Разикале удивлённо поднял бровь:
– В одиночку?
– Да. Он забрался на башню и…
– Я слышал об этом. Думал, что это легенда.
– Нет, он на самом деле это сделал. Я сама не видела, но мама была очень впечатлена. Она его с бастардом короля Модеста и спасла оттуда. Дален повёл себя так, будто он совсем недавно, даже для человека, столкнулся с магией.
– А круг магов?
– Да, его там должны были учить и про это рассказывать, но он как будто родился заново и ничего подобного не знал. Все его плетения не походили на то, к чему я привыкла и что когда-то видела. Он был настолько чужеродный и необычный, что я постоянно поражалась, откуда он такой взялся.
– Я согласен с тобой, у меня аналогичное ощущение.
– Его внутренняя структура была сильно повреждена посредством полного истощения. Поэтому маме пришлось его собирать буквально по кусочкам, ориентируясь на наиболее яркие позитивные моменты его памяти. История путаная, но смысл заключается в том, что мама здорово ошиблась, сильно улучшив командора. Как ей это удалось, даже она сама понять не смогла, хотя и делала вид, что «так и быть», пользуйся.
– Зачем он ей понадобился? Никогда бы не подумал, что Флемет будет так печься о человеке.
– Всё заключалось в плетении. Там, на башне, он сплёл полдюжины шаров непонятного характера, которые с диким рёвом полетели в армию порождений тьмы, производя в их рядах поразительные опустошения. Они взрывались! Как знаменитые бочки кунари! Только намного сильнее, оставляя после себя большие ямы. Порождения тьмы, оказавшиеся рядом с местом попадания, разлетались тряпичными куклами по округе. Мама сказала, что никогда ничего подобного не видела. Даже во время знаменитой войны людей и эльфов. Поэтому она заинтересовалась этим человеком. Для своих целей.
– Уртемиэль?
– Да, но она скрыла от меня свой первоначальный план! Она настолько горела желанием его освободить, что готова была пожертвовать своей дочерью!
– Девочка, – дракон тайн улыбнулся, – ты должна понять важную вещь.
Морриган настороженно на него посмотрела, но тот продолжал улыбаться.
– Для драконов все, кто не относится к их расе… – Разикале выразительно поднял бровь и кивнул, предлагая ведьме закончить фразу.
– То есть я для неё ничто?!
– Я думаю, да. Просто одна из многих отпрысков. Инструмент, который она родила для решения своих задач. Если бы она родила тебя от дракона, то относилась бы совершенно иначе. Она тебя даже как дочь не воспринимает. Так. Вспомни, как она к тебе относилась. Разве хоть раз проявила любовь? Она ведь тебя воспитывала так, будто ты просто девочка со стороны, которую она подобрала из жалости.
Морриган потерянным взглядом посмотрела в окно:
– Зачем я Далену? Получается, он меня спас.
– А ты как думаешь?
– Не знаю. Дело в том, что он настоял на моём выживании, зная меня всего лишь несколько часов. А Дален не тот человек, что будет тешиться особенными душевными страданиями. Да на его глазах хоть тысячу человек распотроши, даже бровью не поведёт.
– А что сказала твоя мать?
– Ничего. Она со мной с его пробуждения практически не разговаривала.
– Неужели Флемет было стыдно?
– Вряд ли. Мама была так озадачена Даленом, что буквально локти себе хотела кусать. Мне показалось, что она его даже боится. А потом, в Бресилианском лесу убедилась в этом.
Разикале вопросительно на неё посмотрел, и Морриган подтвердила:
– Да, точно, она его боялась. Жутко. Адель сказала, что Дален пришёл к нам из другого мира… – Девушка осеклась, поняв, что сболтнула лишнего, и испуганно посмотрела на дракона.
– Не переживай. Она мне уже рассказала.
– Адель?
– Да. Сразу, как вы ушли, она связалась со мной и поведала о любопытном госте. Или ты думаешь, что я вот так первому встречному взял и предложил стать одним из нас? – Разикале улыбнулся: – Его разум и способности будут очень полезны для моей вымирающей расы. Возродить он её, может, и не возродит, но он даёт нам шанс. Ты ведь знаешь, что драконов осталось очень мало. В первую очередь из-за вражды с эльфами и людьми. Мы не можем с вами конкурировать, ибо наша численность мала и нет никакой возможности её увеличить быстро. Хотя бы в рамках нескольких тысяч лет. Ты загрустила?
– Я первый раз в своей жизни кого-то полюбила. – Морриган посмотрела на Разикале глазами полными слёз. – А теперь…
– Какая трагедия… – нарочито издеваясь, покачал головой дракон тайн.
Морриган спокойно и холодно посмотрела на него и тихо сказала:
– Надеюсь, ты будешь умирать в жутких мучениях.
– Не дождёшься, – подмигнул ей Разикале. – Я, в отличие от людей, очень живучий. Вы – низшие, ничтожные существа.
– И всё-таки мы вас уничтожаем. Всех. Одного за другим.
– Он эту проблему исправит, – указал Разикале на Далена.
– Если я хорошо его знаю, а я его знаю неплохо, то он делает только то, что ему нужно. Ему, а не кому-то ещё. И если Дален хотел стать драконом, то уж точно не для того, чтобы самоотверженно бороться за возрождение их былого величия.
Морриган зло поджала губы, выдержала небольшую паузу и, посмотрев на Разикале с нескрываемой ненавистью, пошла к Далену, что лежал на полу в позе эмбриона и слегка качал головой, борясь с тяжёлым аффективным состоянием, вызванным той модификацией, которой он подвергся. Подойдя, она села рядом на пол, обняла эту чешуйчатую махину за шею и тихо заплакала.
Глава 21
Логейн вышагивал по зале и думал. Каким бы он злодеем ни слыл, но со здравым смыслом и стратегическим расчётом никаких проблем не имел.
– Ваше величество, – обратился к нему герцог Хоу, сидевший рядом и наблюдающий за этим челноком уже довольно долго.
– Я – не величество.
– Но…
– Меня не короновали. И, насколько я могу судить, никогда не коронуют. Так что оставь эту лесть и говори по делу.
– Ваша светлость. Вы всё переживаете по поводу этого мага?
– А ты нет? Если он получит власть, то ты – труп. Разве твоя память стала такой слабой? Ты забыл, что его сподвижником является сын герцога Хайэвера?
– Нет, ваша светлость, такое не забывается, – поник головой герцог Хоу, наигранно правда.
– Что нам дальше делать? Куда ни шагни – одни потери!
– Вы считаете, что Дален…
– Да! – криком перебил Хоу Логейн. – Я считаю, что этот проклятый Дален единственный реальный кандидат на престол королевства!
– Тогда нам нужно с ним примириться.
– И что мы получим? Он имеет все доказательства, что ты совершил убийство законного герцога Хайэвера и присвоил его титул. А это эшафот. А я написал то злосчастное письмо в круг магов. За него меня, вероятнее всего, обрекут на пожизненное заключение в какой-нибудь церкви, дабы я замолил грехи. У нас нет никаких шансов сохранить своё положение в случае его победы. Да что положение, даже выжить – и то не факт, что мы сможем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
