— Определился. Сегодня я обедаю в городе.
Лифт поднимался плавно, без лишней спешки. Минут через пять Владислав заволновался; полгода в подземной лаборатории способны у кого угодно спровоцировать клаустрофобию. Вообще-то выходить на поверхность, хотя бы в темное время суток, следовало начать гораздо раньше. Проклятая осторожность плюс остатки былого трепета перед работодателем плюс элементарная лень…
Остановка — мягкая, как на рессорах. Створки разъехались почти бесшумно, с бархатным шорохом. Владислав вышел в коридор. Впереди маячил аквариум, примерно такой же, как в лаборатории, только с охранником внутри. За последние пятнадцать лет здесь ничего не меняли: аналогичного карася в камуфляже когда-то взял на понт Сашка-Гэндальф. Та же ситуация в зеркальном отображении, Даже забавно.
— На обеденный перерыв, — сказал он в аквариумное стекло. Кстати, чистую правду.
Камуфляжник кивнул. Естественно, он знал еще меньше, чем красивая девочка Рита.
…Глаза будто резануло бритвой — до боли, до слез, Ослепший Владислав беззвучно ругался сквозь зубы: как же так, ведь одним из его первых условий было обеспечение в лаборатории полноценного дневного освещения!.. Смаргивая слезинки, аккуратно приоткрыл веки. Нет, пожалуй, не стоит предъявлять кому-то претензии. Это все снег. Первый слег.
Он сверкал под полуденным солнцем — праздничный, словно расшитый люрексом. Довольно много: к двери тянулась плотно утрамбованная, но не грязная тропка, ветви деревьев обзавелись белыми лапами, и даже на «Шаре» лежала снежная шапка.
Владислав обогнул главный корпус МИИСУРО и вышел к шоссе. Значит, пообедать. Вынул бумажник: из-под прозрачного пластика злорадно блеснула кредитная карточка «Санин-Компьютерлэнд-банка». Наличных оказалось негусто, примерно на полчашки кофе в ресторане такого уровня, как он привык. Н-да.
На той стороне подошел к остановке троллейбус: в студенческие времена некоторые личности были способны ждать по полчаса, чтобы проехать три остановки до общежития. Владислав никогда этого не понимал, он любил ходить пешком. Кстати, почему бы и сейчас не пройтись — по старому маршруту, мимо больницы, сквера, «Макдоналдса»…
Того самого, куда он впервые завел Наташку. И потратил тогда все свои карманные деньги недели на две вперед; жетон на метро и тот пришлось одалживать у пацанов. Столько лет прошло — а подобный идиотизм до сих пор не укладывается в голове…
Что ж, «Макдоналдс» так «Макдоналдс». Мерзость, но зато какие воспоминания!..
Ходьба доставляла наслаждение. Нет, с фикцией тренажеров пора заканчивать. Неужели в распоряжении проекта «Миссури» нет мест, где может позволить себе по-настоящему побродить пешком вот уже полгода как мертвый человек?.. Просто он до сих пор не ставил вопрос ребром. А надо поставить.
Пружинистым шагом Владислав дошел до места за три минуты — честное слово, на лифте он поднимался куда дольше. Оставалось перейти дорогу; притормозил и огляделся по сторонам.
В двух шагах от него — и геометрически точно напротив «Макдоналдса» — тоже имелась фастфудовская забегаловка: букве «М» в ее символике с вызовом отвечала цифра «2». Что-то знакомое… Напряг память— и рассмеялся. Наташка! Еще пару месяцев назад он читал о том, что вдова Владислава Санина открывает свое дело, сеть ресторанов быстрого питания. Пока, правда, только два: на Площади и здесь. Весьма примечательно, что именно здесь.
А что, в ней всегда имелась деловая жилка. Наташка и «Санин-Компьютерлэнд» давно прибрала бы к рукам, если б хоть что-то смыслила в компьютерах. И если бы не упивалась так ролью жены миллионера.
Быть вдовой миллионера ей, по-видимому, не понравилось.
Он уже стоял перед стеклянной стеной, изучая меню: картинки выглядели соблазнительно. Вряд ли Наташка самолично торчит в своих заведениях, не ее стиль. Риск, конечно, большой; но Владислав вдруг ощутил совершенно мальчишескую, безрассудную жажду риска. Черт возьми, да стоило многое отдать ради удовольствия увидеть физиономию этой дуры, когда она лицом к лицу столкнется с незабвенным супругом…
Правда, его может узнать и кто-нибудь другой: первое время после исчезновения фотографиями компьютерного магната Санина пестрели первые полосы практически всех газет — но когда это было. А жизни публичной персоны Владислав в свое время избегал изо всех сил, она его угнетала. Как, собственно, и все прочие составляющие большого бизнеса. Ирония судьбы: он, безупречно комбинаторированная личность, главный нервный узел проекта «Миссури», был вынужден полжизни заниматься не своим делом. Ну, почти не своим.
Свое — когда только ты и монитор напротив. Послушные клавиши под кончиками пальцев. Податливая округлость «мыши» в ладони. Целый мир.
И власть над этим миром.
* * *
Девушка за стойкой улыбнулась ему с искренней радостью, словно встретила жениха, вернувшегося из дальнего плавания, или в крайнем случае хорошего знакомого в чужом городе. Промелькнул мгновенный страх — узнала?! — и только потом Владислав по достоинству оценил профессионализм. Улыбнулся в ответ:
— Мне, пожалуйста, вот это: «Макси-меню № 1».
— «На грани риска»? — уточнила она.
— На грани риска. Вот именно.
Название немало его позабавило. Тем более что обозначало безобидную на вид вазочку салата, пару плоских сандвичей, прохладительный напиток и десерт из свежих фруктов. Что ж, будем рисковать!..
Зал был полон, но ему удалось занять освободившееся кстати место у стеклянной стены. Снег потихоньку начинал таять, по ту сторону ритмично срывались с карниза почти весенние капли. «Две калории» в отличие от «Макдоналдса» еще не стали обыденной, а потому невидимой частью пейзажа, и большинство прохожих с интересом поворачивали головы, а то и притормаживали перед меню. Иногда их взгляды по касательной задевали и Владислава — но уже совершенно равнодушные.
Похоже, о нем действительно забыли. Средства массовой информации отработали тему пропавшего бизнесмена меньше чем за неделю, потом запрограммированно отреагировали на «дубравское тело» — еще два-три дня, плюс периодические сообщения о непризнанных Наташкой экспертизах; честное слово, он не ожидал от нее такой… верности?.. или тупого упрямства? А может, то был элемент пиар-кампании по раскрутке этих самых «Двух калорий»?
Дольше всех держался Гэндальф. Кстати, не мешало бы узнать, как он там. О покушении на журналиста прямо в подъезде престижного академического дома дали по две строчки в криминальной хронике многие оппозиционные и даже некоторые провластные издания; одна интернет-газета, с которой он особенно тесно сотрудничал, расписала и поподробнее. Такой резонанс пожизненному неудачнику Линичуку, пожалуй, и не снился. Владислав регулярно заходил на тот сайт: сообщения о «трагической кончине» журналиста пока не появлялось. Материалов за подписью «Гэндальф» — тоже. И слава богу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
