ли сего духовное правление или нет.
Матсмайский первосвященник никогда не езжал с почтением к губернатору, но обязан был один раз весной встречать его на небольшом острове, где был сооружен храм в честь семи дев-угодниц, куда губернатор должен был ездить на поклонение однажды в год. Остров сей находится подле самого Матсмая.
В Японии есть и монашеское состояние для обоего пола, но на каком основании учреждены их монастыри и в чем состоят правила их, мы не могли узнать, а слышали только, что монашествующие обязаны вести очень строгую жизнь, чего, однако, они не исполняют.
Государственное правление
В Японии два владетеля, одного европейцы именуют духовным императором, а другого – светским. Следуя сему обыкновению, и я их так называю, хотя, впрочем, не могу согласиться, чтобы названия сии были приличны.
Что касается до светского императора, то его следовало бы называть просто японским императором, ибо он есть самодержавный владетель государства хотя не обширного, но чрезвычайно многолюдного и составленного из многих владетельных княжеств, соединенных под одним скипетром; словом, он есть такой государь, которым в Европе дают титул императора.
Названия, соответствующего японскому духовному императору, ни в одном государстве нет; оно есть единственное в свете, принадлежащее собственно Японии. С императорским же званием, по нашему о нем понятию, оно нимало не совместно. Во-первых, в обыкновенном течении и порядке государственных дел кин-рей, или так называемый духовный император, не имеет никакого участия. Он даже не знает, что делается в государстве, разве только стороной доходят до него слухи; лишь только в самых важных случаях светский император обязан брать его советы. Например, в случае перемены и введения вновь какого-либо закона, при постановлении сношений с чужестранными государствами, при начатии с кем-либо войны и тому подобном. Но и в таких случаях светский император берет свои меры заблаговременно и прежде уже знает, что кин-рей готов согласиться на предложение, которое он намеревается ему сделать. Короче сказать, светские императоры ныне в Японии поступают с духовными так, как прежде поступали с папами менее подверженные предрассудкам суеверия и сильнейшие из католических государей, кои, склонив прежде святого отца подарками или угрозами на свою сторону, отправляли к нему с наружною покорностью и уничижением посольство для испрашивания его благословения и буллы, которую и вместе с папой от чистого сердца сами презирали, имея в ней надобность только для ослепления суеверного народа.
Впрочем, светские императоры с духовными обходятся со всеми наружными знаками глубочайшего почтения. Личные свидания между ними бывают весьма редко: светский император ездит к духовному в несколько лет однажды. Но они отправляют друг к другу часто великолепные посольства, при коих светский государь не упускает посылать к духовному богатые подарки, а он отдаривает его одними благословениями, чему и быть должно так, ибо светский император имеет в своем распоряжении доходы целого государства, а духовный пользуется токмо доходами своего княжества, называемого Киото, коим он владеет как независимый князь, или даймио, как их японцы называют, наравне с другими князьями, с той только разностью, что все князья свои войска содержат на свой счет, а кин-рей войск не имеет, но нужная для внутреннего спокойствия в его княжестве военная сила содержится на счет светского императора и от него зависит. Эта мера немало способствует сему последнему держать духовного императора в своей зависимости, хотя наружно и кажется, что светский император зависит от духовного.
Этикет, между ними наблюдаемый со всякою точностью, много содействует к такому ложному заключению. Например, духовный император всегда имеет по нескольку особ, им самим назначенных, при дворе светского для наблюдения за его поведением и для напоминания ему об его обязанностях в случае поступков, несовместных с его званием. В числе сих особ бывает несколько дам, которые должны наблюдать за сожитием монарха со своей супругой и за ее поведением. Но все сии предосторожности нимало не мешают его японскому величеству иметь по нескольку любовниц вдруг, что известно всему государству, кроме дам-надзирательниц. Что же принадлежит до императрицы, то женский присмотр там не слишком нужен, где со стороны чистоты брачного ложа император может быть совершенно безопасен под присмотром особ, определяемых им самим к его супруге.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
