Читаем без скачивания Броненосцы Петра Великого -ч.3 Петербург (СИ) - Алекс Кун

Да, свои секреты были и в этом деле, как и в любом ином. Поверхность перед золочением надо было идеально обработать и заполировать, саму стопку листов надо было плющить несильными ударами, и по хитрой технологии, чередуя удары в центр и по краям. Но мастера этого дела существовали везде, в том числе и в России. Больше всего мастеров-сусальщиков было в Ярославле, судя по тому, что именно оттуда потоком шли иконы с позолоченными окладами. Вот только строители с меня требовали сусального золота совсем уж в астрономических масштабах. Они что, весь город золотом покрывать собрались? А с другой стороны, вспоминая строгий стиль Эрмитажа — белый камень и позолота, понимаю, что сусального золота надо если и не километрами, то сотнями квадратных метров. Без станков дело затянется. Придется налаживать в Колпино еще и ювелирный цех, раскатывать золото в максимально тонкую фольгу валками, а потом по старинке, собирать ее в пачки, перекладывая бумагой и стучать небольшим паровым молотом. Мастера поставить только чтоб он пачку под молотом двигал. Соответственно, без мастера не обойдусь — надо сманивать. Записал в блокнотик.

К слову, раздел «Петербург» у меня там уже распух от записей. Похоже, по России мне придется объявлять мобилизацию. Соответственно, мои финансовые расчеты вышли явно приуменьшенными. А жаль. Сумма и так была неподъемная. Даже начал с вожделением подумывать о Стокгольме, хотя, ему до Константинополя далеко будет. Как не крути, проблема денег встает в полный рост.

Так как проблема денег напрямую связана в России с проблемой стяжательства — начал думать над финансовым механизмом стройки. Где бы мне ангелов в фин. отдел найти? Которые собирали бы сметы с мастеров, проверяли бы их, и давали запрос на деньги напрямую Петру. Школу благородных девиц на это подрядить что ли? Во главе с царевной! Мысль может и бредовая, но в моем отечестве только такие и срабатывают, на остальные у людей выработан иммунитет и запасены отмычки.

Константинополь возник на горизонте крайне не вовремя. В пылу архитектурных споров не заметили, как проскочили проливы. Не то, что считал себя архитектором, но как коренной петербуржец имел некоторое понятие об архитектурных ансамблях и диссонансах. Постройте рядом готику и ампир — вот вам и диссонанс. А если учесть, что мой взгляд более привычен стилю барокко, точнее даже «петровскому барокко» — то ренессанс, или все та же готика, сильно напрягали, вклинившись в рисуемые мастерами «першпективы».

Только задумавшись о парках и об общих планах города, вспомнил про Леблона. Именно он ведь был «генерал-архитектором» при Петре. Надо будет попросить в Константинополе у французов любезности — разыскать мастера, и направить его в Ростов на Дону, к соратникам.

В Константинополе, к счастью, не задержались. За четыре дня решили все вопросы. Договор, кстати, Людовик не подписал. Вместо этого, к договору шло сопроводительное письмо и ларец. И то и другое запакованное как младенец у неопытной мамаши, да еще и печатями со всех сторон обвешанное. На словах послы передали, что король дает высочайшее соизволение и так далее. Ну и ладно. Тем интереснее будет разгадывать шараду, как аккуратно вскрыть пакеты, а потом сделать все как было.

Что делать, любопытен с детства. А вдруг там бомба?!

Мастера, за пару недель путешествия, оценили, что их ждет. Теперь они строчили мне «челобитные», на итальянском, требуя денег на закупки. Можно подумать, за Константинополем цивилизованные земли заканчиваются, и будет только степь с медведями. Ну да ладно, раздал из сэкономленных 8 тысяч почти треть, под строгую отчетность, базары Константинополя действительно побогаче Московских и Архангельских будут.

Еще день ушел на сортировку, кого куда отправляем. Часть осаживалась в Ростове на Дону и артелях, часть потом переберется в Севастополь, а 63 человека пойдут со мной до Москвы. Там их ждет академия, зачатки банка и театр царевны. Точнее, обоз выходил более двух сотен человек, со всеми иждивенцами — но для меня такие скромные караваны из полусотни саней были уже мелочью. Соответственно, пойдет обоз по зимнику, значит, до зимы будут сидеть под крылом у Боцмана и петь ему серенады.

Сутки просидел с банкирами. Вот тут сразу ощутил себя не в своей тарелке. Банкиров набралось полтора десятка всего, а голова после них болела больше, чем после недели мозгового штурма с архитекторами. Но работа финансистов мне будет не менее важна, чем труд строителей. Скорее даже более важна — на них основная надежда в добыче дополнительных денег. Обрисовал им структуру Русского банка и его филиалов в факториях, пририсовал сбоку еще и ганзейский банк, перечислил вложенные суммы в первом приближении. Был немедленно раскритикован — не так дышу, не тем летаю. Даже не обиделся — сам знаю, что птица не этого полета. Как говориться, вам и карты в руки — думайте над новой структурой, с учетом еще и промышленных союзов, научных центров в виде академий и социальной нагрузки, хотя, она входит в банк пайщиком, и надо просто учитывать этот нюанс в планах. Еще пайщиком входит церковь, ее пай не денежный, а скорее демпферный. Еще государь, еще …

Словом, одни эти переписи с указанием областей влияния — нас на пару часов заняли. Банкиры хватались за лысины и пытались устыдить меня моим невежеством. Наивные, мы с моим невежеством уже давно мирное соглашение заключили.

Потыкал их носом, что собственно и нанимал специалистов для структурирования и отладки банковской машины. Надо выводить что-то в дополнительные подразделения — выводите, но если будут недовольные — скормлю им кого-нибудь из вас. До Москвы можете думать — а там будем работать. Сразу хочу сказать, что и кадров у нас нет.

Словом, порадовал людей вплоть до предынфарктных состояний. Ничего, у нас впереди морская прогулка по штормам, говорят, море сердечникам полезно.

До ночи банкиры расстреливали меня вопросами. Толмач периодически только плечами пожимал — ну не знает он как это перевести. Словом, непереводимый итальянский фольклор. Хотя дело сдвинулось с мертвой точки — у меня хотя бы обнажились белые пятна недоработок с тонкими черными перемычками ошибок. Ладно, прорвемся.

На четвертый день десант на базары продолжился с новой силой. Народ разобрался с новыми указаниями, и им понадобились новые, жизненно необходимые причиндалы. Пришлось спустить еще три тысячи, и это еще при условии жесткой экономии. Всем указал, что теплую одежду будем закупать на месте — тут на нее цены кусались.

Ермолай опять пристал с вопросами католицизма — да какая мне разница?! Творец велел воздавать по делам, а не по чему-либо еще, вот и блюду дух заповедей. А с пропиской к конкретным версиям ада и рая пусть святые отцы сами разбираются. Конечно, Ермолаю высказал все в подобающей форме, так сказать, емко и толерантно, типа — «Ермолай, иди ты … сам с этим разбираться. Некогда мне! Нас шторма не сегодня так завтра накрыть могут, люди разного требуют, дергая за рукав. Имей совесть!»

Головин уже месяц как отбыл в Москву, практически на следующий день как ему доставили наш многостраничный проект и карту. Легкой дороги ему и доброго государя.

Особо спешить выполнить курьерские функции не торопился, мне еще в Севастополь заглянуть надо, с Боцманом посидеть, на заводах разносы учинить и угробить пару единиц колесной техники. Словом, зима обещала быть интересной.

Прокатившийся по Константинополю вихрь собрал очередной груз, притопивший фрегаты. Даже начал подумывать, перегрузиться на толстопузов. Но время поджимало, еще есть шанс проскочить перед ноябрьскими штормами — а провозимся, обязательно получим от моря все его неудовольствие.

С гроссмейстером опять по-людски не посидели. Все на ходу, даже скорее на бегу. Хотя, записи из блокнотика ему сбросил — и про крепость, и про осман. Еще и корзину вина отдал, которой мне герцог за перьевую ручку отдарился. Вкусное, наверное.

Пора было что-то решать с выходом в море. Ладно, рискну еще раз. Объявил отплытие.

К счастью — не прогадал.

Первоначальный план черноморского рывка предусматривал заход в Севастополь, осмотр там достопримечательностей, раздачу пряников и их антиподов — все, как положено. Далее зайти надо было в Керчь — решить накопившиеся вопросы по постройке крепости в том самом месте, где задумал, лежа с травинкой в зубах на берегу пролива. Этой крепости планировал отдать списываемые орудия Черноморского флота — ей пока и гладкостволов хватит. Потом меня ждал штаб Таганрога — вопросов по летним кампаниям следующего года накопилось изрядно, и пускать их на самотек было бы опрометчиво.

Когда выходили из Константинополя, планировал пройти по этому маршруту всем конвоем — для солидности. Море нахмурилось, от такой наглости — и был готов пройти маршрут одним флагманом, отправив остальные корабли разгружать улов в Азов.