Дверь открыл не дворецкий, как обычно, а усыпанная веснушками горничная с заплаканными покрасневшими глазами. Она была так занята своими мыслями, что ничего не сказала по поводу роскошного букета.
— Сейчас доложу о вашем прибытии его светлости, сэр. — По дороге в холл служанка беспрестанно шмыгала носом и вытирала глаза кончиком передника. — Простите, сэр, что у меня такой вид. Было время, когда я сделала бы все, только бы от нее избавиться. Но теперь, когда она уехала… — Девушка залилась слезами.
Считая, что в столь радостный день никто не имел права страдать и печалиться, Морган попытался утешить девушку.
— Ну зачем же так? Нельзя так уж расстраиваться и горевать. Мисс Энид обязательно будет приезжать домой на Рождество и по другим праздникам. Надо радоваться, что мисс Энид теперь счастлива со своим мужем, буквально восставшим из гроба. Кроме всего прочего, у ее будущего ребенка появился родной отец.
— О, за мисс Энид я всей душой радуюсь. Я говорила о другой молодой мисс.
— Другой? — Жуткое предчувствие сразило Моргана, и он замер на месте.
Не замечая, что гость остановился, горничная продолжала идти, на ходу пояснив:
— Я говорю о мисс Сабрине, сэр.
Букет выпал из рук, Морган в два шага догнал горничную, схватил за плечи и развернул. Жадно всматриваясь в заплаканное лицо и больше всего опасаясь узнать правду, он обрушил на девушку вопросы.
— Сабрина? Сабрина уехала? Куда? Когда? С кем?
В мертвой хватке великана девушку заколотила дрожь.
— Когда за ней приехали родители, чтобы отвезти назад, в Шотландию.
Морган, не понимая, что делает, сильно встряхнул служанку:
— Когда это было? Сколько времени назад?
— Несколько часов назад. Примерно в десять утра. Противоречивые эмоции бушевали в душе Моргана — удивление, ярость, отчаяние. Неужели Камероны снова обвели его вокруг пальца? Но кто именно из Камеронов? Дугал или Сабрина?
Горничная вся сжалась, увидев злобное выражение лица гостя. А тот молча отпустил ее и рванулся к двери, растоптав по пути рассыпанные по полу роскошные розы.
31
Конь под Морганом летел как птица, едва касаясь копытами земли, заросшей пахучим вереском. Можно было закрыть глаза и представить себе на мгновение, будто снова скачешь на верном Пуке и ветер развевает волосы, а ноздри широко раздуваются от сладкого запаха свободы.
Но Пука погиб, и со времени его смерти предводитель Макдоннеллов уяснил, что в этом мире есть вещи, которые ценятся выше свободы. Они дороже гордости и чести. Ведь если следовать правилам, продиктованным оскорбленным самолюбием, сейчас следовало бы вернуться в свой замок, призвать под знамена Макдоннеллов всех членов клана и пойти войной на Камеронов, нанесших Моргану непростительную обиду, предавших его, не сдержав своего слова.
На горизонте кучились фиолетовые облака, небо над головой окрасилось в темно-голубые сапфировые тона, под цвет незабываемых глубоких очей Сабрины. Над далекими горными вершинами ледяной жемчужиной сияла полная луна. Именно в ту сторону направлял коня Морган, небесное светило служило верным ориентиром, и нужно было догнать его, пока не уплыло за горизонт.
Это мог быть любой из многих мирных весенних вечеров в замке Камеронов.
Алекс и Брайан сидели за шахматной доской у камина в гостиной. Недалеко от них похрапывал Пагсли, свернувшись калачиком. Элизабет работала тонкой длинной иглой над полотном цвета слоновой кости, которое со временем должно было украсить ширму перед камином; у ног хозяйки дома стояла ее шкатулка с предметами для рукоделия. За письменным столом из орехового дерева восседал Дугал, обложенный тяжелыми книгами в кожаных переплетах, которые содержали отчетность по весеннему севу. Под мерный храп Пагсли уходили минута за минутой, но никто не следил за течением времени.
Тишину неожиданно нарушил громкий стук в дверь, отчего все вздрогнули и обменялись недоуменными взглядами. Гостей не ждали. Только Пагсли, видимо, догадался, кто стоит за дверью, и приподнял голову, приветственно вильнув хвостом.
Не поднимая глаз, Дугал перевернул страницу, будто его ничто не интересовало, кроме отчета о посевных работах. Не прореагировала на стук и Элизабет, она завязала узел и откусила конец нитки. Алекс быстро снял слона оппонента и с каменным лицом убрал фигуру с доски.
Массивная дубовая дверь дрожала и грозила сорваться с петель под сильными ударами, но в гостиной так никто и не шелохнулся, пока из кухни не выскочил перепуганный шумом лакей. Он рванулся к двери, но Дугал знаком остановил его. Тогда в дело вмешался Пагсли. Пес вскочил, впервые за многие недели залился радостным лаем и начал бросаться на дверь, будто ему не терпелось увидеть незваного гостя.
Дугал молча уставился на расшалившегося пса, задумчиво поглаживая бороду, брови сошлись, и на лице залегла тень легкой грусти. Вождь Камеронов опасался, что его семья может не вынести еще одной осады Макдоннеллов. В первую очередь его дочь.
После очередного мощного удара старинная дверь не выдержала, дала трещину, а затем развалилась на куски. Пагсли отскочил в сторону и с безопасного расстояния взволнованно и радостно приветствовал появление главы клана Макдоннеллов, который шагнул в помещение, переступив через обломки двери. Одного строгого взгляда Моргана было достаточно, чтобы Пагсли присмирел, лег на пол и спрятал морду в лапы.
— Я пришел повидаться со своей женой, — раскатом грома прогремел голос Моргана в напряженной тишине. Дугал неспешно встал на ноги, а Элизабет продолжала вышивать как ни в чем не бывало; иголка не дрогнула в ее руке. Брайан с таким вниманием разглядывал позицию на шахматной доске, как будто от исхода партии зависела его жизнь.
— Сабрина больше не твоя жена, — напомнил Дугал.
Гримаса боли на миг исказила бесстрастное лицо Моргана, глаза гневно сверкнули.
— Возможно, перед лицом английского закона это так. Но перед лицом Всевышнего мы по-прежнему муж и жена.
Алекс неспешно покинул свое место и встал рядом с отцом.
— Послушай, приятель, что это ты так разбушевался? Тебе же ясно сказали…
— Я тебе не приятель, — прорычал Морган. — Если я разбушевался, значит, есть у меня на то серьезные основания. Вы, Камероны, всегда норовите использовать закон в свою пользу, но на этот раз у вас ничего не выйдет. Я всего лишь хочу повидаться с Сабриной.
— Ну хорошо, — сдался Дугал. — Брайан, отправляйся за сестрой.
— Нет! — взревел великан так, что, казалось, дрогнули стены. В его руке внезапно появился пистолет, Элизабет ахнула, а Брайан, собравшийся было вскочить, чтобы выполнить приказ отца, опустился на стул.
