Читаем без скачивания Воин - Дональд Маккуин

Доннаси с тревогой подумала о своих товарищах, и чувство одиночества сдавило горло. Как там другие женщины? Обучает ли Фолконер Оланов, как она Волков?.. Если да, то как бы им ни пришлось столкнуться лицом к лицу на поле боя.

Она вспомнила о Джонсе — единственной ниточке, связывающей с прежним миром. Похоже, он сходил с ума. Неожиданно Тейт испытала непреодолимое желание отправить своим друзьям весточку, дать знать, где она и чем занимается. Вытащив штык, она решила было нацарапать сообщение на шлеме, но раздумала. Надпись будет слишком бросаться в глаза. Надо придумать что-нибудь такое, что поймут только ее друзья. Оживленно разговаривая, мимо прошли два Волка. Хотя она разобрала всего несколько слов из их беседы, этого было достаточно, чтобы подсказать решение проблемы. Острием штыка Доннаси нарисовала корявую, но вполне узнаваемую корову, а чуть правее — два гусиных пера для письма.

Гэн приказал не допускать грабежей и издевательства над пленными, но все оружие и доспехи должны были быть собраны. Невредимые пленники могли по выбору или присоединяться к войскам Харбундая, или вступать в рабочие бригады, а раненых пленных возвращали в Олу. Что касается убитых, то воины уже собирали дрова для погребального костра.

Рассматривая снаряжение лежавшего у ее ног Олана, Тейт обратила внимание, что рука убитого накрыла висевший на поясе нож. Внутренне содрогаясь, она сняла ремень вместе с ножнами. По словам Гэна, Билстен упоминал о кинжале, переданном оланскому командиру в качестве взятки. Спрятав нож под доспехами, Доннаси направилась дальше. Мысли ее вернулись к шлему. Надо все хорошенько обдумать, чтобы потом не пожалеть о своем поступке. Она может быть запросто заподозрена в попытке установить связь с врагом.

Разыскав Эмсо, Тейт неловко протянула ему шлем.

— Я хочу, чтобы это вернули в Олу вместе с ранеными. — Эмсо молчал, и она изложила свое объяснение: — Надо, чтобы шлем попал к королю, — тогда он поймет, что мы убили его командира.

Эмсо продолжал рассматривать трофей со всех сторон. Увидев нацарапанные рисунки, он помрачнел и бросил на женщину устрашающий взгляд. Протянув к нему руки, та стала умолять:

— Это всего лишь сообщение моим друзьям. Больше никто не поймет его. Прошу тебя! Я хочу, чтобы они знали, что я жива, и все… Если они сами живы, — закончила она, опуская глаза.

— Почему ты считаешь, что твои друзья увидят это? — спросил Эмсо.

Доннаси вновь оживилась:

— Король скорее всего держит их рядом с собой, верно?.. И если не он сам, то придворные расскажут им об этих символах. Все будут заинтригованы. Мои друзья обязательно услышат о них.

— Вовсе не обязательно.

— Ты прав, может, и необязательно, но шанс все-таки есть. Пожалуйста, Эмсо, ради нашей дружбы!

— Гэн — тоже наш друг. А он сказал, что Оланы не должны знать о твоем присутствии здесь.

— А Оланы и не узнают. Только мои друзья. Что же здесь плохого?

— Не знаю. — Эмсо, нахмурясь, недоверчиво смотрел на шлем, затем пристально поглядел в глаза Тейт. — Я подумаю. Но больше ты не должна вспоминать при мне об этом. Никому ни слова, и не спрашивай меня о решении. Как будто ничего между нами не было.

Та молча кивнула. Когда Эмсо повернулся, вид его одеревеневшей шеи смутил и пристыдил ее. Рука непроизвольно поднялась, чтобы помахать ему вслед, и тут же опустилась. При этом Доннаси ощутила спрятанный под доспехами кинжал, и вспомнила, что у нее остался еще один секрет.

Она сказала себе, что кинжал является законным сувениром, военным трофеем. А затея со шлемом была все-таки рискованной игрой с малыми шансами. Эмсо может бросить его в реку, и она никогда не узнает об этом. Не было и никакой гарантии, что кто-нибудь поймет смысл сообщения. Все находилось в руках судьбы.

Тем не менее разговор с Эмсо оставил неприятный осадок.

На пути к Гэну Тейт заметила на другом берегу едва уловимое движение, насторожившее ее. Более того, от мысли, что кто-то там прячется, она ощутила острое неприятное покалывание в суставах. Похоже, нервы совсем расшатались. Доннаси решила ехать дальше как ни в чем не бывало и была вознаграждена, увидев, как открытое пространство стремительно пересек всадник. Затем она заметила и других — по крайней мере человек двадцать.

Их поведение крайне удивило Тейт. Оланы, завтракая в нескольких сотнях ярдов ниже по течению от этого места, и не думали прятаться. А эта группа конников вела себя абсолютно иначе. Они двигались по лесу, словно дикие звери, зная, что никому не должны попадаться на глаза. Даже толком не разглядев их, Доннаси знала, кто это. Воины Дьяволов.

Поспешив рассказать об увиденном Гэну, она описала место, где прятались всадники. Она была отчасти посрамлена тем, как быстро он их разглядел среди деревьев. А Клас даже превзошел друга, легко пересчитав Дьяволов, словно воинов на параде. Они раздумывали, что предпринять, и Клас предложил отправить в погоню кавалерию, но Гэн не согласился. Тейт предположила, что Люди Гор могли просто услышать шум сражения и решили вмешаться.

Юноша покачал головой. Казалось, он чем-то приятно удивлен.

— Они были здесь. Я так и думал, что они будут. — Он кивнул головой, погруженный в свои мысли.

Доннаси заинтригованно смотрела на него. Многое ей было непонятно, и лишь одно она знала наверняка — Гэн уже обдумывал свой следующий шаг.

Глава 57

Чествование победителей началось с того момента, когда из леса показались первые Волки, возвращавшиеся с поля брани. Встречавшие образовали живой коридор от опушки леса до стен замка. Во главе колонны шли кавалеристы Эмсо. Радостные крики толпы стали им заменой отдыха, которого у них не было со времени окончания сражения, и воины подняли головы, распрямили спины. Они улыбались друзьям, родным, да и всем остальным. Едва показались пехотинцы, крики приветствия стали разноситься с новой силой, достигнув апогея, когда ехавший впереди Гэн вытащил меч и, помахав им, указал на воинов. Те в ответ также подняли свое оружие и стали им размахивать. А когда один из воинов начал стучать мечом по щиту, его тут же поддержали. Вскоре вся колонна шествовала под звуки ритмичных ударов стали о сталь, а громогласное скандирование «Мурдат! Мурдат!» начало заглушать приветствия толпы, вскоре присоединившейся к крикам воинов.

Гэн был словно во сне. Он знал, что впереди ждут новые битвы, но первая победа — одна на всю жизнь. Его взгляд выхватывал отдельные детали развернувшегося вокруг действа: вот девушка с разбросанными по плечам волосами, в раздуваемой ветром юбке проскальзывает сквозь толпу, прорывается через два ряда солдат к своему избраннику. Она стремительно целует воина и, прежде чем убежать, вспыхивает таким алым цветом, что рядом с ней померкла бы самая яркая роза. Вот маленький мальчик бежит изо всех сил, чтобы дотронуться до сапога Гэна. Он смотрит вверх с таким трепетом и благоговением, что Гэн не выдерживает и громко смеется.

Внимательные глаза на обеспокоенном лице ищут кого-то среди прибывающих воинов. Седая женщина, положившая руку на плечо стоящего рядом мужчины, такого же седого и встревоженного. Из последних сил она старается подняться на цыпочки. Уверенный, что это муж и жена, Гэн обернулся, чтобы посмотреть, ответит ли кто-нибудь на их взгляды. Один из воинов, командир отделения, посмотрел на стариков. На секунду их взгляды встретились. Грустно покачав головой, воин с этого мгновения смотрел только прямо перед собой, даже когда проходил так близко от них, что до него можно было дотронуться. Приветственный рев толпы заглушил мучительный стон, вырвавшийся у побледневшей женщины. Муж подхватил ее, не давая упасть. По его щекам потекли слезы, которые он даже не пытался сдержать.

Это наш удел, подумал Гэн. Каждая победа будет идти рука об руку со страшными, разрывающими душу потерями. Но надо быть готовым к этому. Если мы не будем сражаться, то превратимся в рабов. Как превратились в них сейчас эти старики, скованные своей утратой.

Он вспомнил об отце, который нашел смерть от рук своих людей, потому что был достаточно мудр, чтобы попытаться поддерживать мир, не жертвуя честью.

Кто-то в толпе выкрикнул его имя, и Гэн повернулся туда, автоматически помахав рукой. Он спохватился, что грустные мысли надели на его лицо печальную маску, и велел себе не думать о том, что омрачает радость победы.

Однако образ пожилой пары продолжал стоять у него перед глазами. Такие шрамы на сердце нельзя исцелить бурными приветствиями. О них позабудешь только под грузом новых тревог.

Дьяволы намеревались объединиться с войсками Олы, чтобы нанести неожиданный удар и одержать легкую победу. Волки продемонстрировали невозможность того и другого. К сожалению, Люди Собаки ощутят на себе последствия этого разочарования. Во время их побега в Харбундай многое говорило о том, что Алтанар направлял Дьяволов в засады с целью перехвата беглецов на одном из горных перевалов. Успех Дьяволов вывел бы Собак из игры, а это позволило бы Оле беспрепятственно захватывать их территории после установления контроля над Харбундаем. Люди Гор готовились к войне, предвкушая добычу. У Алтанара был выбор: либо сражаться рядом с ними, либо потерять их как союзников. Безусловной жертвой этого союза будет наиболее ненавистное Дьяволам племя, их извечный враг номер один.