Настей надо быть аккуратнее. Она, конечно, неглупая девушка, но и Артур не лыком шит. Надо избрать хитрую тактику, оставаться таким… лучшим другом. Показать Насте, что он сильно любит её, быть, как и раньше, внимательным и ласковым. Если родителям действительно удастся устранить этого наглеца, то Насте ничего не останется, как вернуться к нему. А уж он будет в нужное время в нужном месте. Это он сможет. Да, всё-таки не умел он ещё быстро просчитывать правильные варианты. А вот мать умела. Надо прислушиваться к ней, как бы то ни было. Сегодня, после ЗАГСа, у Артура даже возникло желание сказать Насте, что хрен она теперь получит своего «форда», оформлен-то он на него. Хотелось побольнее ущипнуть. Но теперь он поступит хитрее. Он отдаст ей машину и скажет: типа, конечно, забирай, ты же покупала. Надо будет…
— Ну, чего задумался? — перебила ход его мыслей мать.
— А ты права, мама, как и всегда. — Артур положил руку маме на плечо и слегка погладил. — Действительно, они нас сегодня опозорили. Никто не может так поступать с Лебедевыми. Его, пожалуй, стоит наказать. Только, чтобы Настя ничего не знала.
— Я рада, что ты умеешь признавать свою неправоту. — Эльвира Марковна положила свою руку на руку сына. — И я рада, что ты умеешь расставлять приоритеты.
— Позвони Афанасьеву, договорись о встрече. Сама хочу с ним поговорить. — Эльвира посмотрела на мужа и вздохнула: — Эх, когда был жив отец, такого бы ни за что не произошло. Все у него вот здесь были, — и она сильно сжала кулак.
***
— А помнишь, всё было в точности так же, когда Александр уехал, — Настя, прижавшись к Виктору, подложила руку под голову. В другой руке держала Нуо, что был у него на шее, и с интересом разглядывала. — Мы с тобой так же целый день провалялись после того ужасного дня. Мне всегда страшно в такие моменты, что это счастье может так внезапно оборваться.
— Всё будет хорошо, солнце, теперь уже точно будет.
— Вить, всё и так хорошо, но… — Она погладила его по груди. — Я всё ещё жду твою историю.
— Конечно, солнце, я знаю, что ждёшь, но рассказывать мне почти нечего. Время пролетело как один день. А давай лучше сначала ты мне расскажи. Столько всего на тебя свалилось! Ты же получила диплом?
Она кивнула:
— Да, получила, конечно. Знаешь, когда нашли твою машину, я позвонила твоему другу Александру, и мы туда поехали. Ещё этот милиционер тоже был, который расследовал всё. Там были такие, ну, развалины старые. Когда мы ближе подошли, я в окно посмотрела — а там ты стоишь. У меня даже дыхание остановилось. Теперь я знаю, что такое настоящий мираж. Это как на самом деле, прямо как живой. Потом, конечно, мы всё посмотрели. Там сто лет никого не было. Видимо, такая вот игра воображения.
Виктор кивнул, поправляя у Насти растрёпанные волосы, и тихо сказал:
— Но ты ведь справилась.
— Александр потом уехал, и я осталась совсем одна. Самым тяжёлым была неизвестность. Тебя нет, и никаких известий. Я сначала ходила в милицию, спрашивала, потом поняла, что никто тебя не ищет, всем было пофиг. Да и где искать? Потом тебе на карточку пришли деньги, больше миллиона. Это от страховой, за машину. — Виктор кивнул. — Я на них и жила всё это время. Потом в универе с Ольгой познакомилась. Она меня пригласила на тренировку, сказала, что я хоть и маленькая, но шустрая. Потом в команду взяли. Мне понравилось. Вить, я тебя долго ждала, но так получилось, — она замолчала.
— Солнце, не думай об этом, ты ни в чём не виновата. А чего вдруг замуж собралась? На меня обиделась? Из-за Светы, что ли? — усмехнулся он.
Настя утвердительно кивнула:
— Я с Артуром жила вместе месяца три всего, как раз как он квартиру купил в сточике.
— Где? — переспросил Виктор.
— Да Зашекснинский так стали называть — от слова «сто четвёртый». А мы встречались с ним до этого полгода, может, чуть больше. Он же за мной сразу ухаживать начал, ещё на втором курсе. Я игнорировала его долго. Потом пригляделась, вроде парень хороший, обходительный. Он такой правильный всегда был, интеллигентный. Если у меня какая-то проблема, он тут как тут. Иногда, правда, выбешивал меня своей нерасторопностью, просто ужас как. А с росписью… не знаю, чего на меня нашло в тот день. Как тебя увидела с этой женщиной… Думаю: ну я и дура! Я тут ждала его столько времени, как ненормальная, а он с другой живёт. Потом, когда успокоилась, даже страшно стало. Чего я наделала? А Артур… он как-то всегда умеет всё поставить так, что и не подкопаешься. И маму не позвала, потому что неудобно перед ним было, — она замолчала, потом сказала: — Вить, ну прости меня.
— Солнце, я же говорю: что было — то было. Даже не думай об этом.
— А ты как? У тебя кто-нибудь был? Всё-таки почти четыре года, — и она в упор посмотрела на Виктора, застав его врасплох таким вопросом.
— Нет, конечно, — ответил он и, чтоб перевести тему, спросил: — Ты не голодная?
Но Настю было не провести.
— Давай суши закажем, если ты не против, — она смотрела на него, не отрываясь. — Никого не было?
— Я же сказал нет, — более сурово, чем следовало, вырвалось у него.
Это была чистая правда, но Настя кивнула, поняв по-своему. Потом сказала:
— Машину неудобно забирать у Артурчика, оставлю ему в подарок?
— Белая «куга» — это твоя, что ли? — спросил Виктор.
Настя кивнула:
— Но она по документам на Артура оформлена, просто так получилось. У него там знакомые были в автосалоне. А на машину очередь на год вперёд. Я деньги дала, а он на себя оформил. Мне сначала это странно показалось, но потом думаю: да какая разница! У тебя научилась, наверное, — Настя улыбнулась. — А, да, я же квартиры продала. Обе, что ты покупал на первом этаже. Эти риэлтеры, что оформляли, сказали, что дом в нежилое не переводится, но они могут те же деньги вернуть, что ты и платил. Не обманули. Перевели мне на счёт четыре с половиной миллиона. Даже налог не пришлось платить, они как-то всё по-хитрому сделали. Я им только заплатила сто тысяч за сделку — и всё. А потом я оттуда миллион взяла на машину, остальные деньги лежат на вкладе. Я их не трачу.
Виктор обнял Настю, понимая, как легко её облапошили со всех сторон. Но хоть так, по
