Он был обязан победить. Все необходимо было закончить прямо здесь, чисто и неоспоримо для всех. Иначе, как подозревал Люко, эта сцена станет повторяться снова и снова, пока либо не будет повержен магистр, либо не погибнет весь Орден.
— Убей его, Сарпедон, — прошептал Люко, видя, как Теллос подается назад, наступает на бионическую лапу магистра и отрубает ее, высекая искры. — Ради всех нас, пусть это закончится.
— Дай посмотреть. — Евмен лежал среди дымящихся развалин доков рядом со скаут-снайпером Раеком. Рядом отдыхал и Скамандр, чье тело по-прежнему было ледяным на ощупь, но он хотя бы дышал и находился в сознании. Возле них, припав на одно колено, нес дежурство Найрюс.
Раек протянул Евмену скоп от своей винтовки. Оттуда, где они находились, от окровавленных развалин речных доков Грейвенхолда, островка среди все непрекращающейся ужасной бойни, сражение магистра с Теллосом казалось лишь серией вспышек силового посоха.
Взглянув в скоп, Евмен увидел чрезмерно развитую спину отступника, под кожей которого извивались узловатые мышцы, когда он обрушивал свой меч на Сарпедона, тесня того к ограждению. Магистр был и быстрым, и сильным, но Теллос казался воплощением грубой мощи. Ад против него был бесполезен, поскольку отступник уже зашел слишком далеко, чтобы его мог отвлечь страх.
Оторвавшись от скопа, Евмен повернулся к Найрюсу, сидящему спиной к остальным скаутам:
— Ты можешь сказать, кто победит?
Псайкер оглянулся на него:
— Нет. Должно быть, они слишком далеко от нас.
Евмен вновь вернулся к созерцанию битвы. Сарпедон ушел в оборону, ноги магистра прогибались, когда он уворачивался от ударов. Теллос воспользовался преимуществом и стал наступать, скрещенными мечами стараясь придавить силовой посох к земле. Сарпедон прижимался спиной к ограждению.
Командор провернул посох, пытаясь сломать мечи Теллоса. Клинки неожиданно разошлись в стороны и вонзились в перила по разные стороны от Сарпедона.
Магистр резко выбросил руку и обхватил Теллоса за шею, заваливаясь назад. Оба воина сорвались с края Карнакского моста и рухнули в воды Грейвен.
Они упали в реку, все еще продолжая бороться. Сарпедон пытался удержаться, надеясь найти какое-либо преимущество, которое позволило бы ему нанести один-единственный мощный удар, чтобы покончить с Теллосом. Вокруг бурлила грязная вода, наполняя ноздри и рот смрадом отходов и кровью. Отступник боролся, стараясь вырваться из захвата и оттолкнуться от Сарпедона на достаточное расстояние, чтобы ударом мечей разорвать противника на куски.
Теллос откинулся назад и ударил Сарпедона локтем в грудь. Десантники разлетелись в противоположные стороны, практически потерявшись в подводном сумраке. Отступник изогнулся и нащупал ногами опору моста, чтобы остановиться и развернуться лицом к сопернику.
Сарпедон опустил ноги и вонзил когти в рокритовое русло реки. Сила удара выбила почти весь воздух из его легких, так что командору оставалось либо сразу же бросаться в атаку, либо всплывать к поверхности. Последнее могло бы привести к тому, что он раскроется, будет слеп и уязвим. Поэтому магистр предпочел атаковать снизу, стараясь не обращать внимания на нехватку кислорода.
У него оставалась только одна попытка. И Теллос, скорее всего, тоже понимал это. Что бы там ни показал отступнику Кровавый Бог, это было видение будущего. Без сомнения, Теллос полагал, что знает, чем закончится их сражение. И Сарпедону предстояло доказать, что тот ошибается.
Оттолкнувшись когтями от рокрита, магистр прыгнул вперед. Двигаясь будто в замедленной съемке из-за стремительного течения, два воина приготовились сцепиться. Сарпедон сжал силовой посох в обеих руках, намереваясь ударить им, словно копьем. Теллос прижался к опоре моста, подняв оба цепных меча, чтобы пронзить ими магистра, пользуясь его собственной инерцией.
Сарпедон набрал скорость. Вода била его в лицо, мимо проносились трупы и обломки. Он уже видел побагровевшие от ярости глаза Теллоса — отметину Кровавого Бога, самого звероподобного из повелителей Хаоса.
Он напрягся, готовясь к столкновению. Клинки отступника уже завращались, вспенивая розовую от крови воду, и командор был готов ощутить, как они вспарывают его броню и погружаются в плоть.
Собрав всю свою силу, Сарпедон нанес удар. Магистр проплыл чуть выше, чем рассчитывал Теллос, и мечи прошли ниже тела, завершив уничтожение бионической лапы. Силовой посох промчался мимо плеча отступника и ударил в опору моста.
Энергетический контур доспехов Сарпедона вспыхнул белым огнем, когда ментальная мощь магистра хлынула через посох в опору. Весь гнев, все раздражение, все чувства, какие он когда-либо испытывал, были вложены в один этот удар.
Сталь и рокрит взорвались. Всем своим весом опора моста обрушилась в реку, заваливаясь на двух десантников.
Сарпедон вновь вонзил когти в рокрит, отталкиваясь всеми семью уцелевшими лапами от падающей колонны. Но тело Теллоса, с чрезмерно разросшейся мускулатурой, оказалось недостаточно поворотливым, чтобы вовремя уйти в сторону. Отступник потянулся было к ноге магистра, чтобы схватить того, притащить обратно и заставить разделить общую судьбу, но мутации сделали Сарпедона слишком быстрым.
Теллос исчез под черной тучей обломков, когда его вначале придавила опора, а затем и сам обрушившийся без нее Карнакский мост.
Стоя на южном берегу, апотекарий Паллас увидел, как рушится мост, обваливаясь возле самой сторожевой башни. Просела вся центральная секция, а удерживающие ее тросы лопались, издавая похожие на выстрелы хлопки. Через некоторое время весь этот участок обвалился и рухнул в реку, подняв над поверхностью воды фонтан брызг и пыли.
На мгновение воцарилась относительная тишина. Затем Паллас услышал, как что-то движется в воде прямо под его ногами. Опустив взгляд, он увидел, как паучья лапа высовывается на высокий берег, вонзая коготь в рокритовую поверхность. Затем появилась рука и еще одна лапа, а следом, наконец, над водой показался сам Сарпедон, царапая когтями стену канала.
Апотекарий нагнулся и, поймав руку магистра, вытянул того на берег.
— Благодарю, брат Паллас, — произнес Сарпедон, тяжело дыша.
— Ты ранен?
— Да. Но ничего слишком серьезного. А еще мне понадобится новая нога. — Магистр указал пальцем на остатки бионической конечности, превратившейся в изрубленный огрызок.
Паллас оглядел Сарпедона сверху донизу: броня командора несла на себе следы многочисленных ударов цепными мечами, в кирасе зияла широкая пробоина, были заметны десятки незначительных ран в тех местах, где атаки Теллоса смогли пройти сквозь керамит.
На паучьих лапах также красовались порезы. Но космодесантники переживали и худшие травмы.
Сарпедон повернул голову к северу города, заметив, что на месте колонны темной магии теперь кружит белый вихрь, пронизанный молниями.
— Великолепно. Похоже, что и командор Рейнц справился со своей задачей.
Из сторожевой башни выскочил Люко.
— Магистр! — Сержант махнул рукой в сторону реки, где вода все еще бурлила над обрушившимся мостом. — Он мертв?
Сарпедон проследил за взглядом Люко.
— Возможно, что и нет. Но у меня есть вера.
— Думаешь, Император прикончит его за нас? — Сержант с циничной усмешкой приподнял бровь.
— Нет, — ответил Сарпедон. — Просто я верю в Его Инквизицию.
Через два часа после того, как варп-портал начал схлопываться, в Грейвенхолде ожил каждый из коммуникаторов. Переносные воксы, лежащие на телах погибших гвардейцев и внутри выжженных танков, переносные станции Испивающих Души и Багровых Кулаков… даже системы, установленные на борту кораблей, находящихся на орбите.
И из всех динамиков раздавался один и тот же голос. Говорил технодесантник Лигрис, главный специалист Испивающих Души и де-факто капитан «Космического скитальца», именуемого «Сломанным хребтом». Он выходил на близкую орбиту, чтобы спустить транспорты, и любому имперскому кораблю, желавшему схлопотать ракету, достаточно было оказаться у него на пути.
Следом за «Сломанным хребтом» увязалось судно Багровых Кулаков — ударный крейсер «Вестник Дорна». Но «Вестник» быстро сообразил, что единственный корабль его класса не сумеет оставить на поверхности «Космического скитальца» даже серьезной царапины, не говоря уж о том, чтобы уцелеть под ответным огнем его многочисленных орудий. Хоть Испивающие Души и были ненавистными врагами Багровых Кулаков, «Вестник» отошел назад на почтительное расстояние, позволив «Сломанному хребту» удалиться, прежде чем прислать «Громовые ястребы», чтобы эвакуировать командора Рейнца и его людей.
