Пошевелил рукой и в тоже мгновение открыл глаза в физическом теле. Встал, размял ноги, не отрывая взгляда от черноты провала в стене. Иногда по нему пробегала лёгкая рябь. Источник почти погас, слабенькая искорка ещё тлела, казалось дунешь и она потухнет. Наверное, надо его полностью погасить, если он останется Атжас не будет свободен от своей обязанности его охранять. Потянулся к источнику и впитал его в себя, оказалось энергии в нём почти не оставалось. Как раз хватило восстановить силы после путешествий туда‑сюда. Сколько времени я уже в подвале сижу? Наверное, не много, раз ещё никто не явился оспаривать своё право на источник. Теперь уже и нечего оспаривать.
Поднялся по лестнице, открыл проход, вышел из развалин. Судя по тому, что солнце уже пряталось за деревьями, я провёл в подвале развалин целый день. Один ли? Есть хотелось не сильно, значит всё таки один. Достал листок с печатью домового. Мысленного потянул за один из символов, печать стала удлиняться и растягиваться, как прилипшая жвачка. Потом стала приобретать очертания лоа, вскоре передо мной стоял Атжас:
‑ Ну, ты гад, Эван. Откуда у тебя печать?
‑ Секрет. Ты всё ещё должен охранять источник?
‑ Нечего охранять, ты его уничтожил. Что ты сделал? Говори, а то я за себя не отвечаю!
‑ Я открыл портал в другой мир. Правда, ещё не проверял, но мне кажется получилось.
‑ Ха‑ха… Портал он открыл. – домовой мигнул и пропал. Через несколько минут, которые я сидел и наслождался лесным воздухом после дня проведённого в подземелье, лоа вновь появился рядом со мной. – Капец, Эван. Пожалуй, теперь я видел всё. И куда он ведёт?
‑ В один очень интересный мир, в котором военные не носят на себе железо, а ходят в пятнистой одежде и стреляют из палок, как маги. Могут, нажав на одну кнопку и уничтожить целый мир. Где можно летать по небу на крылатых машинах. Где давным‑давно лошади перестали быть средством передвижения и живут на фермах, только для того, чтобы катать детей по выходным.
‑ Чушь какая‑то. И зачем он тебе нужен? Тебе тут плохо живётся?
‑ Там очень плохо живут мои дети.
Атжас завис и сидел молча изредка бросая на меня странные взгляды.
‑ А ты знаешь, что леший переродился в высшего? – спросил домового.
‑ Вот, сука… А я то гадаю, почему он так долго не появляется. Ещё скажи, что ты ему помог?
‑ Немножко.
‑ И как мне теперь тебя называть?
‑ А что много вариантов? Просто Эван.
‑ Хм… просто Эван.
‑ Ладно. Чего тянуть? – я хлопнул ладонями по коленкам и поднялся. – У тебя отрылся канал связи с твоей гильдией домовых?
‑ Да, источника больше нет и я могу общаться.
‑ Альвы ходят по людским городам. Я видел как в лесу они пользуются амулетом, который делает их не отличимыми от людей. Назовём его амулет иллюзии. В городе я видел альвовского мага, под таким же заклинанием, но это был не амулет.
‑ Хм… А как ты..
‑ Не важно. Будь другом, собери информацию по альвам в людских городах. Где‑то кто‑то неосторожное слово обронил и так далее. Вы же собираете слухи?
‑ Да, ты прав, собираем.
‑ И ещё, тут где‑то бродит новый леший, может быть он чем‑то поделится?
‑ Это скорее с тобой, но я понял. На это уйдёт какое‑то время, просто Эван.
‑ Сейчас не горит, мне надо в портал. Я надеюсь скоро вернусь.
Быстро закинул в себя мелко нарезанные кусочки вяленного мяса и чёрствой лепёшки, запил водой. Попросил Атжаса немного замаскировать проход, когда я в него спущусь, мало ли какие альвы забредут в развалины. Хорошо, что все лоа жадные и не привели сюда ушастых. Понимали, что им ничего не достанется. Атжас мог бы и не справиться с сильными шаманами. А так, получилось очень даже хорошо. И домовой мне обязан и портал получилось открыть.
Вскоре стоял перед подрагивающей мутной плёнкой ведущей в чёрное ничто. Потрогал пальцем плоскость, не ощутил ничего необычного. Осмотрел себя, что мне надо с собой взять? Оружие? Наверное, не надо. Зачем оно там? Да и какое? Барлер, я не уверен, что он в моём мире вообще выстрелит. Отстегнул кобуру, положил на стол. Нож можно и взять, толку только от него. Тоже оставил на столе. Я сам оружие. Постучал по кирасе пальцами сжатого кулака. Нужна она там? А почему нет? Надеюсь портал никак не влияет на вещи через него проходящие. Кираса была удобной и не бросалась в глаза. Будет жалко. Хорошо, хватит тянуть. Зажмурился и сделал шаг.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Никаких спецэффектов не последовало. Открыл глаза стоя в абсолютной темноте, только запахи и ощущение сырости подвала подсказывали, что у меня получилось. Зажёг в левой руке сферу, осмотрелся. Действительно стоял в подвале дома в своём прошлом мире, всё было так, как запомнилось. Стеллажи с банками, мусор в углу, даже писк мыши откуда‑то послышался. Оглянулся на портал. Плёнка застыла и превратилась в металлическое зеркало. Потыкал пальцем, поверхность, она была твёрдая и холодная, пройти было нереально. Я вытянул билет в один конец? Почему тогда портал не пропал, а просто застыл?
Глава 24
Вышел из большой комнаты подвала, поднялся на пару ступенек по железной лесенке и осторожно приподнял крышку люка в потолке. Она легко поддалась и я тихонько открыл её в сторону. Пока поднимался и возвращал на место люк крутил варианты своего появления, чтоб никого не напугать. Выглянул из коридорчика, в котором размещался вход в подвал, в кухне было светло и доносился гомон приглушённых голосов. Прокрался ко входу и тихонько заглянул в помещение, которое было залито ярким светом от начавшего клониться к закату солнца, в это время оно как раз светило в окна кухни. Мне всегда нравились закаты, которые были видны от сюда, на удивление они редко повторялись и были очень красивые. Сашка сидел в углу на диванчике, поджав ноги к подбородку и смотрел широко открытыми глазами на меня. Улыбнулся ему и прижал палец к губам. Сын кивнул.
Вика стояла ко мне спиной с кем‑то переругиваясь за окном, то угрожая, то умоляя, то срываясь на истерику. В руке у неё мелькал кухонный нож, которым она видимо пыталась кого‑то напугать. Во дворе слышалась какая‑то возня и приглушённые мужские голоса. Вошёл в кухню, потянулся и спросил:
‑ Де‑хевенс‑ские пожаловали‑с? Чего хотят? – всё ещё не могло моё горло пропихнул звук «р», не смотря на то, что я в последнее время много тренировался, разговаривая сам с собой на русском.
Вика ойкнула, подпрыгнула, развернулась и большими глазами уставилась на меня, неуклюже выставив перед собой нож. Поднял руки ладонями к ней:
‑ Тихо, тихо. Убе‑кхи нож пока никто не пос‑ст‑кха‑дал. – как же не приятно так страшно картавить.
Сзади послышались осторожные шаги босых ног. Сделал шаг в сторону, мимо головы пронеслась какая‑то палка. Женя не удержавшись провалился в след за ней, подхватил его и осторожно усадил на диванчик к Сашке. Старший был бледный, руки тряслись, сильно выделялись синие круги под глазами. Забрал биту и поставил подальше в угол.
‑ Давайте ус‑спокоимся? – поднял я руки в примирительном жесте.
‑ Боря… – тихо сказала Вика, но её все услышали. Сыновья уставились на меня не мигая. – Ты всё таки это сделал!
‑ Па‑па? – воскликнул старший.
‑ Па‑а‑а‑па. – одними губами проговорил Сашка.
‑ Да. Пехвое обещание я выполнил. – повернулся к Жене. – Я ве‑х‑нулся! Не с‑совс‑сем так, как пхедставлялос‑сь вам, но я здес‑сь.
Вика бросила нож, который кончиком воткнулся в деревянный крашенный пол и спрятав лицо в ладонях разрыдалась. В этот момент во дворе усилился шум, кто‑то начал дёргать решётку на окне и она с громким звоном оторвалась от одной из ножек вмурованных в стену.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
‑ Это ещё что за чмы‑хи мою хешётку ломают?
Направился ко входной двери. Как только я щёлкнул замками, дверь рванули с той стороны. Я уже морально приготовился, что она слетит с петель и кого‑то прибьёт, но нет, дверь выдержала, только петли жалобно завыли. На меня смотрели два бородатых вонючих мужика, у одного в руке был нож.
