Сомкнув веки, девушка закрыла карту и выбрала пункт «Связь» в основном меню. Кивком головы она активировала опцию «Узколучевая, зашифрованная, тау: орбитальная».
В отличие от спасательной капсулы, искусственный интеллект боескафандра разработали представители касты огня, а потому его речь была немногословной и четкой:
— Отрицательно. Корабли тау на орбите отсутствуют.
«Вот и хорошо», — подумала она. Значит, ее последний приказ выполнен. Ближайшее судно сейчас должно находиться в нескольких световых минутах отсюда. К сожалению, это также означало, что она осталась одна. Оборудования для связи на столь дальнем расстоянии у нее не было.
Тогда Тень Солнца выбрала опцию «Широколучевая, зашифрованная, тау: наземная» и, откашлявшись, произнесла:
— О’Шассера вызывает все наземные силы.
Ответа не последовало.
— Повторяю, это командующая Тень Солнца. Вызываю все наземные силы. Прием!
И вновь тишина, нарушаемая только звуком ее дыхания и тихим гулом кислородных генераторов.
Тогда она приказала дрону, обеспечивавшему связь, просканировать другие частоты на наличие сигналов тау. В окружении врагов, да еще в явном меньшинстве, солдаты тау должны были регулярно менять частоту передачи.
Она повторила попытку.
— Тень Солнца вызывает все наземные силы. Прием!
Спустя пару секунд она услышала ответ:
— Авторизация?
Голос на том конце был совсем молодым. Кто бы это ни был, он правильно делал, что подстраховывался.
Командующая улыбнулась и назвала свой код.
Юноша на том конце выдохнул.
— Подтверждено. Это большая честь для меня, командующая. Мы… Мы полагали, что вы погибли.
— Я живее всех живых, — ответила Тень Солнца. — Назовитесь.
— Шас’ла Фал’шиа Сабу’ро, — ответил голос.
Тень Солнца была рада. Связист из касты огня — это именно то, что нужно.
— Шас’ла, вы один?
— Ответ отрицательный, командующая. Нас здесь много.
— Кто старший?
— Э… Шас’вре Борк’ан Йо’ута среди нас старший по званию.
«Ветеран, судя по имени. Все лучше и лучше».
— Я бы хотела поговорить с ним, шас’ла.
В ожидании, пока Сабу’ро приведет командира, Тень Солнца искала свое оружие. Обычно на предплечьях боескафандра закреплялись две скорострельные пушки, но в спасательной капсуле ради экономии
места они хранились отдельно. Девушка обнаружила их рядом с разбитым носом капсулы. Оба длинных ствола были погнуты, основные механизмы разбиты.
— Чертовы потери, — прошипела девушка.
— Простите, командующая? — переспросил низкий голос.
Девушка вновь сосредоточила внимание на потоке данных в нижней части дисплея.
— Шас’вре Йо’ута, я полагаю?
— Честь имею, — ответил голос. — Каково ваше состояние, командующая?
— Жива, есть незначительные травмы, — вздохнула Тень Солнца. — У меня полный набор дронов, боескафандр полностью работоспособен, но, к сожалению, во время посадки повредились оба орудия.
Она представила, как на том конце хмурится Йо’ута.
— Прогнозируемая восьмидесятипроцентная выживаемость оборудования. Печально.
Тень Солнца улыбнулась. Похоже, этот Шаc'вре был таким же идеалистом, как она сама. Они должны поладить.
— Мы пожурим разработчиков капсулы, когда вернемся. Сейчас мне нужны координаты моего местоположения относительно вас.
Йо’ута сверился с собственным кор’вес.
— Судя по идентификационному маркеру на вашем скафандре, вы находитесь в шестидесяти тор’канах к западу от нас. Я немедленно направлю к вам спасательный отряд.
— Отряд? Сколько всего выживших?
— Сорок восемь.
У девушки перехватило дыхание. На такое число она даже не смела надеяться.
— Каково их состояние?
— При посадке обошлось без травм, — гордо заявил Йо’ута. — Все и каждый полностью боеспособны. Однако мы понесли серьезные материальные потери.
— Поясните.
Йо’ута на миг замешкался.
— Мы вынуждены сообщить вам, командующая, что спустились не в индивидуальных спасательных капсулах, мы спустились на «Манте».
У Тень Солнца расширились глаза. «Манта» — боевой корабль с огромной огневой мощью. На флагмане их была целая флотилия.
— К сожалению, у нас была жесткая посадка, — продолжил Йо’ута, — мы получили значительные повреждения при взрыве и последующем прохождении через атмосферу планеты. Угол входа был далек от идеального, к тому же, вся планета покрыта лесами.
Тень Солнца уже все поняла. Йо’ута пытался сказать, что они не только безнадежно повредили «Манту», но и громогласно объявили человеческим войскам о своем прибытии на иль’Уолахо.
— Едва ли наш спуск остался не замечен, даже с учетом примитивных технологий противника. Наши сенсоры засекли несколько пролетавших мимо на большой высоте вражеских кораблей, мы ожидаем нападения с минуты на минуту. Разумеется, я отдал приказ удерживать позицию.
— Понимаю, — ответила девушка. — Вы не получали сообщений от других выживших?
— Нет, только от вас.
Оба на мгновение замолчали. В этот миг их мысли устремились к тем многочисленным тау, что погибли сегодня, даже не имея возможности забрать с собой жизни врагов.
— Как я уже говорила, — прошептала Тень Солнца, — чертовы потери.
Затем она откашлялась и добавила.
— Шас’вре, отмените спасательную операцию. У вас и без того мало людей. Пришлите мне координаты, я сама к вам доберусь.
— Командующая Тень Солнца…
— Я же сказала, я сама доберусь, — отрезала девушка. Возможно, она безоружна, но отнюдь не беззащитна. У нее боескафандр с технологией полной невидимости, и комплект защитных дронов. Кроме того, она все-таки Тень Солнца, ученица Чистого Прилива и дочь Киру.
Если Йо’ута и смутился, по голосу это не ощущалось.
— Принято, — коротко ответил он.
Боковым зрением Тень Солнца увидела, как по экрану побежали новые строчки данных, принимаемые командным дроном. Перед глазами у нее появилась обновленная карта.
— Данные получены. Выдвигаюсь. Буду сохранять радиомолчание вплоть до достижения вашей позиции.
Движением век она закрыла канал, активировала реактивный ранец и устремилась к поверхности. На берег она приземлилась практически бесшумно, несмотря на значительный вес костюма. Дроны поднялись вслед за ней и беззвучно заняли позиции по флангам. Девушка начала пробираться сквозь незнакомый лес изогнутых стволов.
Водопад наконец-то остался позади. Тень Солнца поймала себя на мысли, что ей не терпится поквитаться за смерть товарищей с теми людьми, что взорвали ее корабль.
Лес действительно оказался густым, как и предупреждал Йо’ута. Изогнутые стволы покрывали крупные наросты. Ветви над головой смыкались так плотно, что закрывали небо. Землю устилал сплошной ковер опавших листьев. Мелкая поросль и колючие кустарники отчаянно боролись за каждый клочок свободного пространства.
Поскольку людям порой удавалось перехватывать радиосигналы тау, Тень Солнца больше не открывала канал связи. Однако в тишине ей путешествовать не пришлось. Сквозь звукоприемники костюма до девушки доносились звуки леса: хруст веток, шорох листьев, чириканье и пение разнообразных птиц, в зарослях кустарника шуршали мелкие шустрые зверьки с блестящими глазками. Девушка беспокоилась за солдат на месте падения «Манты». Ей казалось, что она продвигается слишком медленно. Временами она подумывала, не воспользоваться ли прыжковым ранцем. Это вдвое увеличило бы скорость передвижения, но каждый раз в памяти у нее всплывали наставления отца: «Всему свое время. Терпение — это почти ничего не стоящий вклад в победу».
Передвижение по столь густому лесу на головокружительной скорости чревато травмами. Несмотря на броню и силовые поля, в таких условиях ничего не стоило что-нибудь вывихнуть или сломать.
Ее солдаты нуждались в ней, но, потеряв боеспособность, она станет для них бесполезной обузой.
«Манта» рухнула посреди каменистых холмов. Вскоре девушка почувствовала, что идет в гору. Кое-где начали попадаться валуны, лес постепенно редел. Сквозь промежутки в ветвях стало видно небо.
Неожиданно сенсоры боескафандра подали сигнал, и девушка замерла на месте. С юга приближались пять летательных аппаратов гуэ’ла. Они шли клином на очень низкой высоте. Коротким движением пальцев девушка отправила командного дрона наверх. Когда он взмыл к верхушкам деревьев, Тень Солнца активировала функцию «удаленное зрение» и получила перед глазами полную картину происходящего.
Угловатые неуклюжие самолеты держались в воздухе в основном благодаря мощности турбин. Их конструкторы не забивали голову изучением аэродинамики. Под короткими обрубками крыльев на каждом аппарате был закреплен огромный цилиндр. Командующая тау приняла их за бомбы. Камуфляжные системы боескафандра работали без сбоев. Девушка жалела о том, что скорострельные пушки не пережили падения в капсуле. Хоть они и предназначались в основном против легкой пехоты противника и едва ли нанесли бы урон летательным аппаратам, она, по крайней мере, погибла бы в бою.
