Она обратилась к членам совета, которые собирались ее оставить на попечение Кингстона:
– Прошу вас передать от моего имени королю, чтобы он отнесся ко мне по справедливости, – сказала она им. И когда они ушли, Кингстон отвел ее в ее покои.
– Я законная венчанная жена короля, – сказала она и добавила: – Мистер Кингстон, вы знаете, почему я здесь?
– Нет! – ответил он.
– Когда в последний раз вы видели короля?
– Я не видел его после того, как он покинул турнир.
– Тогда, мистер Кингстон, прошу вас сказать мне, где сейчас находится мой лорд отец.
– Я видел его при дворе до обеда, – ответил Кингстон. Она немного помолчала. Но один вопрос не давал ей покоя.
Она не могла удержаться и спросила, где находится ее брат.
Кингстон отвел глаза. Он был крутым и жестким человеком, но не мог вынести ее взгляда, умолявшего дать один-единственный ответ: с братом все в порядке.
И Кингстон уклончиво заметил, что в последний раз видел его в Йорке.
Анна стала ходить взад-вперед по комнате. Она шептала едва слышно:
– Меня обвиняют в прелюбодеяниях с тремя мужчинами. Все три обвинения ложны. – Она тихонько заплакала, как будто бы вся злость оставила ее и осталась только печаль. – О Норрис, это ты обвинил меня?.. Ты тоже в Тауэре, и мы вместе умрем. Марк, и ты здесь. О мамочка, милая моя, милая мамочка, ты умрешь от горя…
Она присела и задумалась, а потом обратилась к Кингстону с вопросом:
– Я умру без суда?
Он попытался ободрить ее:
– Самый ничтожный подданный короля имеет право на суд.
Она посмотрела на него и засмеялась горьким смехом.
Во дворце воцарилась тишина. Мужчины и женщины собирались в кружок и шептались, оглядываясь через плечо, дабы удостовериться, что их никто не подслушивает. Уайатт в Тауэре. Кто следующий?.. Ни один из мужчин, который был связан так либо иначе с королевой, не чувствовал себя в безопасности.
На улицах люди тоже обсуждали случившееся. Они знали, что королева арестована и заключена в Тауэр. Они знали, что ее будут судить за измену королю. Они вспоминали, как король в свое время пытался освободиться от Катарины. Теперь он пытается освободиться от Анны?.. И те, кто раньше кричал: «Долой Нэн Бален!» – теперь шептали: «Бедная леди! Что с ней будет?»
Джейн Рочфорд смотрела в окно на придворных и фрейлин, проходивших через двор. Она ждала неприятностей, но не таких ужасных. Анна в Тауэре, где она сама провела много тяжелых часов! Джордж в Тауэре! Теперь наступило время смеяться Джейн, потому что, вполне возможно, ее нашептывания и наветы натолкнули Кромвеля на этот след. Разве она сама не видела, как серьезный Норрис и веселый Вестон смотрят на королеву влюбленными глазами? Джейн смеялась над ними, говорила об этом всем подряд.
– Да, королева у нас веселая по натуре, и мой муж говорил мне, что король… Неважно. Но что остается делать женщине, которая не в состоянии забеременеть?..
Гордый Джордж теперь сидел в Тауэре, хотя и говорили, что ему не сделают ничего плохого. Это те, ее любовники, осуждены на смерть.
Джейн откинула назад голову и истерически расхохоталась. Бедная маленькая Джейн, судачили при дворе. Глупышка Джейн! Никто не объяснял ей значение этих замечаний. С ней перестали разговаривать, считая ее слишком глупой. И тем не менее она сыграла большую роль в том, что произошло. Ах, Анна, думала она. Когда я была в Тауэре, ты одевалась в серебро и горностаи! Анна была королевой, а Джейн – дурочкой, глупость которой привела к тому, что ее обвинили в предательстве. Кто же теперь из нас глупей, Анна? Ты, ты и твои любовники, дорогая сестрица! Джейн свободна, свободна от вас всех, даже от Джорджа, потому что теперь она не беспокоится и не плачет о нем. Она может теперь смеяться над ним и сказать во всеуслышание: я ненавижу тебя, Джордж!
Его освободят. Он не сделал ничего такого, чтобы лишить его жизни. Король всегда любил его. Но ее любовники погибнут смертью предателей. Правда, он любил ее так же, как и они…
Глаза ее сощурились, сердце стало часто биться, но она была спокойна. Она вообразила себе его лицо – спокойное и циничное, с дерзко поблескивающими глазами. Если бы он оказался сейчас перед ней, глаза его выразили бы презрение. Он сказал бы ей: «Прекрасно, Джейн! Делай свое грязное дело! Ты всегда была жестокой и мстительной женщиной! Мстительной!» Он использовал это слово, чтобы охарактеризовать ее. «Я считаю тебя самой мстительной женщиной в мире!» Он смеялся над тем, что она любит подслушивать под дверью.
Щеки ее вспыхнули, она выбежала по лестнице во двор, залитый теплым майским солнцем.
Люди смотрели на нее с жалостью, как смотрят на тех, близкие которых находятся в опасности. Но они должны знать, что Джордж Болейн для нее ничего не значит. Она хотела бы крикнуть им прямо в лицо: «Он для меня пустое место! Он никто для меня! Я любила его раньше, это правда. Но он научил меня ненавидеть себя!»
Она была сторонницей настоящей королевы, Катарины. Принцесса Мария – вот кто законная наследница престола, а не эта незаконнорожденная Елизавета!
Она присоединилась к группке людей, собравшихся у фонтана.
– Что же будет дальше?
– Вы слышали об Уайатте?
– Бедный Уайатт.
– Бедный Уайатт! – глаза Джейн вспыхнули от злости. – Если кто и виновен, так это он!
Человек, который пожалел Уайатта, отошел в сторону. Он сделал глупость, сказав об Уайатте, что он бедный. Этого говорить нельзя.
– Боюсь, – заметила Джейн, – что всех их ждет смерть. О, пожалуйста, не жалейте меня. Она была сестрой моего мужа. Но я всегда знала, что так случится. Муж мой сейчас в Тауэре, но его выпустят. Потому что… Потому что… – Она стала громко хохотать.
– Это от волнения, – заметил кто-то из присутствующих. – Это потому, что Джорджа забрали в Тауэр.
– Все это странно, – сказала Джейн. – Его освободят, а он виновен, как и все остальные.
Люди в изумлении смотрели на нее. Она увидела человека, стоявшего недалеко от их группы. Она его узнала. Это был шпион Кромвеля.
– Что вы хотите этим сказать? – спросил этот человек как бы между прочим. Он притворился, будто слова Джейн его мало интересуют.
– Он был ее любовником, как и все остальные! – воскликнула Джейн. – Он обожал ее. Он все время обнимал ее, дотрагивался до нее, целовал…
– Джордж? – спросил ее кто-то. – Но ведь он ее родной брат.
Глаза Джейн блеснули.
– Ну и что же, что брат? Для этих чудовищ родственные связи ничего не значат. Он был ее любовником. Вы думаете, что я, его жена, ничего не знаю? Вы думаете, я никогда не заставала их вместе? Думаете, я буду закрывать глаза на такие безобразия? Он всегда был с ней, закрывался с ней в комнате. Я очень часто заставала их… вместе. Я видела, как они обнимаются. Я видела…
