прервана из-за несоответствия указанного кода допуска уровню допуска в файлы группы «С-М», «П» и «А».
Проверка безопасности: корреспонденция с файлом учёта допуска в помещения концерна.
Ответ — отрицательный. На 20:10 13.10.15 ДАРИЙ систему контроля допуска в помещения концерна не проходил.
Внимание тревога! Угроза утечки информации с головного сервера.
Код тревоги: «оранжевый». Использование чужого кода доступа сотрудником концерна.
Локализация источника тревоги: помещение СБ-52, рабочее место 173.
* * *
Странник
Волчья ночь накрыла город. Студёный ветер, остро пахнущий скорым снегом, рвал в клочья кисею дождя. Капли твёрдые и жгучие, как льдинки, бились в лицо, норовили запрыгнуть за воротник. Всхлипы ветра и прерывистый шелест дождя гасили все звуки. Что делала зыбкую тьму вокруг ещё опасней.
Патрули и блок-посты. Скрытые посты наблюдения, поисковые группы и одиночные опера, подделывающиеся под простых граждан. Штатные и добровольные стукачи, прилипшие носами к окнам. Наводчики грабителей и шайки шакалов, выбравшиеся на ночной промысел. Перепуганные насмерть прохожие, попавшие под комендантский час, и перепившиеся до тупой отваги ублюдки. Каждый мог пальнуть в мелькнувшую тень. С умыслом, без или просто от скуки.
Максимов петлял по Коптево, сбивая погоню со следа. Иногда накатывала усталость, и он чувствовал себя затравленным, продрогшим до костей волком, которого холод и подведённое до самого позвоночника брюхо рано или поздно погонят к теплу человеческого жилья. Под выстрел и собачий гон.
Тогда он хищно ощеривался, со свистом всасывал воздух сквозь сжатые зубы. Усталость исчезала, вспугнутая звериной силой, просыпавшейся в человеке.
Он шёл сквозь ночь, чутко прислушиваясь к малейшему шуму. Шёл и твердил сам себе: «Ты ещё жив! Ты ещё жив! Ты ещё жив!»
Сарайчик, примыкавший к школьному двору показался ему самым подходящим местом. Сюда можно было быстро добраться на машине, свернув в переулок, не доезжая блок-поста, и скрытно подойти дворами, не выходя на открытый случайным взглядам школьный двор.
Максимов огляделся по сторонам. Поднял кирпич. Кроша его ребро о стену сарая, начертил большую букву «R», для верности пририсовал стрелку на ножке буквы. Под стрелу положил кирпич. Присел на корточки. Вытащил из пачки фольгу. Расправил на колене. На белой стороне ручкой быстро написал два столбика клиновидных значков.
Свернул фольгу в плотную трубочку, согнул пополам, потом ещё раз. Сделал лунку в мёрзлой земле, положил в неё записку. Накрыл кирпичом.
Достал пластмассовый кубик. Чиркнул по колену. Положил кубик рядом с кирпичом.
Выудил из пачки сигарету. Запахнувшись курткой, закурил. Блаженно откинул голову и выпустил дым. Жар сигареты, спрятанной в кулак, приятно покусывал кожу.
Максимов улыбнулся и закрыл глаза, подставив лицо под капли дождя.
Это был его первый экстренный контакт за долгие пять лет. Глупо было бы считать, что через минуту, получив сигнал радио-маячка, к сарайчику примчаться свои. Таких чудес не бывает. Возможно, что прибудут спустя день или два. Или не придут вовсе. Такое тоже не исключалось. Он слишком долго существовал в режиме «свободного поиска», чтобы знать о нынешних возможностях Ордена.
Но пока он был жив, это не значило ровным счётом ничего.
Когти Орла
Ретроспектива
Ноутбук урчал, как сытый кот. Голубой экран дисплея был единственным источником света в комнате. Максимов, пробегая глазами странички на дисплее, время от времени поглядывал на красную точку сигареты, что плавала в темноте рядом чёрным контуром кресла.
— Ты меня в трупы оформил. Спасибо, что не сглазил.
Огонёк заалел, пахнуло дымом.
— В файлах Салина и «конторы» тебя похоронили. Живи и радуйся, Странник.
— Они могут отменить встречу?
— Нет. Насколько я знаю Салина, нет. Завтра собираются все зубры Старостина, если не договориться сегодня в ночь, потом будет поздно.
— Что Салин знает о делах Старостина?
— Почти все. «Меч» я ему создал для игры против Старостина. Ну и мелких политических заказов, само собой.
Максимов развернулся лицом к Василиску.
— Ты идёшь со мной?
— Нет, Странник, извини, нет. Меня будут искать живым или мёртвым. Три конторы сразу. Сам понимаешь, шансов мало. Иди один.
Бетховен тихо захрипел, вялой рукой пошарил по груди.
— Кстати, я не очень его? — Максимов указал на Бетховена.
— Мог бы и завалить, не велик грех. Отставной конторский хрен, в конспирацию не наигрался. Да, на нём ты прокололся. Зовут-то его вовсе не Борис Борисович. — Василиск глухо хохотнул. — А в остальном, прекрасная работа. Даже завидно. Импровизация с Карнауховым — просто блеск.
— Крупно тебя подставил?
— Как сказать… Время моё вышло.
В дверях тамбура тихо скрипнул замок.
— Всё, Странник! — прошептал Василиск. — Это за мной.
* * *
Когти Орла
Экстренная связь
Навигатору
От объекта «Василиск» получена информация о месте нахождения Фараона. Объект «Василиск» погиб. Запросите подтверждения по своим каналам.
Обладаю достоверной информацией о разработках Фараоном психотронного оружия «четвёртого уровня». Создана, опробована и готова к применению комплексная система психотронного воздействия, кодовое обозначение «программа Водолей».
В качестве средства по повышению внушаемости населения Фараоном проведена массовая наркотизация с использованием административных и производственных возможностей возглавляемой им структуры. Ответственный за данное направление Счетовод ликвидирован с использованием оперативных возможностей объекта Василиск. Ликвидацию подтверждаю.
По утверждению моих источников, Фараон возможная время поступления команды на запуск системы — вторая-третья декада октября с.г.
Принял решение ликвидировать Фараона.
«Свободный поиск» продолжаю.
Странник
Глава 18
Странник
Заброшенное бомбоубежище под высотным домом на Войковской давно облюбовали местные бомжи. Здесь всегда было людно, чадно и жутковато весело. Особенно, в нудные часы комендантского часа. Нравы были разудалые, как на вольном пиратском острове. Жизнь кипела во всю. А что ей не кипеть между виселицей и ударом ножа под ребро?
Максимова здесь знали, за своего не принимали, но права находиться среди них не оспаривали.
В первый же вечер
