мы в Долине Демонов.
— Прекрасно, — Рай кивнул, вычёркивая из списка один вопрос. — Далее: я ничего не чувствую в этих людях, поэтому изучать мне нечего. Ты вряд ли что-то расскажешь, и не потому что строишь везде тайны, а потому что не о чем рассказывать. Я не верю в эту ерунду. Так что вопросов у меня по этой теме нет.
— Тогда о чём ты хотел узнать? — Телуна не стала ехидничать по поводу неверия Мастера.
— О твоём артефакте. О твоей антимагической силе. Я не верю, что ты этого не знаешь или не помнишь.
— Всё правильно, я знаю и помню, — Телуна кивнула. — Но не расскажу. Знаешь про постстрессовый синдром? Вряд ли… ты ведь просил не бросаться на кого ни попадя, так? И вот, я не смогу сдержаться, если начну вспоминать. Поэтому лучше не задавай мне вопросов о прошлом.
— Это связано с войной? — уже тише и менее раздражённо спросил Рай.
— Да.
— Давно?
— Давно. Предлагаю прекратить, — Телуна хлопнула себя ладонями по коленям, ставя точку. Рай поднял руку, чтобы её задержать. Девушка приподняла бровь.
— Может быть, ты хочешь что-нибудь спросить?
— Ты пытаешься задобрить меня, — усмехнулась воительница. — Да, у меня есть вопрос. Что интересного ты узнал о Грапише? Я не говорю обо всех мелочах — просто что из этого самое важное, на твой взгляд?
— Грапиша завр, — ответил Рай и внимательно всмотрелся в лицо девушки. — Если ты знаешь, кто это.
Телуна замерла, чуть склонив голову и глядя вниз, на землю.
— Ого! — наконец сказала она. Это удивление не было напускным. — Завр! Ничего себе! Она с Пляжей?
— Да, она говорила, что оттуда. Но уехала ещё в младенчестве, поэтому ничего не помнит и не знает. Говорит, с тех пор не слышала о Пляжах и других заврах.
— Хм. А кто же тогда ей рассказал?
— Не знаю. Таинственный "учитель". Она не говорит, кто.
— И у тебя нет догадок?
— Я думал, что он из её народа. Но тогда почему она одна? — Рай задумался. — Может быть, он погиб? Или просто не может путешествовать?
— Пожалуй, он точно был на Пляжах, раз он знает, — глаза Телуны лихорадочно бегали. Ей нравилась эта полоса волнующих встреч и событий — сначала гробница, потом Слуга, а теперь и завр! — Ладно. Я спрошу у неё позже.
— Будь готова, что тебе тоже придётся ответить на её вопросы, — предупреждающе заметил Рай.
— Отвечу, — невозмутимо пожала плечами Телуна и немного задорно улыбнулась. — Главное — уметь их задавать.
Вдруг раздался скрип, как будто снаружи огромный коготь царапал стену. Сверху вниз, въедливо, неприятно. Тига закрыла уши руками, Мати схватила дочь и прижала к себе. Храбрые Кодиш и Зол схватились за оружие: один — за старый добрый меч, второй — за тонкий обоюдоострый двуручник, инкрустированный драгоценными камнями. Княжеское оружие.
— Спокойно! — крикнул Рай, потому что понимал, что никто кроме него этих слов не скажет. Ну, и ещё чтобы их не сказала Телуна. — Грапиша снаружи. Она не даст демонам пробраться.
Скрип стал двойным — теперь два когтя. Или не когтя, а демон знает чего.
А потом раздался громкий треск, и от центра купола откололись несколько кусков и полетели вниз. На счастье, там никто не стоял, но костёр потух, прихлопнутый камнем, а люди в ужасе прилипли к стенам. Рай не двинулся, лишь похолодело в груди, когда ноги что-то мягко коснулось. Это вовремя остановился обломок, не успев сломать мужчине ноги.
— Это что? Света нет! Я ничего не вижу! — ругался Кодиш.
— Крыша обвалилась! У нас теперь нет крыши!!! — визжала Мати.
— Грапиша!!! — звал Эник.
— Тихо! Вы привлекаете демона! — пытался образумить всех Рай, пока сам толком не понимая, что происходит. Он не знал, как видеть в темноте, лишь мог максимально улучшить слух и прочие чувства. Но это не помогало — снаружи как будто копошились сотни тварей с острыми когтями, и в скрежете ничего нельзя было разобрать.
— Мастер Рай! Что нам делать? — напряжённый голос Зола.
— Держитесь ближе к стенам! Не кричите! Защита действует, сейчас я проверю центр!
И Рай стал медленно продвигаться к центру помещения, стараясь не натыкаться на камни. Честно говоря, идти туда ему вовсе не хотелось, и он не считал это трусостью — скорее здравым опасением. Поэтому не стал возмущаться, когда понял, что Телуна идёт за ним. Быть храбрым гораздо проще вдвоём, чем одному.
— Это крерон, — сказала Телуна, догадавшись, что Рай подумал о ней. — Удивительно сильный демон, похож на огромного спрута… в смысле… ну, хм, паука. Сейчас он обвивает лапами наш дом, а сверху опускает щупальца.
— Чего ж ты раньше молчала?! — Рай дёрнулся назад, зацепил девушку плечом, потом подтянул её к себе, подальше от центра. — Он же нам сейчас головы поотрывает!
— Он делает это очень медленно, пока что они не достигли пола, — Телуна стряхнула руку Мастера. — Ты что, не знаешь, кто такой крерон?
— Знаю, — выдохнул Рай. — Читал в одном трактате. Считается, что у древнего короля Эльтана был такой слуга, и мы процветали… только дело было вовсе не в слуге, а в удачной политике. Тем более что крероны никогда не выходили на поверхность.
Телуна что-то ответила, но Рай не расслышал. Раздался вой и обиженный рёв чего-то огромного, сверху потянуло ветерком. Снаружи возникла вспышка, свет попал в дыру в куполе. Потом исчез, отчего всё погрузилось в ещё более беспросветный мрак, а через долю ации зажёгся опять. Замерцал.
Стены дрогнули. Сверху посыпались ещё камни, опять закричала женщина. Рай наугад кинул вверх заклинание распыления и отпихнул Телуну, отойдя сам. Кто-то в стороне входа ойкнул и замолчал. Потом мерцающий свет разгорелся ярче, так, что стало видно каждого в помещении. Снаружи как будто вставало солнце. Рай зажмурился, Телуна заслонилась перевязанной рукой.
Огромное щупальце хлестнуло по стене, сбило ещё часть верха. По стене пошла трещина. Рай бросился туда, чтобы удержать её, лихорадочно соображая, что он будет делать, если Грапиша не явится через ацию. Можно было догадаться, что снаружи она тоже не отдыхает, но и тут без неё тяжко.
— Ты в чужом мире, существо!!! — прогремел нечеловеческий голос. Он явно обращался к Грапише, которая замерла там, снаружи, перед ним. — Ты не смеешь устанавливать свои правила!
Ответа никто не услышал, но он не понравился крерону.
— Уйди, или я размажу тебя по земле!!!
Запищала Мирия. Потом вдруг стало жарко, опять подул ветер, только на этот раз горячий. А потом о стену снаружи стукнулось что-то огромное, едва ли не больше самого помещения, и на этот раз без всяких
