— Они, безусловно, уже уехали.
— Нет. Можно предположить, что они спрятались где-нибудь здесь, чтобы узнать, чем закончился набег. Мой брат должен преградить им путь, чтобы они не ускользнули.
— А что будет делать Олд Шеттерхэнд?
— Я с Виннету поскачу вверх, по их следам. Они пересекаются с нашими, так что читать их будет исключительно трудно. Мы поскачем не одни.
— Навстречу этим собакам я выслал разведчиков! Видимо, они проскользнули мимо них незаметно.
— Могло быть и по-другому. Либо твоих разведчиков обманули, либо они убиты.
— Если такое случилось, эти шелудивые псы умрут у столба пыток!
— Сначала их надо поймать, а потом решим, что делать. Пусть мой краснокожий брат отправляется сейчас же и ничего не упускает!
В этот миг на скалах над бродом снова появился всадник. Он тоже оглядел собравшихся внизу людей и тоже попросил разрешения спустится.
— Давайте, спускайтесь! — ответил Олд Шеттерхэнд, причем в глазах его мелькнуло что-то презрительное.
Кантор спустился вниз.
— Вот и я, — объявил он, ничего не подозревая. — Где же остальные немцы?
— Там, куда вы не поедете, чтобы снова не накликать несчастья, предатель!
— Предатель? Почему?
— Вы сказали Нефтяному принцу, где мистер Роллинс прячет чек.
— Да, сказал. Они у меня спросили, а я не смог солгать.
— Можно быть умным и без лжи! Я хочу преподать вам урок, для этого вас снова свяжут!
— Такого я не потерплю! Вы не имеете права так распоряжаться со мной!
— Очень даже имею. И сейчас вам это докажу.
Шеттерхэнд сказал навахо несколько слов, которых кантор так и не понял. Индейцы быстро затерли клячу кантора с обеих сторон между своими лошадьми и оттеснили его наверх, в лагерь, где его в самом деле связали. А через короткое время Нитсас-Ини во главе двадцати своих воинов уже летел вниз по реке. Мокаши, его друг отныне, присоединился к навахо с двадцатью нихора.
Виннету и Олд Шеттерхэнд поехали вверх по течению. С ними были Сэм Хокенс, Дик Стоун, Уилл Паркер и десять навахо. Фрэнк и Дролл тоже хотели присоединиться к отряду, но белый охотник приказал им остаться, чтобы вместе с Вольфом наблюдать за порядком в лагере.
Переселенцы все еще сидели внизу, у воды, с ними находилась и белая скво. Они говорили о своих прежних планах и о том, что должны изменить в них события последнего времени. Когда сверху к ним спустился Вольф, скво приблизилась к нему и сказала:
— Мы обсуждали намерения наших соотечественников. Они приехали сюда, чтобы создать здесь себе новую родину. Средств у них нет; деньги есть только у Эберсбахов, их они ссужают другим. Как только найдется время, я поговорю о них с мужем.
— Не стоит, — сказал он. — Я уже все сделал.
— Вы с ним говорили?
— Да.
— И что он сказал?
— Он позволит этим людям остаться на землях его племени.
— Чудесно! Как это меня обрадовало! Знаю, что он выполнил бы любое мое желание, но мне вдвойне милее, что он даже не стал дожидаться этой просьбы. Что вы теперь скажете о деле?
— Все очень просто. Людям подарят землю, причем столько, сколько им нужно. Думаю, этого больше, чем достаточно: пашни, луга, леса — все, что можно пожелать. Потом мы поедем в Гуайлоте или в Ла-Тинахо, где достанем все необходимое для земледелия и другие нужные вещи. Мы также позаботимся о лошадях, коровах и других домашних животных, а при строительстве домов им охотно будут помогать наши мужчины и женщины, так что очень скоро они могут обустроиться.
Лучшего немцы и пожелать не могли. Если бы им сказали заранее, что они получат в подарок землю и все необходимое для ведения хозяйства, они бы посчитали это невозможным, а стало быть, невероятным. Фрау Розали, охотно говорившая за других, прижала белую скво к себе, протянула Вольфу руку и воскликнула:
— И пусть теперь кто-нибудь скажет мне, что дикари не лучше наших образованных людей! Там, у нас, никто не оказался бы таким гуманным и вряд ли сделал какому-то бедолаге подобный подарок, да еще такой ценный! На родине никто бы не предложил нам ни малейшего клочка поля или садового участка, а здесь мы получили так много, что впору закладывать помещичье хозяйство. К тому же еще и скот, дом, целый двор с инвентарем! Теперь я дружу с индейцами, а не с белыми. Надеюсь, что кантор с нами не останется. Он мог бы все наше счастье завалить.
— Он должен уехать, — уверил ее Вольф, — Этот неудачник приносит только несчастья. А вам у нас понравится. Мы разработали обширные планы культурного развития, и вы приехали как раз вовремя. Теперь вам станет понятной наша щедрость. Ши-Со и мой племянник должны довести до конца дело, начатое нами. Мы докажем, что краснокожий ровня белому. Постойте! Что происходит на том берегу? Вы слышали крик? Предсмертный крик человека! Может, там прятался Нефтяной принц с двумя другими бандитами, и они напали на наших? Но это же невозможно!
Подскочил и Хромой Фрэнк — он тоже услышал крик. Через пару минут подошел Адольф и спросил:
— Дядя, там кто-то кричал. Ты слышал?
— Мы все это слышали, — ответил Хромой Фрэнк. — Это был антропологически человеческий крик, а не зоологически звериный. Постранствуем и побредем со мной наверх, в лагерь. Краснокожие разожгли огонь и жарят там мясо, которым пропахла вся долина. Быть может, они окажутся великодушно-сдержанными и скинут нам оттуда карамболем хоть кусочек.
Взяв за руку Адольфа Вольфа, он повел его прочь.
А крик и в самом деле был предсмертным. Нефтяной принц, как и предполагал Шеттерхэнд, проскакал со своими спутниками вверх по реке до последнего лагеря навахо, где перебрался на другой берег. Сначала он намеревался ехать по другому берегу вниз по течению до реки Колорадо, однако ему вдруг пришла в голову мысль, что было бы разумным узнать, какое из двух племен одержало победу. Бандиты держались берега и, достигнув устья Зимней Воды, стали искать место, откуда можно было бы понаблюдать за ходом событий, оставаясь невидимыми для посторонних глаз.
Но им пришлось сделать слишком большой крюк. Потеряв много времени, они явились слишком поздно. Примирение обоих племен уже состоялось. Все краснокожие отправились наверх, в лагерь, где их нельзя было увидеть из-за реки. Три бандита заметили только белых мужчин и женщин, беседовавших у самого потока. Нефтяной принц подумал, что ничего еще не решено, поэтому остался на своем наблюдательном пункте дольше, чем того требовали соображения безопасности. Бандиты не догадывались, что по их следам уже идет Олд Шеттерхэнд, а дальнейший путь им преграждает Нитсас-Ини с четырьмя десятками краснокожих.
Как уже упоминалось, Нефтяной принц и Батлер, использовав Поллера в своих целях, позже решили от него избавиться. Им было ясно, что сообщника надо убить, если в будущем они не хотят иметь неприятностей. Теперь, подумали они, время пришло, и отошли в сторонку, чтобы поговорить о задуманном. Но Поллер был хорошим наблюдателем, по гримасам и неосторожно брошенным на него ранее взглядам он заключил, что его спутники не расположены к нему. Он нутром чуял витавшую в воздухе смертельную опасность и стал внимательнее наблюдать за братьями. Он прокрался за кустами и заметил, как они стояли рядышком и о чем-то тихонько говорили. Поллеру удалось подобраться к ним совсем близко, но слов разобрать он все же не смог, пока Нефтяной принц не произнес чуть громче:
