- Нужно отсюда уезжать, - отозвался Мафхор. Ложка стукнула о донце котелка. - Скоро осень.
- Ничего, время еще есть, - Нимве подняла голову. Глаза Мафхора казались черными, и в них отражались два крохотных костра. - Вот выздоровеешь, тогда и поедем.
- Дожди начнутся, застрянем.
- Пока рано, не начнутся, - встав, Нимве забрала у него посуду и пошла к воде.
Когда она вернулась, он все еще сидел у костра.
- Тебе не холодно? - спросила Нимве. Мафхор покачал головой. Помедлив, она опустилась рядом на лавку. Поворошила босой ногой песок. Сказала тихо:
- Ветер так шумит… Слышишь?
- Да. Как в степи.
Нимве повернула голову, поглядела на его профиль, бронзовый в свете костра.
- А я ни разу не была в степи. У нас и степей-то нет, в Алавинге.
Он не ответил.
- Ты видел степи? - спросила Нимве.
- Приходилось.
- А где?
И снова Мафхор промолчал. Нимве тихо проговорила:
- А ведь я совсем ничего о тебе не знаю. Совсем-совсем ничего.
Мафхор пожал плечами:
- Честно говоря, и знать особо нечего.
- А мне кажется, наоборот. Мне кажется, ты… В твоей жизни много чего было.
- Ничего интересного, - ответил он, - поверь.
Нимве отвернулась. Отчего-то стало грустно и немного обидно. Да что там - немного… Зря я затеяла этот разговор, подумала она, и так было ясно… Но следом за этой мыслью пришла другая: не доверяет он мне. До сих пор не верит.
Отчего-то захотелось плакать, но, глубоко вздохнув, она только проговорила:
- А я тебе все про себя рассказала. Конечно, ты… Тебе тогда было плохо, ты, может, и не слышал ничего…
- Каждое слово, - сказал Мафхор. Повернув голову, Нимве встретила его взгляд. - Я слышал каждое слово. Поздно уже, пойду лягу, если не возражаешь.
Утром принцы в лагерь так и не вернулись.
Нимве решила подождать еще немного, а потом, хочешь не хочешь, надо идти. Невозможно тянуть с этим до обеда, ведь с травами потом полно возни, а смеркаться теперь стало раньше.
Через пару часов, с котомкой на плече, она вошла под влажный зеленый полог.
После ночного дождя трава и кусты сверкали, как украшения в лавке ювелира. Птицы свистели, перекликаясь, невидимые в кронах, и солнечные лучи косыми столбами перечеркнули неподвижный воздух. Лес, тихий, совсем не страшный, показался Нимве родным домом, куда она вернулась после долгого отсутствия.
Она старалась идти так, чтобы не наткнуться снова на поляну с черепами. Гадая, где теперь могут быть принцы, бесшумно лавировала среди мокрых кустов, а глаза обшаривали землю, ощупывали каждую травинку, каждый лист в поисках "добычи". Потом мысли перетекли на Мафхора. Не доверяет он мне, не доверяет. Непостижимый он все-таки человек. Я-то считала, он ни слова не слыхал из того, что я ему рассказывала, а он, оказывается… С ним не знаешь, чего и думать, принцы и то проще.
Время близилось к полудню, когда Нимве нагрузила котомку едва не под завязку. Села возле дерева, достала припасы, и, немного подкрепившись, отправилась в обратный путь. И то сказать, забрела она далеко, надо выбираться, покуда не стемнело, а то здесь, неровен час, и на медведя нарвешься.
Нимве шла, стараясь не отвлекаться на грибы, бурыми холмиками вздыбливающие палую листву, на ежевику, черными каплями свисающую с колючих плетей, опутавших подлесок. Иногда, не в силах удержаться, срывала несколько терпких ягод, которые оставляли на пальцах чернильные пятна. Она знала: только поддайся соблазну, и до темноты от ежевичника не оторвешься, так и будешь лазить по кустам, не обращая внимания на колючки.
Она шагала долго, может, час, пока не устала, остановилась на небольшой прогалине и, заслонив глаза ладонью, глянула на солнце. Еще рано, чуть за полдень. Время есть.
Она села под кустом, у поваленного ствола ольхи, обросшего мхом и гнездами опят. Набрать, что ли, подумала Нимве, да куда их денешь, котомка-то полная.
Она прислонилась спиной к стволу. Долго сидела, потом, снова посмотрев на солнце, встала, принялась отряхивать одежду, подняла глаза…
И замерла.
За грудой валежника, под деревьями, в густой тени, стояла темная фигура.
Мороз прошел по спине, волосы встали дыбом. Нимве нырнула под куст, пригнув голову. Сердце колотилось, и не хватало воздуха. Солнечный свет потускнел, от земли, от поваленных стволов потянуло холодом.
Тишина, щебетание птиц да шорох ветра. Шаги? Или показалось? Нимве съежилась, кусая губы. Прижала к себе котомку. Вспомнился рассказ принца Сэтнара: чужаки в черных плащах. Но… те люди… Ведь мы думали, они уехали отсюда. Неужели они… Неужели все еще…
Прошла целая вечность, прежде чем страх начал отступать. Да может, мне почудилось, решила Нимве, может, никого и не было, а я сижу тут, трясусь как заяц.
Надо посмотреть.
Она распрямилась, стараясь не задевать ветки, осторожно встала. Постояла пару секунд, собираясь с силами, и выглянула из-за куста.
Плащ - как пятно черной тени, там, в глубине, между деревьев. Смутный овал лица, повернутого к ней. Ни шевеления, ни звука. Он стоял, будто статуя, и следил.
За ней.
Нимве рухнула под куст. Стиснула зубы, чтобы не стучали. Задыхаясь, зажмурила глаза. Кровь превратилась в ледяную жижу, заморозила, почти остановила сердце. Видел, или нет?! Почему он стоит там, будто истукан? Подойди! Покажись, что тебе надо, едва не крикнула она - но вместо этого до крови прикусила палец.
Она сидела, скорчившись, пока не затекли ноги. И снова темный ужас, отступая, оставил мысль, что все это только показалось. И снова она высунула голову, лишь для того, чтобы опять увидеть смутную фигуру - и на миг умереть от страха.
Она не знала, сколько времени прошло. Казалось, что темнеет, что наступают сумерки… А может, просто мутилось в глазах. Нимве сидела, пока не ощутила: еще минута, и она сойдет с ума, насмерть задохнется от ужаса - и навсегда останется в этой чаще, чтобы тоже стоять в темноте, поджидая одиноких путников.
Через миг она нашла себя на ногах, метнулась в лес, как вспугнутое животное, прочь, не разбирая дороги, лишь бы исчезнуть, убежать от чудовища, взгляд которого она ощущала даже сквозь деревья.
Выстрел. Отдаленный, протяжный крик. Показалось?! Нимве остановилась, озираясь, хватая воздух ртом. Снова выстрел, и снова… Это онигонятся за мной!
С воплем она рванулась прочь, ломясь через кусты, натыкаясь на стволы деревьев.
Темную фигуру, что кинулась наперерез, Нимве заметила краем глаза. Взвизгнув, повернула в сторону, но не успела. Человек налетел, схватил ее в охапку. Заходясь криком, Нимве стала отбиваться, царапаться, попыталась укусить его за руку…
- Нимве! - услышала она. - Это я, Инис! Успокойся! Что случилось?
Инис?! Дрожа всем телом, стуча зубами, она втянула в себя воздух. Слепые от ужаса глаза различали чьи-то лица, но потребовалось время, чтобы их узнать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
