— Началось. — Он сказал об этом так спокойно и естественно, словно речь шла о весеннем паводке. — Вы не передумали?
— Нет, — ответила Гера, дождавшись моего кивка.
— Господи Боже мой, — перекрестился Проповедник. — Он уверен?
— Тогда жду вас внизу через две минуты. Поторопитесь! — Инквизитор ушел стремительным шагом, прямой как палка, и полы его простой серой рясы волновались при каждом шаге, точно море в шторм.
— Держись, пожалуйста, рядом со мной и не лезь вперед. Обещай. — Гертруда обняла меня.
— Обещаю.
— Я с вами, — вызвался Проповедник и, видя наши удивленные взгляды, неловко пояснил: — Ну не всегда же мне отсиживаться в стороне. К тому же как будто каждый день происходят такие события. Мое любопытство на этот раз пересиливает мое чувство самосохранения. Ты идешь, шляпа?
Пугало, стоявшее поодаль и не спускавшее с нас глаз, отрицательно покачало головой, резко развернулось, направившись прочь.
— Ну, по крайней мере у одного из нас есть разум, — с иронией произнесла Гертруда.
— Эй! Ты ли это?! — крикнул ему вслед Проповедник. — Неужели пропустишь такое зрелище и останешься?!
Но то не обернулось и захлопнуло дверь в нашу комнату.
— Ну и черт с тобой. Потом не проси, чтобы я тебе что-нибудь рассказал!
Во дворе нас ждала уже знакомая троица. Роман нервничал, и это было видно по глазам, сменившим цвет, ставшим глазами иного. Отец Март что-то негромко говорил Рудольфу, и тот, слушая внимательно и напряженно, кивал.
Из-за плеча помощника кардинала ди Травинно торчала длинная потертая рукоятка широченного меча, набалдашник которой был сделан из огромного звездчатого сапфира размером с мой кулак. На поясе висел зловещий темный кинжал, тут же приковавший наши взгляды.
— Это все наше воинство? — спросил я.
— Остальные прибудут из других городов, Людвиг. Они уже получили приказ. — Отец Март вышел через калитку.
— Надеюсь, они принесут святые реликвии. Та, что спасла всех в Крусо, очень бы пригодилась.
— Сейчас она в Флотолийской республике, помогает бороться с юстирским потом. Для нас бесполезна. Темный кузнец с десятью кинжалами неуязвим для Святых Даров.
— Как вы можете это знать? — нахмурилась Гертруда.
— Он знает. — Инквизитор показал на Рудольфа, и тот грустно улыбнулся.
— Ивойя открывает врата? Где?
— Каварзере. Солезино. — Роман широко шагал через площадь.
Я рассмеялся. Такую шутку могла преподнести лишь жизнь. Все вернулось на круги своя. Туда, где началось. Солезино, столица Империи, место рождения и смерти императора Константина. Место, где Александр нашел и вернул к жизни темного кузнеца. Город, почти уничтоженный землетрясением и предыдущей эпидемией юстирского пота. И теперь в него пришла новая напасть.
— Сколько часов туда добираться? Мы успеем?
— Будем на месте через десять минут. Чтобы врата полностью открылись, требуется пара часов. Так что успеваем.
Я присвистнул. Покрыть сотни лиг за несколько минут! Слышать подобное было невероятно.
Еще более удивительным стало, когда Роман, не колеблясь, вошел в «Фабьен Клеменз и сыновья». Здоровенный вышибала с переломанным носом не задал ни одного вопроса. Даже с кресла не встал, в котором сидел, постукивая себя по ладони маленькой отполированной дубинкой.
Клерк с незапоминающимся лицом, неприметным, как у всех сотрудников этого заведения, появился на звяканье колокольчика, посмотрел на нас с неприязнью, поджав губы.
— Пришло время, — сказал ему Роман.
— Ты выкручиваешь мне руки, инквизитор.
— Не валяй дурака, Фабьен. Руки тебе выкрутили много лет назад, когда ты захотел вести дела и просил разрешения. Мы тебе его дали. Теперь ты просто возвращаешь долги. Хватит мяться. Время дорого.
Человек, именем которого была названа контора, покорно вздохнул:
— Куда вам?
— Солезино.
«Клерк» молча развернулся и ушел в подсобку. Роман, не дожидаясь приглашения, двинулся за ним.
Я попал в святая святых, месте, где хранились деньги клиентов, посылки и письма. Во всяком случае, я так думал раньше. На деле же это был короткий коридор, самой примечательной вещью в котором оказались швабра и ведро с грязной водой.
— И только? — разочарованно пробормотал Проповедник, явно ожидавший увидеть желтые столбики дублонов, флоринов и грошей.
Человечек снял с пояса ключ, отпер окованную медью дверь в дальнем конце коридора. Мы вошли в круглую комнату, в которой сильно воняло козлятиной, а все стены, пол и потолок были обиты серыми, белыми, черными и коричневыми козьими шкурами.
— Правила знаете? — У Фабьена Клеменза глаза были желтыми, выпуклыми, с вертикальными зрачками, что дало повод Проповеднику перекреститься и чертыхнуться одновременно. — Тогда восьмой выход слева.
Он ушел, закрыв за собой дверь.
— Демон. — Даже Гертруда была впечатлена. — Вы знали, отец Март?
— Узнал пару недель назад, но пока не успел свыкнуться с этой мыслью.
— Фабьен можно сказать что перебежчик. Иногда он оказывает услуги Церкви. Все довольно сложно объяснить за пару минут. — Роман посмотрел на Рудольфа, дождался кивка. — Наберите в грудь воздуха и не дышите без моего приказа.
Мы сделали, как попросил цыган, и по комнате внезапно разлился лютый холод. Он обжег кожу, нос, уши. И мизинец, которого у меня больше не было, снова заболел. Я посмотрел на Гертруду, увидел иней на ее светлых бровях и ресницах, понял, что точно такой же у меня в бороде и усах. А затем все закончилось.
— Выходим.
Коридор на этот раз оказался длинным и заваленным какими-то ящиками, пахнущими грибами и сыром. Я насчитал по десять дверей с каждой стороны. Роман толкнул восьмую слева, и мы попали в зал, где за стойкой стоял все тот же клерк.
— Выход там. Часть ваших уже прибыла. Остальные появятся в ближайшие две минуты.
— Я остаюсь, — с сожалением сказал нам Роман. — Следует присмотреть за мастером Клемензом. Не хотелось бы, чтобы он нарушил обязательства и пригласил своих сыновей.
Клерк мрачно посмотрел на цыгана:
— Я не люблю импровизаций. Можете быть спокойны, инквизитор.
— Поверил бы тебе в любое время, но не после того, как ты провел Ивойю. Удачи, господа. Берегите себя.
Рудольф вышел первым, мы последовали за ним, чувствуя взгляд демона в образе маленького сутулого человека.
На улице нас ждали два десятка инквизиторов в серых рясах и шестеро монахов с красными веревками вместо поясов. Все вооружены, многие молились. Из дверей «Фабьен Клеменз» все время появлялись новые.
— Где? — коротко спросил отец Март.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
