Однако в целом скорость подъема была теперь ниже, потому что приходилось тратить все больше времени на преодоление горизонтальных мембран. Кордувен учел это. Его план состоял в том, чтобы достичь Четвертой страты сегодня ночью и прорваться через последние три мембраны утром.
* * *
До места назначения оставалось шесть страт, и уже близился вечер, когда янтарные лучи разрезали воздух. Лицо солдата, за которым следовал Том, почернело, и он мгновенно умер. Вокруг разнесся знакомый запах поджаренного мяса.
– Стойте! – закричал Том, но сейчас судьба одного бойца мало кого беспокоила.
Снизу взметнулись молнии ответных выстрелов: в бой вступил отряд Кордувена.
Том автоматически отметил, что те, кто поставил им ловушку, слишком рано открыли огонь, не заметив второго отряда. Но промелькнувшая мысль тут же отошла на задний план, потому что на него всей тяжестью ухнуло тело погибшего солдата и главным стало – не сорваться.
Плечо Тома зудело от разъедающего пота, но он не мог даже шевельнуться. Он так и висел на скале, с тянущим вниз трупом, пока не спустился кто-то сверху. Чиркнул нож, исчезла красная страховочная веревка, пропущенная через карабин Тома, и, освобожденный от жуткой ноши, он чуть не упал, потеряв равновесие.
Лучи шарили то тут, то там. Раздавались протяжные стоны, и, не сразу осознав, что стонет он сам, Том усилием воли заставил себя замолчать.
– Том! Вперед!
Это был голос Кордувена, и Том хотел глянуть на него, но в этот момент янтарный луч прошел всего в нескольких сантиметрах от него.
Запах озона ударил в ноздри, вызвал кашель.
– Ради Сильваны, вперед! – Голос Кордувена прервался, когда снова раздалось шипение лучей и воздух лопнул пронзительным криком.
Прямо над Томом чернела разодранная на части мембрана. Никого из солдат почему-то видно не было, зато далеко впереди – очень далеко! – виднелась еще одна полусожженная мембрана.
– Помоги мне, Судьба! – сказал вслух Том. Теперь он знал, что делать.
Культя и ноги – это все, что у него имелось для опоры. Потому что единственной своей рукой ему пришлось ослаблять страховочные веревки, а затем и вовсе отбросить их в сторону.
– Надо лезть вверх, – пробормотал он.
Луч гразера ударил совсем рядом, и расплавившаяся скала брызнула белым крошевом, но Том уже не стоял на месте. Он посмотрел вниз: остальные продолжали перестрелку, отвлекая от него внимание нападавших.
Он был один.
Глава 65
Нулапейрон, 3418 год н.э.
Несмотря на то что мат на полу впитал в себя застарелый пот и феромоны страха, он был удобным и мягким. Том лег с краю и вспомнил дикий смех, который начал душить его, когда он с трудом пробрался через последнюю мембрану и усилием воли перебросил свое тело через перила.
Это веселье имело две причины: в последний момент он едва не сорвался со скалы, но удержался; а теперь оказался в затененной галерее. Это была та самая галерея.
Он собрал последние силы и побежал неспешной трусцой.
Никто не выскочил из затененных ниш и не застрелил его.
В конце галереи он свернул в старый туннель для прислуги и двинулся в сторону оружейного зала. Странное чувство, чувство возвращения домой охватило его, когда он очутился внутри.
Здесь царили адреналин и пот.
Каждый день микродроны очищали зал, но следы десятилетних тренировок наложили на него свой отпечаток.
Сколько же раз он, Том, навзничь падал на этот мат, под внимательным взглядом маэстро да Сильвы?..
Теперь, лежа на мате, он вздохнул всей грудью и провалился в глубокий сон без сновидений.
* * *
Проснулся он от щекотки.
– А ну-ка вставай!
Прикосновение не было нежным: кожу кололо что-то острое.
– И будь паинькой!
Том не сразу понял, в чем дело. Над ним склонилось худое лицо с серебристой козлиной бородкой, в руке уверенно зажат меч с длинным лезвием, конец меча упирается Тому в горло.
Когда он открыл глаза, меч стал давить не так сильно. Теплая струйка под подбородком у Тома, видимо, была кровью, но он не решался проверить: его могли убить прежде, чем он успеет моргнуть.
Наконец меч отвели в сторону.
– Пойдем-ка со мной, дружок!..
* * *
– Милорд! – Главный управляющий Малкорил так официально поклонился ему, что Том покраснел.
Стоящий рядом шеф Кельдур пожал плечами, он был поражен. Он или не знал, или забыл о том, какое у Тома общественное положение, и для него гость был всего лишь помощником из вассалов.
– Не думаю, – Том жестом предложил им сесть, – что я сейчас чей-нибудь лорд.
Маэстро да Сильва примирительно сказал:
– Я полагаю, что вы стали лордом самому себе, а это гораздо важнее.
Настал черед Тома поклониться: как ученик – мастеру.
– Я думал, милорд, что вас нет в живых.
Том с изумлением заметил, как увлажнились глаза у Малкорила.
– Я скучал без вас, друзья мои, – сказал он и со всей полнотой прочувствовал смысл сказанного.
Комната была забита всевозможными предметами. Это был старый офис Малкорила: между колоннами из голубого стекла возвышались груды разбитых контейнеров из-под Хаос знает чего.
Некоторые были заполнены футлярами из-под кристаллов и горелыми деталями микродронов. Толстый слой беловато-серой пыли покрывал все вокруг.
Все трое сидели на древних стульях, которые давно нуждались в починке. Том сел тоже.
– Сейчас придут еще двое, – сказал маэстро, – но мы можем начать и без них.
Том глубоко вздохнул: «Да, реализовать план Кордувена будет совсем непросто».
– Полагаю, что термин «Лудус Витэ» сейчас хорошо известен? – начал он.
От маэстро да Сильвы последовал гордый кивок; мясистое лицо Малкорила застыло; а шеф Кельдур, казалось, был готов сплюнуть.
– Нам всем следовало вступить туда, прежде чем стало поздно! – донесся от входа знакомый голос.
Том оглянулся.
Квадратное лицо и обритая наголо голова торчали из прорыва в мембране. Потом появилось все остальное.
– Том! Ты ли это? – сказал вновь прибывший.
– Привет, Тэт! Как дела?
– Я о тебе много всего слышал. – Поскольку прочие мужчины принялись озадаченно переглядываться, Тэт добавил: – Вы не знаете, кто перед вами? Однорукий лорд, собственной персоной. Легендарная фигура в нашем деле.
На лице Малкорила отразились противоречивые чувства.
– Думаю, мне следует пояснить, – хорошо поставленным, красивым голосом произнес маэстро да Сильва, – что мы все принадлежим к различным политическим убеждениям.
«Как и члены «Лудус Витэ», – подумал Том.
В его памяти живо всплыло первое совещание с Сентинелом и остальными бывшими соратниками, но Том отогнал видение прочь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
