– Что-то не вижу, – пробормотал я, – нашего Конструктора, который торжественно встречал бы новоприбывших. Для которых, собственно, и сделаны эти корабли, я так полагаю.
– Нет, – покачал головой морлок совершенно серьезно. – Он здесь. – И обвел длинными пальцами исходящие отовсюду и закручивающиеся спиралями лучи.
– Этот корабль сооружен по тем же архитектурным принципам, что и сами Конструкторы. Так что, можно сказать, «наши» Конструкторы по-прежнему с нами. Ибо весь корабль – и все корабли до единого – тесно связаны общим информационным пространством.
– Иными словами, этот корабль…
– Живое существо, – закончил за меня Нево. – И, поскольку это существо состоит из платтнерита, – Нево посмотрел на меня сквозь очки с зияющей пустотой глаза. – то оно способно на большее. Оно может гораздо больше, чем любое из живых существ – Оно способно путешествовать во времени. Если это – жизнь, то совершенно новая ее разновидность. – Есть кремниевые виды жизни, есть силиконовые, есть углеродные, а это – платтнеритовая форма. Это результат миллионолетней эволюции Конструкторов. Это существо – не является винтиком Истории, как все мы, оно неподвластно зубцам механизма времени. И синтезирована даже эта форма жизни здесь именно для нас специально для нас – для того, чтобы исполнить миссию, о которой говорил Конструктор. И он здесь, убедись в этом сам – посмотри и увидишь.
Нево был прав; корабли, в самом деле, висели между небом и землей точно гигантские животные, словно бы в ожидании нашего приказа.
И тут я заметил такое, что заставило меня воскликнуть: отчего у меня помимо воли вырвался возглас:
– Нево! Луна!
Он повернулся в сторону, куда я показывал. Зеленая шерсть моментально окрасилась серебристым цветом. Луна поблекла и высохла – на ней больше не было зеленого, она стала все той же бесплодной пустошью, с пыльными кратерами и вершинами, так также так называемыми «лунными морями». Это была все та же Старая Луна, лелеемая в руках Молодой новой Луны – имея в виду обратную ее сторону, более яркую ее. И блеск этот усиливался ледяной поверхностью земли, точно огромным зеркалом. Земли, светившейся в этих бездыханных лунных небесах подобно второму солнцу.
– Это может быть усиленная вариация солнца, – размышлял Нево. – Платтнеритовый проект Конструкторов. – Возможно, это окончательно разрушило жизненное равновесие.
– Знаешь, – с горечью поведал я ему, думаю, даже после всего того, что мы видели и слышали, было приятно видеть хотя бы зеленую Луну хотя бы то, что жизнь сохранилась хоть на Луне. А теперь только потомок человека может оставить в этой бездушной пыли отпечатки своего скафандра сапог.
И вот, пока я пребывал в таком сентиментальном настроении, над нами раздался треск – точно выстрел – и наш защитный купол разошелся пополам, точно скорлупа!
Перед глазами побежали трещины – точно молнии рассекали они купол. Куски отлетали и рассыпались по сторонам, точно хлопья снега – правда, величиной с ладонь. Зеленые снежинки вели с ладонь.
Но паутина платтнерита уже потянулась к нам, готовая защитить.
– Что случилось, Нево? – закричал я. Нам крышка?
– Рано, – лаконично изрек Нево, – подводить итоги, – успокаивая меня точно ребенка, длиннопалой лапой. На секунду меня посетило щемящее чувство, которое некогда испытал в палеоцене, 11 миллионов лет назад.
Легкий дождь забарабанил по крыше машины времени.
Нево сказал:
– Мужайся, другого выхода нет. Они перенесут нас вместе с Конструкторами – новыми существами из платтнерита к началу времен.
Только тут я начал понимать то ужасное, что должно было сейчас произойти с нами… нет, в первую очередь со мной. Зеленые реснички, усики, ложноножки, черви – не знаю, как этот еще назвать – тянулись со всех сторон, к нам, к моей плоти! ДРУГОГО ВЫХОДА НЕТ! А можно ли это вообще называть выходом?
– Иначе нам не выжить, ни минуты…Ты видишь?
Но что я видел? Что я должен был видеть? Как эти составные элементы Конструкторов проникают в мое тело?
Я зажмурился.
И все равно почувствовал знакомое холодное покалывание. Точно мое тело пронзали миллионы крошечных сверхтонких иголок. Платтнерит проникал в меня, становясь моей кровью – я чувствовал, как он приливает к лицу, растекается по конечностям, бьет в голову, точно старое вино – и от сладкого захватывающего ужаса не мог не только кричать, но даже пошевелить рукой или ногой. Я сидел, замерев, откинувшись в сиденье.
Я погружался в изумрудное сияние, равного которому не сыскать в целом мире… Понемногу оно заслоняло от меня все остальное – земной и лунный свет, ледяную пустыню и холодный серебряный блеск вечного спутника Земли. Банка с фруктами выпала из моих онемевших пальцев и покатилась по полу: но даже звук падения был от меня уже бесконечно далек.
Купол разошелся окончательно по швам, осыпая меня градом осколков. Моего чела коснулось холодное дыхание зимы, я почувствовал рядом прикосновение таких же ледяных пальцев Нево – и все, только шумел в ушах как кровь, платтнерит, все остальное исчезло! Я уже не мог шелохнуть и пальцем, я был прикован к креслу и чувствовал, как растворяется на кончике языка, словно последнее не вырвавшееся слово он – Платтнерит.
И окончательно растворился в изумрудном свете.
Книга шестая. КОРАБЛИ ВРЕМЕНИ
1. Отплытие
Я был вне Времени и Пространства.
Это было совсем не похоже на сон – потому что даже во сне мозг продолжает действовать, работа, сортировать информацию, мысли, воспоминания, и таким образом даже во сне присутствует сознание того, что ты существуешь и представляешь собой островок разума.
Но это было совсем по-другому. Я был словно разорван на части тонкой паутиной платтнерита, разбросавшей меня повсюду. Я был просто не здесь , и фрагменты моей личности, осколки памяти были разбросаны в громадном невидимом Информационном море, столь обожаемом Нево.
…И затем – еще более загадочным образом и непостижимо словно зажглась электрическая лампочка, по мановению переключателя – я снова оказался здесь . Миг – ничего, другой – полное, потрясающее пробуждение.
Я снова мог видеть. Я совершенно ясно видел мир – зеленое свечение корпуса корабля времени, окружавшее мен со всех сторон, над голым сиянием земли.
Я снова существовал! – и паника охватила меня – даже ужас того, что интервал Отсутствия прошел сквозь всю мою нервную систему. Вовсе не Небытие страшило меня – я уже давно понял, что мне уготовано место там, где страдает Люцифер с прочими неверующими интеллектуалами. Но сейчас у меня было чувство, будто из меня вытаскивают душу чудовищной силы магнитом. Я почувствовал, как каждый атом моего тела от напряжения – и затем тело, словно туго натянутая резинка, было спущено. И я полетел, чувствуя себя маленьким ребенком как в детстве, подхваченный руками отца, качавшего меня в больших и сильных ладонях. Та же легкость и острое ощущение полета. Вещество корабля времени вставало, поднималось вокруг вместе со мной, отрывая меня от земли и всего прочего, словно кокон дирижабля.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
